Грех - Наталия Рощина

А потом эта история с Николаем. Слава всегда считал его замкнутым и грубоватым. Может быть, так оно и есть на самом деле. Но теперь, когда он попал в беду, Тарасов искренне верил в его невиновность. Всякое в жизни бывает.

— Да, Слава, нехорошие дела… — вздохнула Деревская.

— Не огорчайтесь. Все пройдет. Иногда обстоятельства бывают сильнее нас.

— Спасибо тебе. — Елена протянула руку, и Слава горячо пожал ее. — А как у вас дела, Славочка? Что-то Карины я давно не вижу. Хотя последнее время я вообще ничего и никого не замечаю, но все же…

— Мы с ней разошлись.

— Извини, я не знала. Мне жаль.

— Нет, Елена Георгиевна, не стоит. Жаль, что мы друг другу столько времени голову поморочили, а ничего хорошего из этого так и не получилось, — улыбнулся Слава, но было видно, что он все еще страдает. Первая любовь, три года жизни.

— Вы еще так молоды. Нужно жить дальше, — произнесла Деревская. Кажется, она сказала это в большей степени для себя, чем для Славы.

Сверху послышались чьи-то быстрые шаги. Нет, не шаги. Кто-то, напевая, прыгал со ступеньки на ступеньку. Елена обернулась — это Оленька Громова принципиально не желает пользоваться лифтом. Кипучая энергия молодости.

— Добрый день! — Оля улыбнулась и, озорно сверкнув глазами, бросила быстрый взгляд на Славу.

— Здравствуй, милая, — ответила ей Деревская. Какая же Оленька красивая! С годами девочка становится похожа на мать, а Майка умеет выглядеть настоящей красавицей.

— Здравствуй, Оля. — Тарасов распрямил спину, проводил девушку пристальным взглядом. Заметил, что Деревская наблюдает за ним, и не смог скрыть смущения.

Олины шаги стихли, а Елена и Слава стояли и улыбались друг другу. Как летит время! Чужие дети растут быстро. Для Майки вот-вот начнется новый этап. Ее девочка взрослеет. Скоро к ней придет первая настоящая любовь.

— Как выросла девочка, — в унисон ее мыслям произнес Слава.

— Да, да. — Елена улыбнулась. — Время летит.

— Это точно, Елена Георгиевна.

— А ты присмотрись к соседке повнимательнее, — ни с того ни с сего добавила Деревская, чем вновь ввела парня в неописуемое смущение. — Я не шучу. Ты так молод, Славочка. Чаще смотри по сторонам. Не пропусти свое счастье. Оно может быть так близко.

— Может быть, — вяло согласился Слава.

— Ты заходи к нам. У Филиппа есть несколько новых фильмов, — спохватилась Елена.

Она подумала, что парню совсем одиноко, а с Филиппом они всегда время от времени общались. После смерти Ивана Слава старался делать это чаще. Тарасов отлично разбирался в компьютерах, программировании. Это конек Фила. Как говорит о нем Николай, «компьютерная душа».

— Заходи, Слава. Филипп будет рад.

— Новые фильмы? — оживился Тарасов. — Спасибо, зайду.

— Обязательно заходи. Мы все будем рады.

Елене нужно, чтобы у ее мальчишек появился взрослый товарищ. Слава отлично подходит на эту роль. С ним Филу и Арсению не будет скучно, да и ничему дурному он их не научит.

Открывая свою дверь, Елена почувствовала аромат свежей выпечки. Что это значит? Фил и Арсений выбежали навстречу.

— Привет, мам!

— Привет, бойцы.

— Мама, у нас бабушка, — сообщил Арсений.

Приезд матери — сюрприз. Со времени неприятностей у Николая Елена Максимовна не бывала у них. В редких телефонных разговорах интересовалась здоровьем Филиппа, Арсения. Она демонстративно ничего не спрашивала о Коле, чем больно ранила Елену.

Елена Максимовна выпорхнула из кухни, на ходу снимая передник. И не дав дочери прийти в себя, поцеловала ее в щеку, приняла шубу.

— Здравствуй, девочка моя.

— Здравствуй, мам. — Елена надела тапочки. Она старалась не показывать, насколько удивлена вниманием матери.

— Ты прости, что я без приглашения. — Елена Максимовна была сама любезность. — Соскучилась очень. Отец тоже хотел приехать, но решил, что нам лучше поговорить с глазу на глаз.

— Да? И о чем же? — Елена прошла на кухню. На столе стояло нечто, накрытое чистым полотенцем.

— Мальчики выросли, просто чудо. Стоит не увидеть их несколько дней, как заметны перемены, — издалека начала Елена Максимовна.

Елене не хотелось перебивать ее: не несколько дней, а больше двух месяцев. За это время немудрено, что мальчики изменились. Фил уже совсем взрослый, и Сенька взрослеет с каждым днем.

— Я вымою руки. — Елена старалась справиться с напряженностью.

— Знаешь, Леночка, мы с папой решили сделать одно важное дело. Надеюсь, ты все правильно поймешь. Жаль, что нам раньше это не пришло в голову. Мы решили, что нужно обменять нашу трехкомнатную квартиру на две однокомнатные. — Елена Максимовна подала ей полотенце.

— Зачем?

— Чтобы одну из них оформить на Колю. Как тебе эта идея?

— Неожиданно. — Елена не знала что ответить. Забота о Коле? Это что-то новое. Впервые за столько лет. В чем дело?

— Он — взрослый мужчина. Ему нужна нормальная личная жизнь. В таких условиях это невозможно. Может быть, от этого все его проблемы? Как думаешь?

— Не знаю. — Елена села, качая головой. — Я уже ничего не знаю. Откуда на нашу семью все это свалилось? Мне тяжело, мам, так тяжело…

Впервые за многие годы Елена позволила себе быть слабой. Впервые она призналась в этом матери. Елены Максимовна приветствует только силу духа, стойкость, несгибаемость перед ударами судьбы. Но даже ей кажется, что таких проверок на прочность у дочери слишком много. Поэтому она не стала, как обычно, говорить о том, что нужно быть сильной, а просто подошла и обняла ее.

— Значит, мы так и сделаем, — заключила Елена Максимовна. — Коле пока ничего не говори. Это будет для него сюрпризом.

— Хорошо.

— Мы должны многое исправить… Пока есть время. — Елене было ясно, что мама имеет в виду.

— Неужели я дождалась этого, мам?

— Ты простишь меня?

— Я не имею права осуждать, — прошептала Елена. — Я рада, что мы нашли общий язык.

— Давай скажем так: все встало на свои места.

— Жалко, что Ваня до этого не дожил. — Елена не будет плакать, уткнувшись матери в грудь. Она просто сказала то, что думала. — Но жизнь продолжается.

— Да. Все очень неожиданно, нелепо…

— Это я во всем виновата.

— Вот тебе раз!.. — Елена Максимовна развела руки.

— Мы жили, жили. Год за годом, время летело. Мы мчались в пустоту, а я… Заботы о детях, усталость, накопившиеся обиды. Пыталась доказать, что со всем справлюсь сама. Словно нечистая сила нашептывала мне на ушко. Не ценила, не боролась, отталкивала. Замечая, что все рушится, ничего не предпринимала, а однажды и сама… — Елена замолчала, прикрыв рот ладонью.