Свободные отношения - Ольга Джокер

— До тебя у него всё было хорошо! — всплескивает руками Стас. — Взять, например, Нину. Она заботилась о Паше и сильно его любила. Хотела семью, детей. Как результат — мой брат находился в хорошем настроении, дарил окружающим улыбки, почти не злился и не раздражался. Знаешь, он ведь планировал жениться, но после Нового года всё пошло по пизде, потому что появилась ты!

— Не девушка, а монстр, — качаю головой.

От постоянных обвинений мне становится хуже каждую секунду.

— Я этого не говорил, но твоё присутствие в жизни брата мне категорически не нравится, — произносит Скориков-младший. — Паша никогда не признается в том, что ему сложно или некомфортно. Он конкретно на тебе залип! Но, чёрт возьми, если не любишь его, то отпусти в счастливую жизнь.

— С Ниной? — спрашиваю как можно спокойнее.

— Да хоть и с ней! — возмущается парень.

Я останавливаю автомобиль неподалёку от входа в метро и включаю аварийку. Чувствую себя паршиво, нервно барабаню пальцами по рулю. Злость медленным ядом распространяется по организму и убивает во мне остатки человечности.

— Приехали, — обращаюсь к Стасу. — Я тебя услышала, мелкий.

— Это означает, что ты исчезнешь?

— Это означает, что нечего лезть в личную жизнь взрослых людей — без тебя как-нибудь разберутся. А теперь проваливай, пока я добрая и могу себя сдерживать.

Брат Паши выбирается на улицу и громко хлопает дверью. Он накидывает на голову капюшон, идёт к метро и постоянно оборачивается.

Мои руки дрожат, я долго пытаюсь справиться с собой, но проходят секунды и минуты, а меня всё так же разрывает от противоречивых эмоций.

Недолго думая, я трогаю с места и, громко включив музыку на весь салон, еду к жилому комплексу, где живёт Паша. Понятия не имея, дома он или нет. Что я ему скажу? Зачем? И надо ли?

Мы встречаемся не часто — максимум раз в неделю. Сценарий почти один и тот же. Минимум разговоров, максимум страсти. И я правда не знаю ответ ни на один на поставленный Стасом вопрос. Мы это не обсуждаем! Наши отношения не предполагают столь явную откровенность. Боже, я ни разу не задумывалась о том, насколько же мы с Пашей близки и в то же время далеки друг от друга.

Оставив автомобиль во дворе, я поднимаюсь в лифте на нужный этаж и несколько раз подряд звоню во входную дверь. Мне никто не открывает. Обычно я всегда приезжаю с предупреждением, но этот раз — абсолютно спонтанный.

— Привет, — звучит голос Скорикова за моей спиной.

Я оборачиваюсь, всматриваюсь в лицо Паши. Он не выглядит несчастным! Да, немного уставшим. Возможно, чуточку грустным. Но вовсе не таким каким описывал его Стас!

— Вот так неожиданность, — произносит Скориков и достаёт из кармана связку ключей.

— Привет. Я проезжала мимо и решила заехать в гости.

— Проходи, — кивает Паша и, открыв дверь, пропускает меня в квартиру.

На самом деле во мне кипели такие эмоции, что хотелось выговориться и пожаловаться на мелкого засранца, который три часа караулил меня у работы! Откуда он узнал, где находится офис «Евростроя»? Какого чёрта не подумал о том, что может меня этим подставить? А если бы я вышла с Натаном, он бы тоже подошёл?

Но стоит мне оказаться в квартире и снять туфли, как все невысказанные вопросы и претензии растворяются и перестают беспокоить.

Паша оставляет пиджак в прихожей и проходит на кухню, а я молча следую за ним. Наблюдаю как он расстёгивает пуговицы на манжете и закатывает рукава. Почему я вообще должна что-то и кому-то объяснять? Почему обязана оправдываться? Скориков не маленький мальчик, который не умеет разговаривать! Если бы ему что-то не нравилось, он бы сказал. Ртом.

— Как дела на работе? — спрашиваю Пашу, забравшись на высокий барный стул.

— Нормально, — удивлённо отвечает.

— Устал?

— Немного.

Скориков подходит к холодильнику и достаёт оттуда бутылку воды. Предлагает и мне что-нибудь выпить, но я отказываюсь.

Он присасывается губами к горлышку, делает несколько жадных глотков. В последнее время наши встречи не приносят мне той радости и эйфории, которая была раньше. Теперь всё иначе: нет лёгкости, нет улыбок. Я не могу расслабиться и постоянно нахожусь в напряжении. Хожу по краю обрыва, на острие.

— Тебе нужно поехать в отпуск, — обращаюсь к Паше. — Не думал об этом?

— Думал. Но не сейчас, а осенью.

— Ого. Знаешь, что психологи советуют отдыхать минимум два раза в год хотя бы по две недели? Иначе может наступить выгорание.

— Влада, ты меня удивляешь, — качает головой Скориков.

Он закрывает бутылку, ставит её на стол и подходит ближе. В ноздри вбивается запах мужского тела, перемешанный с одеколоном. Паша разворачивает стул таким образом, что наши глаза находятся друг напротив друга.

— Что случилось? Ты для чего приехала? Мы ведь даже не договаривались.

— Ты прав. Это был порыв.

Скориков касается кончиком носа моего виска, вызывая мурашки по коже.

— Мне нравится твой порыв. Делай так почаще, пожалуйста.

Наши губы встречаются и сливаются в нежном и медленном поцелуе. Паша является инициатором, а я лишь позволяю ему целовать себя и пробовать. Мысли то и дело крутятся в ином направлении.

— Кто такая Нина? — спрашиваю тихо. — Когда вы расстались, Паш?

Скориков открывает глаза, удивлённо вскидывает брови.

— До тебя.

— Насколько «до меня»?

— Когда я инвестировал в ваш проект. Примерно тогда, — отвечает без заминки.

— Паша, я помню, что ты немногословный, но можно я не буду вытаскивать из тебя информацию клешнями? Расскажи мне о ней.

Скориков отстраняется и шумно вздыхает. Подходит к окну, открывает его и впускает в комнату пропахший дождём воздух. Моё сердце сжимается и ускоренно бьётся. Кое-какие догадки у меня имеются, но я хочу услышать их лично.

— Когда я увидел Владиславу Левицкую спустя долгое время, то сразу же пропал. Только и думал о том, что хочу тебя. Любую, постоянно. Порвал с Ниной примерно перед тем, как улетел в Варшаву. Мы много ссорились, всё получилось само собой. И да, билеты на конференцию я купил только потому, что хотел видеть тебя чаще. Спасибо Артуру, он все уши мне прожужжал о том, что Левицкие собираются на мега-событие года. Так что в целом ты была права — всё вертится вокруг твоей оси, Владислава. В том числе и я.

— Ты был настолько уверен в том, что