Ее женская власть - Вики Дрейлинг

— Я удивлюсь, если он уже в этом сезоне не сделает тебе предложения, — заявила Джорджетта.

— Пожалуйста, — Джулиана прикусила губу, — никому об этом не говорите. Я не хочу сплетен, пока ничего не решено.

— Будем держать рты на замке, — пообещала Эми. — А ты, Джулиана, больше всех заслужила счастье.

Через несколько минут появились пятеро молодых людей. Они поздоровались с девушками, а затем Бофор подмигнул Джулиане:

— Слышали новость?

На мгновение она подумала, что Бофор имеет в виду ее и Хоука, но здравый смысл подсказал, что это невозможно. Никто не мог об этом узнать.

— Не понимаю, о чем вы.

— Вы помните об этой книжке? Газеты требуют ее запрета.

— Очень милая вещица, — сказала Салли.

Джулиана, взглянув на Эми и Джорджетгу, притворилась безразличной.

— Я слышал, в продаже не осталось ни одного экземпляра, — произнес Карутерс. — Сейчас готовятся в пятый раз допечатывать тираж.

Джулиана едва сдержала улыбку. Все читают ее книжку. Она с трудом сдерживала охватившее ее волнение. Никто не должен догадаться, что автор книги она. Она радовалась, что ее книга пользуется успехом, но предпочитала хранить свое авторство в строгой тайне. И так было много всего, от чего она получала удовольствие в этот вечер. Непростые времена в прошлом заставляли ее еще больше ценить нынешнее счастье.

— А Хоук прочел книжку? — с улыбкой спросил Карутерс.

Она застыла, вспомнив недовольство Хоука.

— Сомневаюсь.

Пока молодые люди продолжали гадать, кто является автором книги, Джулиану охватило беспокойство. Не написала ли она чего-то, что поможет Хоуку напасть на ее след? Она закусила губу. Он просил ее быть честной с ним. Она не сможет ему солгать, особенно сейчас, когда у них прекрасные отношения.

Разве она не может просто забыть упомянуть о том, что это она написала «Секреты обольщения»? Пропади все пропадом, она не может его обманывать. Нужно что-то придумать. Он недоволен книжкой, хотя еще не читал ее. Она будет ждать, пока он ее не прочтет. Когда он убедится в достоинствах ее работы, он не будет сердиться, что она держала свое авторство в секрете. А может быть, ей стоит дождаться свадьбы. Она отвлечет его поцелуями, а затем признается, какой дрянной девчонкой была.

Скрывать — не значит лгать. Или все-таки это следует считать ложью?

— Мои родители, — с улыбкой обратился Карутерс к Джулиане, — хотят познакомиться со всеми вами.

Давайте сходим к ним в ложу.

— Какое чудесное предложение! — сказала Джулиана. — Но может быть, мне не следует уходить. Убеждена, остальные девушки с удовольствием примут ваше приглашение. — Она хотела дождаться Хоука, чтобы узнать о его планах.

— Они очень хотели познакомиться с вами, Джулиана, — сказал Карутерс, — я вас не задержу.

Отказаться и при этом не выглядеть невежливой было невозможно.

— Позвольте, я поговорю с Хестер.

Джулиана подошла к Хестер и сказала, что хочет поговорить с ней без свидетелей. Мистер Пекэм извинился и сказал, что вскоре вернется.

Когда он скрылся за дверью, Джулиана села рядом с Хестер и рассказала ей о просьбе Карутерса.

— Я бы предпочла остаться. Скоро появится Хоук.

— Девочка, — хитро улыбнулась Хестер, — не стоит беспокоиться. Идите. Племянник будет ценить тебя еще больше, если ты заставишь его немного подождать.

Джулиана все еще колебалась, и Хестер легонько стукнула ее веером.

— Вспомни «Секреты обольщения».

— Вы скажете ему, куда я ушла? — спросила Джулиана.

— Да, а теперь иди. Он будет рад тебя видеть.

Пока они шли, Джулиану не оставляло беспокойство. Все болтали, лишь она хранила молчание. Она надеялась, что визит не продлится долго. Разумеется, Хестер права, и ей не стоит выглядеть взволнованной. Но после всех испытаний и сердечных мук ей хотелось как можно больше времени проводить с ним, особенно сегодня вечером. Потому что сегодняшний день можно считать первым днем их романа.

Карутерс привел их к ложе родителей. Лорд и леди Фраммингем тепло всех поприветствовали. Джулиана стала прислушиваться к разговору. Ей очень нравились его родители. Когда мать Карутерса спросила о брате и Тессе, Джулиана рассказала о предстоящем рождении ребенка и вечере в их доме в его честь.

Начался второй акт. Подруги Джулианы решили еще немного остаться. Джулиана прикусила губу. Ей не хотелось терять время.

— Я, пожалуй, пойду, — сказала она. — Здесь чудесно, но я обещала леди Рутледж вернуться.

— Леди Джулиана, — поднялся Осгуд, — разрешите мне проводить вас.

— Я не хочу вас затруднять. Оставайтесь, я найду обратную дорогу.

— Я настаиваю, — сказал Осгуд. — Хоук будет недоволен, если узнает, что мы отпустили вас одну.

Она знала, что отказываться невежливо.

— Спасибо, Осгуд.

Когда они вышли, Джулиана тешила себя надеждой, что он не будет засиживаться в их ложе. Но ей стало стыдно из-за того, что она смогла так подумать. Осгуд хороший молодой человек, хотя временами выглядит глуповатым. Она улыбнулась, вспомнив, как он ворвался в гостиную Хестер, распространяя вокруг запах дыма.

Он посмотрел на нее:

— Вы сегодня необычайно хорошо выглядите.

— Спасибо.

— Я надеюсь, — он откашлялся, — что я не нанес вам обиды с этой книжкой.

— Конечно, нет, — успокоила она молодого человека. — А вы прочли ее?

— Да, и я поражен.

— Почему?

— Я не знал, что женщины стараются обмануть мужчин.

— Обмануть?

— Это не очень порядочно, — сказал Осгуд. — Автор советует девушкам самим купить цветы и поставить в гостиной, чтобы их поклонник думал, будто в доме побывал еще кто-то до него.

— А вы думаете, что в любви и на войне все делается честно?

— Я не думаю, что честно пытаться обвести мужчину вокруг пальца. Мужчинам тоже приходится несладко. Нам приходится набраться смелости, чтобы пригласить девушку на танец, рискуя получить отказ.

Джулиана вздрогнула. Она как-то не смотрела на это с точки зрения мужчин. Ей всегда казалось, что хозяином положения всегда остается мужчина. Осгуд открыл ей глаза, что мужчины тоже могут быть унижены каждый раз, когда приглашают даму танцевать.

— Меня так и подмывает написать нечто противоположное, вроде пособия, как мужчине обольстить возлюбленную, — признался Осгуд.

— Вы поэт, — ответила Джулиана. — Написать книжку вам будет совсем не сложно.

— Вы думаете, мне следует это сделать?