Поцелуй Спящего красавца - Ната Лакомка

- Даже так, - пробормотала я, мучаясь и стесняясь освободить руки из его ладоней.

- Ты красивая, умная, добрая, - говорил между тем Стефан, - а когда я узнал, что ты из рода Хопфен – всё сразу встало на свои места. Я ненавижу фею Карабос, но тут благодарен ей, что она привела в Швабен тебя. Иначе мы никогда бы не встретились.

– Сомнительный подвиг, на самом деле, – я всё-таки освободилась из его рук и встала за кресло, лихорадочно раздумывая, как бы всё это остановить. – Да и принцесса я – тоже сомнительная. Карабос сказала, что я – незаконнорожденная. Зачем тебе королева с подмоченной репутацией?

– Какое это имеет значение? – вскинул он брови. – Маринетта, ты – старшая принцесса, ты обладаешь целительной магией, да любой будет счастлив получить такую жену! А что касается меня… Я буду счастлив вдвойне. Втройне. И народ поддержит мой выбор. Все тебя полюбят, и ты станешь лучшей королевой всех времён. О нас сложат легенды, поэмы, баллады… – щеки его разрумянились, глаза заблестели, он шагнул ко мне, но я быстренько обежала кресло. Стефан остановился и сказал: – Но для этого нам нужен фон Розен.  

– Брайер? – мигом насторожилась я и забыла всякую неловкость. – Он-то здесь каким боком?

– Чтобы королевский род освободился от черного колдовства, - объяснил наследный принц, – надо расправиться с Карабос. И тогда ничто не будет угрожать нашей династии. Ни на мне, ни на тебе нет проклятий, никаких колдовских заклятий, мы станем первыми свободными королями Швабена. Свободными ото всех заклятий.

– И для этого Брайер должен убить фею Карабос? – догадалась я.

– И стать моим советником, – подтвердил Стефан. – Втроём мы будем непобедимы. Мастеру не повезло с Сумасшедшим квартетом, но наше Великое Трио прославится в веках.

– Подожди про века, - остановила я его наполеоновские мечты. – А если Брайер не захочет никого убивать и не захочет становиться королевским советником? Если ты помнишь, твой предок обвинил Брайера в убийстве короля, даже толком не разобравшись, что произошло.

– Король Эдвин был околдован Карабос, - возразил Стефан. – Мне первому удалось освободиться от злого колдовства. Когда фон Розен станет моим советником, я дам ему всё. Верну положение, титул, реабилитирую его имя, честь его семьи будет восстановлена…

Но я снова перебила его.

– Его родители умерли, пока он спал заколдованным сном, - сказала я, тщательно подбирая каждое слово. – Боюсь, никакая реабилитация не поможет загладить это горе. Его отравили, чуть не погубили, отняли его жизнь, лишили всех, кого он любил, да ещё и оболгали его память. И действия короля – твоего предка - в этом случае ничуть не извиняет колдовское заклятье.

– Извиняет, – необыкновенно жёстко ответил Стефан. – Мой предок был околдован, лишен свободной воли, а его отец – убит. У нас с мастером много общего. Я столько искал его, нашел, и вот теперь терпеливо жду, чтобы он начал войну против Карабос, чтобы поддержать его, встать с ним плечом к плечу в этой священной битве…

– Но как же фея? – это вырвалось у меня против воли, будто и меня околдовали. – Ты же говорил, что разыскиваешь фею?

– Маринетта, – он потёр лоб и покачал головой: –разве вы не поняли, что фея – это лишь предлог, чтобы оказаться рядом с фон Розеном? Рядом с тобой. Если фон Розену нужно будет искать фею – я буду искать фею. Нужно отыскать Тедерикса – я вместе с ним отправлюсь на поиски Тедерикса. Я искренне хочу быть его другом и… твоим мужем. Что ответишь ты?

Он опять ждал ответа и смотрел прямо, и глаза были такие честные-честные, открытые. Он был уверен, что поступает правильно. Уверен, что правильно.

- Всё это красивые слова, - знаешь ли, произнесла я медленно. – Но понравится ли Брайеру, что ты его используешь? Ведь он уверен, что ты – наш случайный попутчик. Его поклонник, несмышленыш, которого нельзя бросить без помощи. Ты предлагал ему дружбу, но разве можно начи нать дружбу с обмана?

– Мы и так друзья, – пылко возразил Стефан. – Я прекрасно отношусь к мастеру, почитаю его, уважаю. Но король должен думать о своем народе.

- Ещё не король, - напомнила я.

- Будущий король, - мягко поправил меня Стефан. – Рано или поздно это бремя будет возложено на меня. И на тебя, если ты пожелаешь стать моей королевой.

- Не пожелаю, - ответила я быстро.

- Это – окончательный ответ? – спросил Стефан помолчав. – Может, хотя бы подумаешь?

- Окончательный, - так же быстро сказала я.

Он помрачнел, нахмурился, и долго смотрел в спинку кресла, за которую держался, а потом криво усмехнулся:

- Значит, мастер и Маринетта. Думаете, барон и принцесса звучит лучше, чем король и королева?

- Я не принцесса, - упрямо сказала я. – И к баронам и королям я отношусь одинаково. Был бы человек хороший, а титул не важен.

- А ты так уверена, что мастер – хороший человек, пусть и без особого титула?

Вопрос был с подвохом, и я кусала губы, раздумывая, что ответить. Про Брайера говорили много чего. Да и сам он был не миндальное пирожное, как я успела убедиться на личном опыте. И врать умел отлично, в этом я уже убедилась. И чувство юмора у него было идиотское. И самомнение – выше крыши. Но что Стефан хотел на самом деле от меня услышать?..

- Что значит – хороший, плохой? – спросила я у него, всё так же стоя по другую сторону кресла. – Вот ты – хороший или плохой? Ты всё за всех решил, всё продумал, всех заочно наградил и наказал. Карабос – в расход чужими руками, королеву – рядом на трон, и плевать, что она хотела бы вернуться домой, колдуна – в советники, и какая разница, что он там хочет, он же не откажется, если я пообещаю ему реабилитацию. А если откажется, то что тогда? Снимешь обвинения?

- Сниму в любом случае, - ответил он и