Ненавижу и прощаю... - Наталия Батори

Было приятно лежать сейчас с ним. Ощущать тяжесть его влажного от пота тела. Дышать запахом мужчины и чувствовать, как он обволакивает и проникает в каждую пору. Опьяневшая от этой близости, Аня все еще качалась на волнах блаженства, тело все еще вздрагивало и плавилось, и это было так… так чудесно, что хотелось время остановить, чтобы эти минуты никогда не заканчивались. Было что-то необъяснимое в том, как он обнял ее сейчас, как ткнулся в шею, словно котенок, и прижал к себе как нечто ценное… Мысленно благодаря царивший в комнате полумрак, девушка улыбнулась и повернула голову к лежащему рядом мужчине. Он спал. Сладко сопел и чуть хмурился. Как маленький мальчик… И он не ушел. Не оставил ее, как тогда, и стоило Ане пошевелится, как его объятия становились крепче.

Чувствуя себя до странности счастливой, Аня перевернулась на бок, что потребовало немалых усилий из-за заброшенных на нее конечностей лежавшего рядом. Вздохнув свободнее, она хотела устроится удобнее, но не тут-то было. Что-то сонно бурча, Сергей вжался в ее спину. Цокнув языком, девушка тихо хихикнула и попыталась чуть высвободиться. Засопев, Столяров навалился еще сильнее, и Анне пришлось смириться…

В мозгу все еще вспыхивали какие-то обрывочные мысли, но усталое тело уже наполнялось слабостью, моргать становилось все сложнее, и вскоре она уснула. Казалось, что все длилось какие-то минуты, но когда удалось раскрыть глаза, небо на востоке уже начало светлеть. Объятия Столярова чуть ослабли, и, скинув одеяло, Аня передвинулась ближе к краю. Сейчас все произошедшее казалось чем-то нереальный и невозможным. Это его появление в клубе, эта сцена ревности, иначе и не назовешь, поездка к нему домой, ее выходка, его ярость… Его нежность. Аня ожидала от него всего, чего угодно, но не нежности, не того терпения, с которым он ласкал ее. Черт, даже сейчас, стоило вспомнить о его поцелуях, как по телу прошла волна дрожи. Выровняв дыхание, Анна подтянула к груди простынь и прикрыла глаза. Что делать дальше? Как вести себя? Сделать вид, что ничего не произошло, или сиять улыбкой, словно она счастливейшая из смертных?

«Бред… И ты думаешь, что одна ночь что-то изменит? Это же Столяров…»

Насмешливо проговорил голос старой обиды, но Аня отмахнулась от этих мыслей. По крайней мере, постаралась отмахнуться, но камень сомнения уже был брошен, и сейчас из пучины воспоминаний поднималась давно забытая любовь… Плотнее прижав к груди простынь, Анна села в постели и покосилась на мужчину, который теперь сопел, уткнувшись носом ей в бедро. Небритый. Прижав кончики пальцев к губам, девушка ощутила отметки от его щетины – легкую пульсацию по контуру. Он был все такой же мальчишка, возмужавший, но мальчишка. Как всегда, до неприличия уверен в себе, что немудрено при его то внешности. И хуже всего было то, что он прекрасно знал, что хорош собой, и пользовался этим… И это был далеко не тот слащавый нахал, что был в юности…

«Немало ему пришлось перетрахать, чтобы так заматереть! И ты тоже попалась на его удочку! Опять попалась! Дура, такая же, как и все! Безликая дура!!!» - горько проговорил все тот же голос, от которого она уже не стала отмахиваться.

Словно в подтверждение ее слов из-за тонкой ножки стула что-то сверкнуло. Снедаемая любопытством, Аня слезла с постели и, сделав два шага, опустилась на колени, протянула руку и хмыкнула, подхватив пальчиками маленькую сережку с подвеской в виде Эйфелевой башни. Дешевая бижутерия.

- Что и требовалось доказать, - мрачно проговорила она.

Вопреки ожиданиям, Анна сумела не расплакаться. В странном отупении она собирала по комнате свои вещи и одевалась. Вспомнив о том, что Столяров замкнул дверь, Аня нашла его сброшенные впопыхах джинсы и, стараясь не шуметь, вынула ключи. Она хотела уйти немедленно, но, обернувшись на постель, так и замерла… А, может, не торопится? Подождать утра, пока он проснется, и тогда делать выводы?