Герцог для Дианы - Сабрина Джеффрис

Почувствовав, что момент триумфа настал, его тетка продолжила:

— Но я могу придержать язык, если взамен вы женитесь на одной из моих дочерей.

Лицо Джеффри потемнело от гнева.

— Я никогда не соглашусь на это, мадам. — Он бросил взгляд на трех молодых женщин, которые явно были унижены развернувшейся перед ними сценой. — Хотя и уверен, что все они замечательные юные леди. — Прищурившись, пристально посмотрел на их мамашу. — Но я лучше сам себе перережу горло, чем добровольно соглашусь сделать вас своей тещей. Поэтому предлагаю вам покинуть мой дом, пока я не приказал лакеям довести вас и ваше семейство до кареты.

У нее округлились глаза.

— Вы не оставляете мне другого выбора, кроме как распространять повсюду слухи о смерти вашего отца.

Глупая женщина! Она действительно решила, что Джеффри Всемогущий сдастся под первой же атакой? Очевидно, что она совсем его не знала. Что только добавляло доверия рассказам Джеффри о том, как она и ее семейство порвали с его отцом, потому что он женился на женщине, которую любил.

— Прекрасно! А вы не оставляете иного выбора мне, кроме как рассказать всему миру о том, как вы шантажировали меня. — Он наклонился к ней. — Как вы собираетесь выдавать своих дочерей замуж, если все будут знать, что я их отверг? Вы так мало верите в их способность найти себе мужей, что решили шантажировать меня и подсунуть одну из них? Мне, человеку, которого вы же сами обвиняете в убийстве собственного отца?

— Вы не можете! О… Никто вам не поверит. Вы сами сказали что они «замечательные».

— И тем не менее у меня нет желания на них жениться.

Лорд Филдхэвен взял жену за руку.

— Пойдем, Айви. Ты попыталась и проиграла. Думаю, нам нужно уйти, пока кто-нибудь из нас не пустил в ход кулаки.

— Отличная идея, — протянул Джеффри. — Уходите. Это будет более цивилизованно, чем вышвыривать вас за порог, хотя принесет мне меньше удовлетворения.

— Мы уходим, сэр. — Лорд Филдхэвен потянул жену к дверям, а вслед за ними двинулись их дочери, надо признать, очень хорошенькие.

По мнению Дианы, ни одна из них не горела желанием выйти замуж за нового герцога Гренвуда, в особенности после его реакции на шантаж их матери.

Диане вдруг пришло в голову, не следует ли и ей тоже пересмотреть свою готовность выйти за него, даже если он захочет жениться на ней, в чем у нее совсем не было уверенности. Но какие бы битвы ни ожидали их впереди, она была полностью уверена, что хочет принять в них участие.

До тех пор, пока это означало, что она может быть рядом с Джеффри.

Глава 17

После того как Филдхэвены ушли, Диана обернулась и увидела, что в вестибюле собралось немало слуг. Судя по виду, Джеффри был в ужасе. До него явно дошло, что слуги слышали все.

Откашлявшись, Джеффри обратился к ним:

— Я благодарен вам за помощь в ситуации с моей родней. Очень хотелось бы пообещать, что такое больше не повторится, но я в этом не уверен. У моего отца было много дальних родственников. — Он сцепил руки за спиной и добавил: — Мне, однако, хотелось бы попросить вас не повторять то, что вы услышали здесь сегодня. Уверяю вас, это абсолютная ложь.

— Пожалуйста, ваша светлость, не нужно ничего объяснять, — обратился к нему дворецкий и, повернувшись, оглядел лакеев, которые одобрительно кивали головами. — Мы не верим этим сплетням. Мы горды служить вам и сохраним в полной тайне все, что имеет отношение к этому делу. Вам не стоит беспокоиться. — Он горделиво выпрямил спину. — Мы бы никогда не предали вас. Просто скажите, что от нас требуется.

Джеффри стоял, онемев от такого проявления поддержки со стороны слуг, которые знали его всего-то месяц или два.

— Благодарю вас. Склоняю голову в знак уважения перед всеми вами. Я тронут вашей заботой больше, чем вы можете себе представить.

— И, — сказала Диана, — если вы, джентльмены, извините меня за то, что прерываю ваш разговор, вы можете самым лучшим способом продемонстрировать свою поддержку тем, что… э… вернетесь к своим обязанностям в бальном зале. На балу, который дается в честь сестры его светлости.

Все, включая Джеффри, взглянули на нее с недоумением. Потом, осознав, что большинство лакеев собралось здесь, в вестибюле, все заторопились разойтись по своим местам.

Все, кроме дворецкого. С решительным видом он подошел к Джеффри.

— Как вы считаете, Филдхэвены еще вернутся сегодня?

— Не думаю. Надеюсь, не вернутся. Поэтому вы можете без опасений заняться своими обязанностями.

— Очень хорошо, сэр.

Когда дворецкий развернулся и отправился в бальный зал, Джеффри взял Диану за руку.

— Пойдем со мной. — Помолчав, он добавил: — Пожалуйста. Если ты не против.

Она с трудом сдержала рвущийся на волю смех. Оказывается, Джеффри Всемогущий умел демонстрировать приличные манеры, когда хотел.

— Конечно. Уверена, что пара свободных минут у меня есть.

— Пары минут может не хватить, — пробормотал он, ведя ее через комнаты, где их едва ли кто-то мог увидеть.

Затем ей стало ясно, что они направляются в его кабинет.

— Я запру дверь, — предупредил Джеффри. — Не думаю, что нас заметили на входе. Но, если кто-нибудь явится нас искать, мне не хочется, чтобы они ввалились без предупреждения.

Он намекает на то, о чем она подумала? Диана вопросительно посмотрела на него.

— Здесь? Ты хочешь устроить интимное свидание здесь и сейчас?

— Не совсем. — На его лице появилась грустная улыбка. — Я-то не против, но мы пришли сюда не за тем. Мне нужно поговорить с тобой о смерти моего отца.

— О! Я поняла. — Диана опустилась в кресло напротив письменного стола. — Поверь мне, я совершенно уверена, что ты не убивал его.

Он внимательно посмотрел на нее.

— Ты настолько веришь в меня?

— Разумеется. Иначе и первого нашего свидания никогда бы не случилось. Я даже не допустила бы, чтобы ты остался со мной наедине. У меня большой опыт общения с клиентами, которым нельзя доверять.

— Печально, но я тебе верю.

Когда Джеффри замолчал, она напомнила:

— Ты собирался рассказать мне об отце.

— Да. Ты услышала о так называемых доказательствах, которые представила моя родня. Но это лишь крошечная часть потенциальных обвинений. — Сев за письменный стол, он отпер ящик и достал оттуда письмо. Мгновение просто смотрел на него, словно споря с самим собой. — Боюсь, единственное, что можно противопоставить слухам, — вот это письмо, но такое снадобье еще ужасней, чем сама болезнь. — И он со вздохом протянул письмо ей через