Постой, любимая - Эдит Лэйтон

Эймиас задумался, затем его глаза вспыхнули. — Ну конечно! — воскликнул он. — Как я сразу не додумался! Меrsi! — бодро произнес он, бросил на стол монету, вскочил на ноги и зашагал к выходу.

Эмбер оделась и причесалась, стянув волосы в узел. С каждой минутой ее волнение и страх нарастали, и к тому времени, когда раздался стук в дверь, она сидела как на иголках.

— Эмбер? — нетерпеливо позвал Эймиас. — Я привел к тебе посетителя. Можно войти?

Сердце Эмбер упало. Неужели он передумал? А может, его заставили? Единственный человек в этой стране, который хотел бы ее видеть, — это ее отец. У графа есть деньги и влияние, а Эймиас, судя по голосу, нервничает. Но едва ли она что-нибудь изменит, прячась за дверью.

— Входите, — сказала она, взяв себя в руки.

Дверь распахнулась. Рядом с Эймиасом стоял мужчина.

Эмбер попятилась, прижав руку к сердцу.

— Привет, Эмбер, — сказал Паско.

— Я ничего не понимаю, — выдохнула она, глядя на Эймиаса.

— Это судьба, — отозвался он с улыбкой.

— А ты думала, что он добирался сюда вплавь? — поинтересовался Паско не без иронии. — Он болтался в Сент-Эджите, ожидая известий от тебя. Их не было. Ты не отвечала на письма. Тремеллин занервничал и попросил меня выяснить, что происходит. Как будто я нуждался в его просьбах, — презрительно добавил он. — Это ближайшая гавань к поместью твоего папаши. Не совсем, конечно, но наш брат предпочитает обходить стороной более крупные порты, чтобы не нарываться на неприятности. Он, — Паско ткнул большим пальцем в Эймиаса, — увязался со мной. А его сумасшедший братец Даффид, который прибыл следом за ним, решил составить ему компанию. — Он скривился в ухмылке. — Думаю, отцы всех девиц в округе дорого бы заплатили, лишь бы избавиться от этого типа, так что пришлось взять и его тоже.

Эймиас рассмеялся.

— Словом, корабль дураков, — буркнул Паско, наградив его неодобрительным взглядом. — Хотя от дураков тоже бывает польза. Мы думали, что он хочет поговорить с тобой, поэтому отпустили его одного. А теперь Сент-Айвз заявляет, будто ему пришлось спасать тебя. Что все это значит? — обратился он к Эмбер. — Ты действительно хочешь выйти за него замуж? Или это очередное вранье?

Эмбер кивнула и перевела взгляд на Эймиаса.

— Ты не возражаешь, если я поговорю с Паско наедине? — спросила она.

Его улыбка увяла.

— Я подожду снаружи, — буркнул он и вышел из комнаты, притворив за собой дверь.

Паско молча ждал, расставив ноги и сунув руки в карманы темной куртки.

— Это правда, — сказала Эмбер. — Мой отец — граф, но ему наплевать на меня. Он разыскал меня с единственной целью — выдать замуж ради собственной выгоды. А когда я отказалась, он запер меня и собирался держать под замком вплоть до заключения брака. Слава Богу, появился Эймиас. Не знаю, как ему это удалось, но он вывел из строя всех охранников и выкрал меня из дома.

— Могу себе представить, — хмуро уронил Паско. — Я всегда подозревал, что у него темное прошлое.

— Но, надеюсь, светлое будущее. Во всяком случае, я за это молюсь. Потому что люблю его. И хочу выйти за него замуж.

— Видимо, так оно и есть, — кивнул Паско. — Иначе с чего бы тебе отвергать мое предложение?

— Я не говорила ему о твоем предложении, — сообщила Эмбер, опасаясь, что угрюмый вид Паско вызван досадой, что она предпочла ему Эймиаса.

— Конечно. По-твоему, я этого не понимаю? Ты порядочная девушка, иначе я не хотел бы жениться на тебе. Ну ладно. Надеюсь, ты понимаешь, что брак с преступником — не лучшая партия для девушки.

Эмбер изумленно уставилась на него, затем уперлась кулаками в бока.

— Паско, — сказала она с некоторой долей раздражения, — а как называется то, чем ты занимаешься, перевозя шелк и вино тайком от таможенников? Благотворительностью, направленной на поддержку французских сирот? Контрабанда — это преступление, и очень серьезное. Эймиас украл один жалкий фунт, будучи голодным мальчишкой, попал за это в Ньюгейт и был сослан в Австралию. А у тебя целые суда, которые ходят туда и обратно, груженные запрещенным товаром. Если сравнить возраст преступника и нанесенный ущерб… Подумай об этом, Паско.

Он улыбнулся.

— Тебя не проведешь, голубка. Вот что мне в тебе так нравилось с самого начала. Что ж, — вздохнул он, нахлобучив на голову шапку, — в море водится и другая рыбка, мне ли этого не знать. Ладно, я согласен.

— На что? — подозрительно спросила она.

— Поженить вас, конечно, — отозвался он.

Час был поздний, ночь темной, дождь лил не переставая. Жених нетвердо стоял на ногах, как и остальные участники церемонии. Никто, впрочем, не прикладывался к спиртному, кроме Паско, которому предстояло провести бракосочетание, и он нервничал, так как делал это впервые. Просто море штормило, и шхуну раскачивало на волнах.

В капитанской каюте, забитой контрабандным товаром, было слишком тесно, и все вышли на палубу.

— Ты уверен, что это нельзя опротестовать в суде? — в очередной раз спросил шафер, обращаясь к жениху.

— Нет, — признался Эймиас. — Но я слышал, что капитан имеет право поженить пару, находящуюся на борту корабля, как в нашем случае. По крайней мере, этого будет достаточно, чтобы остановить ее французского папашу, если он все-таки доберется до нее, прежде чем мы отплывем отсюда завтра утром. Остальное не важно. Ничто не мешает нам повторить свадебную церемонию, когда мы окажемся в Лондоне. Неужели ты думаешь, что граф позволит мне остаться в живых, если я обойдусь без его благословения?

Даффид ухмыльнулся.

— Вряд ли. Ты мудрый человек, Эймиас. И у тебя красивая невеста. Теперь я понимаю, почему тебя так тянуло в Корнуолл. А вот и она.

Они повернулись к невесте. Облаченная в непромокаемую накидку, одолженную у одного из матросов Паско, она нетвердо шагала по палубе, опираясь на руку Тоби. В мерцающем свете фонарей, которые держали в руках остальные члены команды, было видно, что на ее лице сияет улыбка. Подойдя к Эймиасу, она взяла его за руку, но тут же повисла на нем, когда шхуна в очередной раз зарылась носом в волну.

— Ладно, не будем тянуть, — сказал Паско. — Я не мастер произносить речи, но я капитан этой посудины и могу поженить вас, если вам не терпится. Есть возражения? — спросил он, окинув взглядом собравшихся.

Единственными звуками, раздавшимися в ответ, были свист ветра и плеск волн.

Паско кивнул, обрушив ручейки воды с полей шляпы на Библию, которую держал в руках.

— Так я и думал. Ладно, тогда начнем. Эймиас Сент-Айвз… это ваше настоящее имя? — поинтересовался он, взглянув на Эймиаса.

— Да, — гордо отозвался тот. — Подписано и заверено во всех судах. У меня есть земля, акции и недвижимость, зарегистрированные на имя Сент-Айвза. Мой друг граф позаботился о формальностях. Так что никто не сможет лишить меня всего этого.