Ты моя одержимость - Валерия Ангелос

Я опять смотрю перед собой и невольно вжимаюсь спиной в стену, оглядываюсь в поисках предмета потяжелее.

- Хватит! - кричу.

Но кто меня услышит?

Генерал выворачивается из захвата и пытается вонзить шприц в бедро Тимура, но тот перехватывает его руку и направляют иглу в сторону противника. Ожесточенная борьба набирает обороты с каждой новой секундой. Как итог - шприц отлетает куда подальше. Но накал не спадает. Напряжение нарастает. И я чувствую, как сердце рвется на части, наблюдая за схваткой двух родных людей.

Генерал - мой отец. И не важно какой он. Тимур - мужчина, которого люблю сильнее всего на свете. Часть меня мечтает о совсем других семейный встречах. О спокойном чаепитии. Банальном до зубного скрежета.

Проклятье. Что за безумные фантазии? Мне бы лучше их разнять. Желательно поскорее. Иначе точно друг друга покалечат.

Я не рискую влезть между ними сейчас, просто продолжаю кричать и пробую вразумить сцепившихся в битве мужчин.

- Разошлись по углам, - рявкает Резник. - Живо!

Его обращение действует лучше моего, моментально привлекает внимание. Он закрывает меня своей массивной фигурой, и я замечаю, что сейчас у него в каждой руке по одному пистолету, только это не совсем обычное оружие.

- Кто хочет дозу транквилизатора? - раздается мрачный вопрос. - Я без проблем нашпигую любого из вас, а может обоих сразу. Очнетесь завтра. Если повезет.

В комнате воцаряется напряженная тишина.

- Отпустили друг друга и разошлись, - цедит Резник. - Чего устроили? Точно подурели. На глазах у беременной девчонки такую дичь вытворяет. Что муж, что отец. Прямо оба хороши.

- Да кто ты вообще такой? - кривится Генерал.

- Глеб, зря полез, - бросает Тимур.

Но при этом они и правда отпускают друг друга и бой резко встает на паузу. Мужчины расходятся, пусть и с явной неохотой, явно желают продолжить выяснять, чья возьмет.

- Еще успеете побороться, - говорит Резник. - У нас времени в обрез. Надо найти того гребаного шантажиста. Врубите мозги. Пора действовать вместе, а не рубиться, давая врагу преимущество.

- Шантажист? - холодно уточняет Генерал. - Ты о чем?

- О том самом видео, которое ты принял за реальное кино, - спокойно произносит Глеб, но ни на секунду не ослабляет внимание и держит каждую цель под прицелом. - Подделка должна была вынудить Тимура отказаться от выборов, снять кандидатуру. Тот фильм создан на основе настоящей записи, только над ним серьезно поработали и многое подправили.

- Опять эта чушь, - презрительно хмыкает Генерал.

- А ты проверил? - тут же заявляет Резник. - Скинул запись экспертам? Да сам прикинь, если бы не было никакого шантажа. Кто бы стал устраивать концерт с расстрелом прямо посреди благотворительного вечера? Зачем столько напряга? Нам пришлось разыграть спектакль. Подстроить смерть. Но скоро все может вскрыться. Надо собраться и урыть ублюдка, который затеял грязную игру.

Отец хмуро сдвигает брови, глубокая складка прорезает его переносицу.

- Я получил выгодное предложение, - чеканит Тимур, глядя на Генерала. - Тебя хотели выкупить. Называли крутую сумму. Столько денег, что можно раз и навсегда выйти из бизнеса и не работать больше ни единого дня.

- Знаю, - ледяным тоном бросает отец.

Опять наступает период молчания. Наступает черед обдумать факты, сопоставить и понять, что истина оказывается ближе, чем кажется.

Фальшивое кино. Шантаж Тимура накануне выборов. Попытка выкупить моего отца из плена за безумные деньги. Кто-то явно плетет паутину интриг. И этот кто-то прекрасно знаком с нами. Ему известен и Генерал, и Татарин.

Нужен последний толчок. Озарение наступит.

- Папа, думаешь, я бы стала жить со своим насильником? - спрашиваю. - Думаешь, я бы верила в любое вранье? Видео подделано. Отставь чувства и посуди трезво. Разве мне так легко запудрить мозги? Разве я поведусь на явный обман?

Отец мрачнеет, крепче сжимает челюсти.

- Я бы почувствовала, - шепчу. - Ты же понимаешь. Я бы никогда не смогла влюбиться в урода, который причинил мне настолько дикую боль. Рвал на куски, методично калечил, пытался убить.

Генерал сжимает и разжимает мощные кулаки.

- Шамиль Асадов, - наконец заявляет он, выплевывает имя, точно ругательство и переводит взгляд на Тимура. - Так звали твоего папашу. Я не сразу узнал про его приключения в Италии. Когда выяснил, грохнул мразь лично.

- Он жив, - холодно произносит мой супруг. - Мне сказали, этот подонок живет припеваючи, отлично себя чувствует. Я не поверю в его смерть, пока не увижу изувеченный труп.

- Нужна карта, - криво усмехается Генерал. - Я дам точные координаты. Может, тебе повезет и удастся найти там кости. Это случилось давно. В горах. Я размазал его. Он летел долго и далеко. После такого не выживают.

- Ты проверил пульс?

- Нет, но я избил ублюдка до полусмерти и сбросил вниз. Даже если он удачно там приземлился, точно бы не выжил. В тех диких местах никто не живет, помощи ждать неоткуда.

- Ты украл мою месть, - оскаливается Тимур.

- А ты мою жизнь, - резко бросает отец.

И пусть он не смотрит на меня, я прекрасно осознаю о чем именно сейчас идет речь. Разговор идет тяжело, но сдвигается с мертвой точки. Начало положено.

- Лед тронулся, - хмыкает Резник. - Значит, и нам пора. Нужно заняться тем гадом, который точно жив и мутит воду. Он напрашивается, чтобы его притопили.

- Мы оборудовали штаб на нулевом этаже клиники, - продолжает Тимур. - Там собрана вся информация, которая у нас есть. Хронология событий. Общие знакомые. Сообщения шантажиста. Если просмотрим информацию, то сможем понять, в каком направлении двинуться.

- Пойдем, - кивает Генерал.

Они надевают медицинские маски и направляются к выходу из палаты. Я