Вопрос цены - Весела Костадинова

— Хороший выбор, — кивнула я, — по крайней мере там мы не уснем от скуки.

— А третье приглашение, Лив?

— А третье приглашение не для тебя, дорогой, — я распечатала конверт и протянула ему.

— Губернаторская премия «Перо»? Я так понимаю журналистская тусовка?

— Верно.

— Тебе там будет не скучно в гордом одиночестве?

— А я пойду не одна. Пару мне составит Костя. Это наша с ним прямая работа.

— Лив, ты хочешь сказать, что пятницу вечер я проведу один, а ты пойдешь на мероприятие с моим пресс-секретарем?

— Тебе найти занятие, дорогой? Вот держи, — я протянула ему еще одну папку.

— Что там?

— Подготовка к интервью «Коммерсанту». Примерные вопросы, план интервью, мелочи и т. д. Ты же хотел дать информацию в паблик на своих условиях?

Олег поморщился.

— Почему просто не организовать утечку, рысенок?

— Потому что утечка — это серьезно. Утечка — это когда надо вот прямо сразу и в точку. А пока мы просто кидаем кости шакалам.

Олег взял папку и усмехнулся, пробежав глазами документы.

— Ты действительно хочешь, чтобы я этим занялся? — кисло спросил он, слегка приподняв бровь, но уже без явного протеста.

— Это часть игры, Олег. Ты и сам знаешь, что нужно давать людям то, что они хотят, но на твоих условиях. Так вот, «Коммерсант» — отличная возможность для этого. Пусть питаются тем, что мы сами выберем для них. К тому же, они счастливы, что первое серьезное интервью ты даешь именно им. Поэтому сделают все, чтоб мы были довольны.

Олег глубоко вздохнул, затем кивнул.

— Ладно, рысёнок, ты меня убедила. Разберусь с этим. Но помни: я всё равно буду скучать в пятницу вечером.

— Уверена, ты найдёшь, чем себя занять, — засмеялась я, подходя к нему ближе. — А если нет, я позабочусь об этом позже.

Он поцеловал меня. Долго. С обещанием.

— Лив, почему ты сама идешь туда? — спросил он, чуть отстранившись, но не убирая рук с моей талии.

— Потому что там будет Рамков. Главред «Вестника», — тихо пояснила я.

Олег напрягся, его пальцы слегка сжались на моей талии. В его глазах мелькнуло понимание, смешанное с осторожностью.

— Рамков? — повторил он, нахмурившись. — Так вот оно что… Ты собираешься с ним поговорить?

— Пока да. Дальше посмотрим. «Вестник» чуть меньше месяца назад перешел под контроль одного из депутатов Законодательного собрания, Олег, а буквально через несколько дней газета выпускает этот материал. А депутат — в команде губернатора. И ему ссорится с Павловым совершенно не с руки. Материал, выпущенный газетой — удар не только по нам, но и по собственному владельцу, реши мы организовать атаку на них. Со мной уже связывалась помощница депутата и дала понять, что статья — самодеятельность. Вопрос: что заставило Рамкова так поступить?

Олег понимающе усмехнулся.

— Ты молодец, что не стала атаковать. Мы могли бы поссориться с губернатором… не вовремя.

— Верно. Поэтому владелец и зол. И готов был убрать Рамкова…. Но я поспешила заверить его, что в этом нет необходимости. Он хороший и опытный главред, хоть и говно человек. И мне нужно поговорить с ним.

Олег кивнул, одобрительно глядя на меня, и в его взгляде читалось доверие. Он редко раскрывал все свои мысли, даже когда мы были настолько близки, как сейчас. Я знала, что он делится со мной многим, но его природа — держать полную картину происходящего исключительно при себе. Всё, что происходило вокруг нас, было частью его тщательно выстроенной игры, в которой каждый из нас, были лишь фигурами, действующими по его плану.

Не то чтобы я чувствовала себя марионеткой, но осознание того, что все нити находятся у него в руках, напоминало о том, насколько искусен он в своём контроле. Он не просто строил планы, он управлял ими, корректировал по мере необходимости, следя, чтобы каждая деталь оставалась на своём месте. А я… я была важной частью этой игры, но всё же частью.

Иногда это беспокоило меня — не видеть полной картины, не знать, что скрывается за его решениями. Но, глядя на Олега, я понимала: он не сделал бы ничего, что могло бы разрушить то, что мы выстраиваем вместе. А пока мне приходилось играть по его правилам, даже если я не знала их всех.

28

Премия «Перо», в начале 90-х основанная как награда за смелость и приверженность журналистским ценностям, за двадцать лет превратилась в довольно рутинное мероприятие. Однако, оно позволяло оставаться в центре внимания журналистской элиты и поддерживать важные связи между представителями медиа, бизнеса и власти. Несмотря на то, что премия со временем утратила свою первоначальную остроту и значимость, она всё ещё оставалась престижной площадкой для обмена мнениями и завоевания внимания влиятельных фигур.

Прием и торжественные награждения стали более формальными, но всё ещё предлагали возможность для участников обсудить актуальные проблемы, найти союзников или продвигать свои интересы. Журналисты, издатели, владельцы СМИ — все они собирались здесь, чтобы укрепить связи, наладить новые контакты и обсудить последние события.

Или чтобы указать некоторым на их место. В такие моменты журналистская тусовка превращалась в арену, где борьба за влияние и контроль была не менее ожесточенной, чем на политическом поле. Здесь каждый взгляд, каждая фраза, сказанная в кулуарах, могла определить будущее сотрудничество или стать началом чьего-то падения.

Костя галантно протянул мне бокал с шампанским и подал руку, увлекая в глубь зала. Шел гордо, словно я была его личным трофеем.

— Костя, — едва улыбнувшись, одернула я его.

— Олив, ну давай признаем, мне нечасто выпадает возможность покрасоваться рядом с тобой…. Ловлю момент. Посмотри на эту красоту — салаги мне завидуют.

— Смотри в оба, Костя. Стань моими глазами и ушами.

— Тогда твои глаза и уши тебе сообщают, что в зал только что вошли Марк Покровский и его жена.

— Чудесно, — я отпила шампанское, мило улыбаясь встречным журналистам, — нас с тобой это должно волновать меньше всего. Просто продолжаем улыбаться.

Вечер ничем не отличался от сотен ровно таких же вечеров, которые я посещала ранее. Костя, чуть подуспокоившись и поняв, что я не собираюсь его контролировать, тут же погрузился в свою среду, в которой был как рыба в воде. Улыбки, рукопожатия, намеки, фальшивые комплементы, целование воздуха у ушей, колкие замечания — все как всегда.

«Агора» выходила на финишную прямую по заключении сделки о слиянии, поэтому