Жажда странствий - Даниэла Стил

Одри задумалась, глядя на Молли — они с Джеймсом неподалекулепили песочные пирожки, — и не слышала, как подошла Шарлотта. Она стояласовсем рядом с ней. Красивая, с правильными чертами лица, макияж был наложеночень искусно. Платье от Пату и прелестная, в тон платью, шляпа. И вновь рядомс этой изысканной женщиной Одри вдруг показалось, что сама она некрасива иплохо одета.

— Да… я это сделала… — Одри силилась вспомнить, о чемспросила ее Шарлотта. Они впервые разговаривали один на один, безсвидетелей. — Мей Ли я привезла из Харбина, где прожила восемь месяцев…

— Я знаю. — По ее тону можно было понять, что оназнает не только это. И в ту же минуту одним молниеносным ударом Шарлоттапоразила ее в самое сердце:

— Вы все еще любите его, не так ли?

— Я… — Одри так растерялась, что не знала, чтоответить. — Я… я думаю, мы навсегда останемся друзьями. Такое незабывается, но все меняется, то время ушло. — Одри постаралась ответитькак можно более дипломатично.

— Да, верно сказано — то время ушло. Рада, что вы этопонимаете, — со значением сказала Шарлотта. — Чарльза ждет блестящаякарьера. В один прекрасный день он станет самым знаменитым в миреписателем-очеркистом.

«Только это для него ровным счетом ничего не значит», —подумала Одри, она его слишком хорошо знала. Успех для него был всегда приятнымсюрпризом, не более того. Новые открытия — вот что его волновало, само по себепутешествие, приключение. Как видно, Шарлотта и понятия об этом не имела.

— Ему нужна помощница, — продолжала Шарлотта.

Одри согласно кивнула, стараясь удержать слезы, затемобратила взгляд на женщину, которая завоевала его.

— Ребенок значит для него больше, чем карьера.

На какое-то мгновение Шарлотта оцепенела, в глазах мелькнуларастерянность.

— Он сказал вам об этом? — Шарлотте это, каквидно, не доставило удовольствия.

Одри кивнула, — Просто упомянул… он оченьсчастлив, — соврала Одри. — Уверена, вы оба будете оченьсчастливы. — Слезы стояли у нее в глазах.

Шарлотта ограничилась кивком. Она все еще не могла скрытьсвоего неудовольствия по поводу того, что Чарли рассказал Одри о ребенкеВпрочем, может, это и к лучшему… Шарлотта улыбнулась сопернице.

— Как бы то ни было, вы были ему не пара, —заключила Шарлотта.

Какая, однако, самонадеянность! Раздражение Одри нарастало.Что она знает о том, кто ему подходит, а кто нет? Похоже, она совсем непонимает Чарли. Заставила его жениться на себе, потому что отказалась делатьаборт. Одри подозревала, что Шарлотта сделала это не из любви к Чарли и не радиребенка «Трудно представить себе эту женщину с ребенком», — подумала Одри.И как раз в эту минуту Джеймс плюхнул ей на колени толстенькую, мокрую, облепленнуюпеском Мей Ли. Девчушка взвизгнула от восторга и стала обнимать и целовать своюмамочку, заодно обсыпав ее песком.

В тот день, под вечер, Одри поехала кататься в открытомавтомобиле с Карлом и Урсулой.

— Завтра мы намереваемся уехать, Одри. Поедешь с нами? —спросила Урсула. Еще несколько дней назад Одри отклонила бы их Предложение, нотеперь она желала лишь одного — как можно скорее покинуть Антиб, ей лишь нужнобыло найти приличествующий предлог. — Сначала мы поедем в Сан-Ремо,поживем несколько дней там. Он совсем недалеко отсюда, по это уже Италия.

Не так шикарно, как здесь, но очень приятно.

— Так ты поедешь с нами? — Карл повернулся к Одри.

Одри улыбнулась. Что ж, пожалуй, это лучший выход изположения, да и Урси с Карлом были ей по душе.

