Голоса ночи - Лидия Джойс

Шесть месяцев спустя

– Где же она?

Чарлз нахмурился. В просторном бальном зале Эджингтоны принимали гостей: многочисленных дам в ярких экстравагантных нарядах и джентльменов в строгих костюмах. Рядом с Чарлзом, держась за его локоть, стояла Лили Барретт, ей было немного страшно, но в то же время она не могла сдержать радости, что ее удостоили чести присутствовать на официальном приеме, устроенном лордом Эджингтоном и его супругой. Однако баронессы нигде не было видно.

– Где же твоя жена? – спросила у Чарлза мать.

Он похлопал леди Эджингтон по руке и посмотрел через плечо на слуг.

– Не знаю, мадам, – сказал Чарлз. – Пойду поищу ее. Оставайтесь здесь с мисс Барретт.

Леди Эджингтон повернулась к девушке, а Чарлз отошел в сторону и затерялся в толпе.

Вскоре ему удалось найти Мэгги. Она укрылась недалеко от зимних апартаментов. Мэгги стояла спиной к нему около балюстрады и смотрела вниз на собравшихся в зале гостей.

Теперь она совсем не походила на ту девушку, которую Чарлз впервые увидел около года назад на сцене оперного театра. В ней появились стать и достоинство, исчезли настороженность и резкость. Но Мэгги по-прежнему была все такой же жизнелюбивой, такой же страстной и непокорной.

Чарлз подошел к жене и тронул ее за локоть:

– Тебе пора спуститься вниз.

Мэгги вздрогнула от неожиданности и повернулась к Чарлзу. Ее шелковые юбки зашелестели.

– Чарлз? Как ты меня нашел?

Он твердо взял ее за локоть:

– Пойдем.

– Я не хочу спускаться, дорогой.

– Это не просьба.

– Конечно. Ты никогда не просишь. – Мэгги не тронулась с места. Она смотрела на мужа своими большими, черными, бездонными глазами, и в них читалась тревога.

– И мне почта всегда удавалось настоять на своем, – насмешливо сказал он скорее сам себе, чем ей.

– Я не хочу спускаться, – повторила Мэгги и раздраженно провела рукой, расправляя свое платье. Чарлз притянул ее к себе, и она не стала сопротивляться; ее взгляд немного смягчился, когда она почувствовать его близость.

– Мэгги, – сказал Чарлз, – теперь ты леди Эджингтон. Тебе нечего бояться. Никто даже не подумает осуждать тебя, каким бы странным ни казался мой выбор. Я Эджингтон. – Мэгги слабо улыбнулась. – Лили Барретт уже ждет внизу. Если ты не придешь, гости могут подумать, что ты не одобряешь ее присутствие в нашем доме и не хочешь поддержать ее. Ведь ты теперь баронесса и не можешь вечно скрываться от общества.

Мэгги долго смотрела на Чарлза, потом кивнула.

– Полагаю, это не последний выход Лили в свет.

– Конечно. Она посетит нас еще раз, как только Милли вернется из свадебного путешествия, – сказал Чарлз.

Это было первое появление семьи Эджингтонов на публике после того рокового приема, когда погибли двое мужчин. Обществу те события были представлены так, будто Чарлз, Мэгги и Дайнс отважились пресечь грабеж, осуществленный предавшим Дайнса камердинером, которого тот остановил ценой собственной жизни. Помимо Чарлза и Мэгги еще два человека знали истинное положение вещей. Но мисс Хаусер была счастлива, что ей сохранили жизнь с условием, что она будет молчать и покинет Лондон. А что касается другого… Чарлз не знал, насколько Гиффорд был посвящен в планы Дайнса, и не стал ничего выяснять.

Мэгги опять посмотрела через край балюстрады.

– Когда я была маленькой девочкой, я часто забиралась наверх, над сценой Королевской итальянской оперы во время представлений и наблюдала за теми, кто внизу, размышляя, каково быть там, на сцене.

– И теперь ты хочешь почувствовать это? – Чарлз вопросительно поднял бровь.

Мэгги повернулась к нему, пытаясь подавить улыбку.

– Может быть, – сказала она и опять посмотрела вниз. – Послушай, нас, кажется, заметили. Что ж, поскольку теперь я леди Эджингтон, полагаю, мне следует начать играть свою роль.

Она поднялась на цыпочки и, прильнув к Чарлзу, поцеловала его в губы. Это был не более чем легкий поцелуй, и когда Мэгги отступила назад, Чарлз озорно улыбнулся: