Опасности и правда - Алекс Мирез

Он засмеялся, уткнувшись мне в грудь. Я почувствовала, как его губы обхватили мой затвердевший сосок, а зубы слегка его прикусили. Мне нравилось, как он доводит меня до экстаза и пытается довести до отчаяния, даже в эти минуты.

Так он мучил меня несколько секунд, но потом и сам уже не смог больше ждать. Ловким движением он скатился с меня и велел лечь на бок. После этого устроился позади меня. Его член прижался к моим ягодицам, грудь – к моей спине, подбородок оперся на мое плечо… Мы как будто слились воедино. Он положил руку мне на бедро и заставил поднять ногу… Так ему удалось с легкостью снова войти в меня. Я с облегчением снова ощутила его внутри. Под конец он подсунул свою руку под мою, наши ладони встретились, а пальцы переплелись, чтобы удобнее было держать равновесие. Он в бешеном ритме задвигал бедрами вперед-назад.

Я коснулась его щеки и посмотрела ему в глаза. Мы дарили друг другу влажные поцелуи один за другим, пока он пронзал меня едва ли не насквозь. Я унеслась на седьмое небо. Никогда он не казался мне таким удивительным, таким энергичным, таким чувственным, таким привлекательным, как в эту минуту, движимый желанием наконец-то получить облегчение. Когда его рука скользнула по моему животу, спускаясь все ниже, к заветной точке наслаждения у меня между ног, финал казался уже близким, во всяком случае, для меня. Его умелые пальцы стали массировать самую чувствительную точку.

Первой взорвалась я. Адрик полностью погрузил в меня член и слегка шлепнул по ягодице. Затем последовал новый оружейный залп, вознесение, невообразимые токи, растекающиеся по всему телу. Мое тело стало сотрясаться от мощных спазмов, и на этот раз я не сдержала блаженного стона. Он вырвался у меня изо рта, смешавшись с дыханием Адрика, под его сияющим возбужденным взглядом.

И через несколько секунд от моих спазмов Адрик тоже взорвался. Он прижался лицом к моему, закрыл глаза и тихо простонал от удовольствия. Его бедра еще некоторое время двигались с восхитительной медлительностью.

Опустошенные, мы повалились на кровать, по-прежнему не разжимая объятий. В комнате было темно, жарко и тихо, лишь слышалось наше прерывистое дыхание. В воздухе плавал легкий запах близости, слабый след мощного изнуряющего оргазма, стонов и сбывшихся фантазий. Моя кожа была липкой от пота, как и его. Его член все еще оставался внутри меня, а рука лежала у меня на животе, удерживая меня в этом положении. Я больше не чувствовала его твердости, но по-прежнему ощущала токи удовлетворения. Поэтому, когда через несколько секунд Адрик решил выйти из меня, мне показалось, что из меня сейчас вырвут что-то важное, но я не почувствовала разочарования, напротив: никогда в моей жизни не было столь страстного и безумного секса.

Мы легли на спины. Я повернула голову, чтобы посмотреть на Адрика, но он тут же сел и принялся стаскивать презерватив вместе с содержимым. Завязав узлом, Адрик бросил резинку на пол рядом с кроватью, чтобы потом, когда встанет, выбросить в мусорное ведро в ванной. Наверное, нам обоим стоило бы пойти в душ и помыться, но ему хотелось еще полежать, да и мне, честно говоря, тоже.

Так или иначе, поскольку он слишком долго молчал, я забеспокоилась, что между нами может вырасти новая стена. Я ведь жила в постоянном страхе, что кто-нибудь из Кэшей вдруг сделает неожиданный ход или вся моя прежняя жизнь неожиданно вылезет на свет.

Однако он, поудобнее устроившись в постели, совершенно голый, обнял меня за плечо и притянул к себе. Страх тут же рассеялся. Я прижалась к нему, переплетая его ноги со своими, положила голову ему на грудь, на минуту закрыв глаза, и обхватила за плечи. Он начал медленно гладить мне спину, проводя костяшками пальцев вверх-вниз.

Я слегка повернулась и уткнулась носом ему в грудь, чтобы вдохнуть природный волнующий запах. Я думала о случившемся, думала о том, как мне это понравилось. Ноги, руки, все тело настолько ослабли, отдавшись воле изысканной дикости Адрика, что я вряд ли смогла бы сейчас ходить. По правде сказать, ходить мне сейчас хотелось меньше всего на свете. Хотелось только вечно лежать рядом с ним голой в постели.

Я сама не заметила, как оказалась в мире грез, иллюзий и счастья. Я настолько забылась, что эти слова вырвались сами, и я тихо прошептала ему в грудь:

– Я тебя люблю…

– М-м-м? – рассеянно мурлыкнул он.

Вот черт. Я сказала это шепотом, чтобы он не услышал, но он все же что-то уловил или понял по движениям губ.

Я немного занервничала и решила прибегнуть к старому проверенному средству: лжи.

– У меня все болит, включая волосы, – со смехом выдохнула я. – Адрик, ты просто животное!

Он весело рассмеялся. Его рука скользнула в мои волосы, ухватила одну прядь и стала поглаживать.

– Как хорошо, что тебе понравилось, – сказал он спокойно, расслабленно, почти сонно. – Ты очень сексуальна, знаешь? А как стонешь – просто с ума можно сойти!

– Должны же у меня быть хоть какие-то достоинства, – хихикнула я.

– В тебе все прекрасно, это точно, – засмеялся он.

Мы немного помолчали, чтобы отдышаться, унять бешеный ритм сердец и отдохнуть. Мне нравилось слушать его ритмичное дыхание, пока его рука лениво ласкала мои волосы. Это были чудесные минуты, очень спокойные, наши интимные места по-прежнему соприкасались, и мне было так хорошо… «Дружок, ты только что очистил чердак от паутины, и теперь им снова можно пользоваться», – подумала я.

Я подняла голову, легла подбородком ему на грудь и стала смотреть на него. Глаза его были закрыты, а на лице проступило выражение полного покоя.

– Я хочу повторить, – выдохнула я, не в силах больше ждать.

Он слегка приоткрыл глаза, и я ему улыбнулась, а затем состроила гримаску капризной девочки.

Он посмотрел на меня; его губы дрогнули в лукавой усмешке.

– Подожди пару минут, – сказал он.

Моя улыбка снова превратилась в гримасу.

– А если мы умрем за эти минуты?

– Тогда тебя трахнет мой призрак, – заверил он.

Я невольно рассмеялась.

Адрик снова закрыл глаза и глубоко вдохнул. Я поняла, что он совершенно расслаблен.

– Ты когда-нибудь думал, что это произойдет? – вскоре спросила я.

– Нет, ты была просто невыносима!

– А теперь?

– Ты по-прежнему невыносима, но уже не так меня раздражаешь.

– Я так понимаю, это значит, что я тебе нравлюсь?

– А сама-то как думаешь?

Мы так и не сделали это снова, потому что вскоре я уснула. Когда же внезапно проснулась,