— С радостью. Поживу с вами несколько дней, а потом выотправитесь дальше, а я, быть может, недельку-другую побуду в Риме, прежде чемвернуться в Лондон.

А уж вот куда дальше, из Лондона, — она и представленияне имела. Все ее планы рухнули, а возвращаться в Сан-Франциско она не спешила.

— Но почему ты не хочешь поехать с нами в Венецию?

Более романтического города в мире она не знала, но в еепамяти тут же всплыли воспоминания о счастливых днях, проведенных там с Чарли.

— Нет, в Венецию я не поеду. — Она просто не вынесетгруза воспоминаний, лучше ей никогда больше не видеть этот сказочныйгород. — Венеция — для молодоженов, а не для старых дев.

Урсула и Карл выразили шумный протест по поводу этогозаявления, но Одри со смехом настаивала на своем.

— Ты самая красивая старая дева, которая повстречаласьна моем пути! — Карл бросил на Одри восхищенный взгляд, Урсула отнеслась кэтому весьма благосклонно. Эта парочка была счастлива, они прекрасно подходилидруг другу. Шесть лет они были влюблены, а поженились только недавно. — Нуладно. поговорим о Венеции, когда приедем в Сан-Ремо.

— Не думайте вы обо мне. — Но в Сан-Ремо она всеже согласилась с ними ехать. Она сообщила об этом Вайолет, когда они вернулись,и та очень огорчилась и даже разозлилась на Чарли. Вечером она горькожаловалась Джеймсу, что Чарли прогнал всех ее гостей.

— Не всех, а только Одри, дорогая. Карл и Урси уехалибы в любом случае, а для Одри это будет приятное путешествие. Потомкогда-нибудь приедет к ним погостить в Берлин. — Джеймс улыбнулся и нежнопоцеловал жену, которая тут же развеселилась. Поездка в Берлин! Отличная идея,может, они поедут все вместе.

Наутро за завтраком — не было только Шарлотты (она еще невстала) да Молли (пока Одри завтракала, ее дочь опекали Джеймс и няняАлександры) — Вайолет сообщила всем о своих планах.

— Джеймс просто гений! — радостно объявилаона. — Мы нагрянем в их гнездышко, как только они вернутся в Берлин.Остановимся в лучшем отеле и будем ходить в оперу. — Ви ходила в оперу вовсех городах мира, но больше, чем оперу, любила веселые компании.

Урсула тоже вдохновилась.

— А мы дадим наш первый бал! Да, Карл? — Глаза унее сияли, но на Вайолет она посмотрела с укоризной. — Ни в каком отеле выне остановитесь, вы остановитесь у нас. И ты, Одри, тоже. — Она перевелавзгляд на Одри и затем машинально — на Чарли. И все вдруг стали веселообсуждать, как они будут развлекаться в Берлине. Чарли рассказал им, как онпоследний раз ездил в Берлин и какие смешные истории с ним там случались, апотом рассказал, как они с Одри ехали на поезде в Китай и что происходило сОдри. Все покатывались со смеху, и Одри тоже. Ни для кого из сидящих за столомне было секретом, что Чарльз и Одри были любовниками, и то, что они обасмеялись сейчас, был приятный знак — значит, страдания смягчались, уходили впрошлое.

Никто и не заметил, как в столовую вошла Шарлотта.

Она никогда не повышала голоса, но когда она заговорила, поспине у Одри словно прошел электрический ток, а Чарли в то же мгновение умолк.

— Что это за поездка в Берлин? — Совершенно очевиднобыло, что Шарлотта эту идею не одобряет, но затем она вдруг улыбнуласьЧарли. — А вообще-то я хотела бы, чтобы ты встретился там с твоим немецкимиздателем. — И она снова одарила Чарли улыбкой. Она хотела, чтобы до концагода книги Чарли вышли в переводах не меньше чем на семи языках. Это была частьее «мастер-плана», как она любила говорить. Она и оживлялась только тогда,когда обсуждала свои деловые проекты. — Соединим бизнес с удовольствием.