Большей любви не бывает - Даниэла Стил

Наконец, когда он стал приставать к ней с советами вочередной раз, Эдвина улыбнулась, встала и согласилась пойти прогуляться. Ноона с трудом подавила в себе ужас, когда, накинув пальто, поднялась напрогулочную палубу.

Она старалась не замечать обстановку на палубе «Парижа».Всюду висели спасательные шлюпки, и на них Эдвина тоже старалась не обращатьвнимания. Она посмотрела на воду, и это вызвало в памяти картины прошлого.Нигде нельзя было укрыться от воспоминаний. Хотя все случилось давно, но как,оказывается, свежо в памяти. Иногда Эдвине даже приходилось напоминать себе,что она не на «Титанике».

Возвращаясь к себе, Эдвина услышала звуки музыки, и ее глазанаполнились слезами. Она вспомнила, как танцевала с Чарльзом, а родителисмотрели на них и улыбались. Ей хотелось убежать от воспоминаний, от знакомоймелодии, и она устремилась в свою каюту, ничего не видя перед собой.

По пути она налетела на какого-то мужчину и буквально упалав его объятия.

— О…о… — Она едва устояла на ногах, и незнакомецподдержал ее сильной рукой.

— Простите, ради бога… с вами все в порядке?

Она посмотрела вверх и увидела высокого красивого блондиналет сорока. На нем безупречно сидел костюм, поверх которого было накинутопальто с бобровым воротником.

— Я… да… извините…

Она при столкновении выбила у него из рук книгу и газету, ито, что он проводил свободное время за таким обычным занятием, как-тоуспокаивающе подействовало на Эдвину. Самой ей только при одной мысли опароходе хотелось надеть спасательный жилет.

— Вы уверены, что с вами все в порядке? — сноваспросил он.

Из-за своих черных волос Эдвина казалась особенно бледной, ион боялся, как бы она не потеряла сознание. Она выглядела так, будто еелихорадило.

— Да… со мной все хорошо. — Эдвина слабоулыбнулась, и он выпустил ее руку. Она заметила, какая у него теплаяулыбка. — Извините, я была такая неуклюжая. Я задумалась…

«О мужчине, наверное, — решил он. — Подобныеженщины редко бывают одни или во всяком случае недолго».

— Ничего-ничего. Вы шли пить чай? — вежливоспросил он. Казалось, он не торопился уходить.

— Нет, я шла к себе в каюту.

Он разочарованно посмотрел ей вслед. Когда Эдвина вошла вкаюту, стюард с одобрением заметил, что она наконец-то вышла и подышала свежимвоздухом.

— Да, на палубе хорошо. Вы были правы, — сказалаона и попросила чаю.

Через несколько минут стюард принес чай и тарелочку печеньяс корицей.

— Вам надо почаще выходить. Солнце, свежий воздух,музыка и приятная компания излечат вашу печаль.

— Я выгляжу печальной? — улыбнулась Эдвина. Онабыла не столько печальна, сколько испугана. Но и печальна тоже, призналаЭдвина, ведь этот корабль заставлял ее вновь воскрешать в памяти болезненныевоспоминания. — Но со мной все в порядке. Правда.

— Теперь вы выглядите гораздо лучше, — заметилстюард, хотя и огорчился, что она вновь попросила накрыть стол в каюте. —У нас такой красивый обеденный салон, мадам. Разве вы не хотите там пообедать?

Стюард, конечно, мог принести обед в каюту, но он такгордился кораблем, что всякий раз искренне огорчался, если пассажиры незамечали всего его великолепия.

— Боюсь, мои туалеты не подойдут к такому случаю.

— Это неважно. Красивая женщина может пойти куда угоднохоть в рубище, — галантно произнес француз.

— Не сегодня. Может быть, завтра. Стюард хотелдоставить ей удовольствие и принес изысканные деликатесы, приготовленныеспециально для нее шеф-поваром — по крайней мере так он заявил, но, как и впредыдущие два дня, Эдвина съела очень мало.

— У мадам совсем плохой аппетит, — посетовалстюард, унося поднос, но вечером, когда он зашел приготовить постель, каютаоказалась, к его удовлетворению, пуста.

Эдвина долго колебалась и в конце концов решила выйтиподышать воздухом перед сном. Она мужественно шла по прогулочной палубе, глядяв пол, потому что на океан смотреть боялась. Вдруг она увидит там шлюпку илизадравшуюся к небу корму тонущего корабля… или айсберг… Она старалась не думатьоб этом и упорно не поднимала глаз.

Но тут ее взгляд наткнулся на элегантные черные вечерниемужские туфли, и, подняв глаза, Эдвина увидела красивого блондина в пальто сбобровым воротником, с которым она столкнулась утром.

— Ох, нет!.. — засмеялась Эдвина, смутившись: онаопять что-то выбила у него из рук, и он тоже рассмеялся.

— Это, кажется, уже входит в систему, — улыбнулсяон. — С вами все в порядке?

Эдвина вспыхнула, чувствуя себя ужасно неловко.

— Я опять не видела, куда иду, — улыбнулась она.

— И я, — признался он, — я просто глядел наводу… красиво, правда?

Он посмотрел вдаль, а Эдвина не могла этого сделать. Онасмотрела на незнакомца и думала, что он очень напоминает Чарльза. Высокий,красивый, хотя, правда, у него светлые волосы и он значительно старше, чемЧарльз был тогда, на «Титанике»…

Незнакомец перевел взгляд на Эдвину и дружески улыбнулся ей.Казалось, ему не хотелось с ней расставаться.

— Не хотите ко мне присоединиться? — Он предложилей руку, и Эдвина не знала, как бы повежливее отклонить его приглашение,никакие причины для отказа не приходили в голову.

— Я… на самом деле… немного устала… Я собиралась…

— Отдохнуть? Я тоже, но небольшая прогулка, возможно,улучшит самочувствие. Освежит голову… сделает зрение острым… — поддразнил онЭдвину, и она, не раздумывая, взяла его под руку.

Она шла с ним рядом, но не знала, о чем говорить. Она редкообщалась с незнакомыми людьми и сейчас лихорадочно придумывала тему дляразговора.

— Вы из Нью-Йорка? — Он, казалось, не заметил еезамешательства, во всяком случае оно его не смущало.

— Нет, — едва слышно ответила Эдвина, — я изСан-Франциско.

— Понятно… Направляетесь в Лондон… или в Париж?

— В Лондон. — Вырвать сестру из лап ублюдка,который сбежал с нею, хотя ей всего семнадцать лет, а ему самому небось всепятьдесят. — Всего на несколько дней.

— Такое долгое путешествие ради нескольких дней? Вы,должно быть, любите плавать на пароходах? — Они сделали круг по палубе и вконце концов остановились около шезлонгов. — Не хотите присесть?

Эдвина села, удивляясь своему поведению, но с ним было таклегко, и ей расхотелось возвращаться в одинокую каюту. Он опустился в соседнеекресло, прикрыл ей ноги пледом и опять посмотрел на нее.

— Извините… Я совершенно забыл представиться. —Тепло улыбаясь, он протянул руку: