Под открытым небом - Александра Астафьева

– Кор, во что бы то ни стало, ты должен отыграть до конца. Джиа в надежных руках. Мы позаботимся о ней, – вздыхает и торопливо добавляет, заранее оглашая свой приговор. – Мне очень жаль, что на эту сцену она уже не выйдет.

Я стою без намека на движение и веры в происходящее.

Нет, это… Этого сейчас с нами не происходит.

– Кор! – продолжает надрывать глотку менеджер. – Пожалуйста, не заставляй меня давать тебе пинка под зад, чтобы наконец-то выйти на эту долбаную сцену.

– Скажи, что это не так! Скажи, что с ней все будет в порядке! – я умоляю его, будто от него зависит все, что происходит в данный момент.

– Обязательно, дружище, – проговаривает он мягче, разворачивая меня за плечи, и как послушную куклу подталкивает к ведущей наверх сцены лестнице. – У тебя три секунды на то, чтобы собраться и выложиться на все сто. Обещаю, что лично проконтролирую оказанную помощь Джие. Главное, не сдерживай эмоций.

Глубокий вдох и резкий выдох.

Я поднимаюсь под первые электронные звуки, знаменующие начало моего диджейского сета – второй части музыкального шоу.

Мысленно настраиваюсь, как советовал Стив, подбадриваю себя тем, что все будет хорошо.

Но бешенная и ободряющая энергетика зала не делает меня счастливым, а рвущиеся наружу эмоции и клокочущее беспокойство о девушке, которую так сильно люблю, не дают мне насладиться собственным шоу в полной мере.

И как бы я ни старался на протяжении остального выступления скрывать горький вид и веселиться с подпевающей толпой своих фанатов, моя белая футболка, испачканная кровью Джии, не спрячет подлинности  происходящего за кулисами и того, как трепещется сердце в груди.

Глава 22.2

* * *

Я еще долго не мог прийти в себя после всего, что с ней случилось.

Честно говоря, этот концерт не принес мне никакого удовольствия. Но, несмотря на все обстоятельства, я стойко выдержал оставшиеся полтора часа музыкального шоу. Кажется, зрители остались довольными. Стив и остальные организаторы также не скрывали своего восхищения от феерического финала шоу. Кроме меня. Мне хотелось как можно быстрее завершить представление и быть только с ней. Видеть и знать, что с Джией все в порядке.

Во второй половине концерта у нее была пара танцевальных номеров, поэтому не пришлось производить какие-либо замены. Принять решение снять танцевальные номера, в которых участвовала Джиа, оказалось единственным и правильным. Играя, мне было горько осознавать, что две мои мелодии лишись танцевального украшения. Да и вообще, сложилось такое впечатление, что всем все равно. Плевать, что у одной из танцовщиц на ноге рваная рана и перелом руки. Безразлично, что мое сердце разбито от неведения. Им нужно было только зрелище. И они его получили. Теперь мне необходимо получить свою девочку, которая также нуждается во мне.

После окончания шоу все разъезжаются кто куда. Стив настаивает на том, чтобы поехать со мной в клинику, где оказывают помощь Джии. По дороге он рассказывает всю информацию, которую получал каждые пять минут в течение всего шоу.

Стук сердца отдается в районе горла, когда я открываю дверь в палату больницы, где находится моя танцовщица.

– Джиа, – срываясь с моих губ, ее имя звучит с облегчением. Пара широких шагов, и я оказываюсь подле кровати, на которой лежит девушка с бледным выражением лица.

– Джейден, – слабо отзывается она.

Присаживаясь рядом, меня обдает знакомым теплом от прикосновения к ее руке, которую я тут же сжимаю в ладони. Мой друг стоит в дверях, не решаясь войти, пока внутри себя пытаюсь сдерживать гнев, чтобы от отчаяния не разгромить тут все к чертовой матери. Джиа не должна страдать. Только не эта девушка.

Она полностью переодета в больничную сорочку, волосы распущены, под глазами, уставшими от слез, пролегли чуть выраженные синяки, а губы сухие и искусанные. Ее правая рука и нога перевязаны, и сама она кажется такой хрупкой и беззащитной.

– Есть новости о моем отце? – спрашивает через силу и устремляет взгляд позади меня. – Стив, ты дозвонился до Жаклин с мамой?

– С твоим отцом все в порядке.

Заходит в палату и закрывает за собой дверь.

– Ему была сделана срочная операция. Все прошло успешно. Тебе не стоит переживать.

К счастью, что у нас были хорошие новости для нее, иначе… Не хочу даже представлять обратную картину.

– Жаклин просила позвонить ей сразу же, как только увидимся с тобой. Она места себе не находит.

Прикрыв глаза, девушка облегченно вздыхает и откидывается головой на подушку. От меня не ускользает, как с уголка ее правого глаза стекает слеза.

– Слава Богу, что с отцом все хорошо, но я не успокоюсь, пока не увижу его, – шепчет Джиа.

– Сначала тебе нужно позаботиться о себе, – выдавливаю через ком в горле нечто вразумительное. Не скрою, что очень больно видеть ее душевные и физические страдания.

Повернув голову в сторону Стива, я встречаю его выражающий сожаление взгляд.

– Позвоню Жаклин, – говорит он и в спешке скрывается за дверью.

– Прости меня, Джейден, – слезы продолжают катиться по ее щекам, – я подвела тебя.

Я крепче сжимаю ее руку, подавляя желание самому не расклеиться на глазах у страдающей девушки.

– Нет, – мотаю головой, – это не так. Все будет хорошо, Джиа, – наклоняюсь к ней ближе. Жаль, сейчас я не могу обнять ее, но могу бесконечно шептать, что все обойдется.

– Не обойдется. У меня сломана рука и на ноге рана, которая, – плотно сжимает веки, – неизвестно, когда заживет. Скорее всего, мне уже ищут замену.

– Не думай сейчас об этом. Тебе необходимо поспать и отдохнуть, а что касается остального, мы что-нибудь придумаем.

Наклонившись к лицу девушки, касаюсь губами ее лба. Я не собираюсь покидать Джию в таком состоянии. Уйти отсюда – это самое безумное, что только может прийти в голову. Дальнейшие уговоры Стива поехать и отоспаться в первый попавшийся отель не влекут за собой успеха. Поняв, что бесполезно меня в этом убеждать, он испаряется, но не улетает из города. Я благодарен ему за оказанную помощь и поддержку, а также другому частому гостю, появляющемуся в палате Джии, – Маргарет.

Именно она бросила все посреди концерта и уехала в больницу для оказания первой помощи ее подопечной. Я всегда знал, что Марго потрясающая, и тот факт, что Джиа – особенная для нее ученица. Поэтому никогда не устану благодарить хореографа за ее любовь к своей танцовщице.

Джиа не помнит, как упала вниз, в так называемый карман сбоку сцены,