Коснись зари - Челли Кицмиллер

Любящая вас Хеллер.

Она вышла в общий зал, но он был пуст, так как все собрались на улице у большого костра. Стараясь не привлекать к себе внимания, Хеллер поспешно прошла по дорожке, ведущей к загону для лошадей. Не обнаружив там ни одного седла, она решила, что это не имеет значения, и, взнуздав гнедого жеребца, подвела его к выходу из загона, где, ухватившись за гриву, взобралась на него. Вскоре она уже осторожно спускалась с горы, а когда узкая дорожка стала менее крутой, пустила коня рысью.

Когда она подъехала к входу в Эльдорадо, раздался предупредительный выстрел. Натянув поводья, Хеллер остановила коня, и тут же показались трое охранников.

— Богом клянусь, это она! — крикнул Хэнк и пустил лошадь в галоп. Подъехав к Хеллер, он выхватил поводья из ее рук.

— О, слава Богу! — Она изобразила вздох. — Я так боялась, что не смогу найти дорогу назад!

— Назад? А позволите ли спросить, откуда вы на этот раз прибыли к нам? — Хэнк не отрывал от нее подозрительного взгляда.

— Из лагеря Мурьеты, откуда же еще? Я украла одного коня у бандитов и…

— Так… — Хэнк недоверчиво хмыкнул. — Вы сбежали от Мурьеты?

Чтобы избежать дальнейших расспросов, Хеллер сделала вид, что чувствует слабость, коснулась рукой виска и покачнулась.

— Сеньор, мне плохо! Доставьте меня поскорее назад на ранчо, и я все объясню.

Хэнк оглянулся на своих товарищей, затем кивнул:

— Хорошо, поехали, а там разберемся. — Он двинулся вперед, ведя коня Хеллер за собой, двое других охранников следовали чуть поодаль.

Гордон встретил ее с таким восторгом, какого она совсем не ожидала: он снял Хеллер с лошади и тут же обнял и засыпал вопросами:

— Дорогая, неужели вы снова здесь? Я не могу поверить своим глазам. С вами все в порядке? А где Абигайль?

— Ах, если бы я знала! — солгала Хеллер. — Боюсь, моя тетя находится в серьезной опасности. — Она неожиданно разрыдалась, что, впрочем, не так уж трудно было сделать. — Вы не знаете его. Он злой. Он убьет ее, убьет, а потом во что бы то ни стало доберется до вас. Он вас ненавидит.

Хеллер очень надеялась, что сыграла свою роль достаточно убедительно. Если Мейджер заподозрит ее во лжи, она столкнется с гораздо большей опасностью, чем страх перед брачной ночью.

— Да, я знаю.

Лицо Мейджера сразу помрачнело. Не прибавив больше ни слова, он обнял Хеллер за талию и проводил ее к дому.

— Вы, должно быть, устали, — наконец снова заговорил он, когда они поднялись на веранду. — Я прикажу Лу приготовить вам ванну.

Войдя в отведенную ей комнату, Хеллер присела на край кровати и потерла лоб. Она надеялась, что не сделала ничего, о чем позже ей придется пожалеть. В дальнейшем любовь нынешнего хозяина Эльдорадо позволит ей завоевать его доверие, и тогда она сможет свободно передавать Хоакину необходимые сведения. Она также рассчитывала, что Мейджер не потребует от нее исполнения супружеских обязанностей, по крайней мере в течение первых нескольких дней, которые дадут возможность Хоакину как следует подготовиться к атаке на Эльдорадо.

Позже тем же утром, после того как Хеллер приняла ванну и позавтракала, Мейджер попросил ее присоединиться к нему.

— Я хочу, чтобы вы встретились с Сэмом Мердоком — он и его люди специально наняты мной, чтобы найти вас и захватить Мурьету. Теперь его задача упрощается, так как вы расскажете ему все, что знаете о Мурьете и о том, где он скрывается. Надеюсь, у вас нет возражений, дорогая?

В ответ Хеллер молча кивнула. Как только они вошли в комнату, где находился Мердок, тот сразу начал задавать ей вопросы:

— Как вы убежали, миссис Пирс? Мурьета не тот человек, который способен позволить заключенному сбежать.

Хеллер не торопилась отвечать — она внимательно изучала своего собеседника. Мердок угрожающе возвышался над ней. Внезапно ей пришло в голову сравнение с медведем: каштановые волосы растрепаны, желтые глаза, казалось, пронзали насквозь.

— Мне удалось сделать это, когда все заснули. Незаметно выбравшись из пещеры, я вскочила на коня и ехала всю ночь. Если бы Хэнк и его люди не нашли меня, вряд ли я добралась бы до Эльдорадо.

Мердок не сводил с нее колючего взгляда.

— Итак, вы сбежали из пещеры. Где эта пещера? Вы сможете отвести меня туда?

Хеллер сделала вид, что задумалась, по правде говоря, она проклинала себя за так некстати вырвавшиеся у нее слова. Впредь ей следует быть более осторожной с ответами, иначе ее отчаянный поступок может принести больше вреда, чем пользы.

— К сожалению, я не слишком хорошо ориентируюсь на местности; к тому же мы приехали в пещеру в темноте, было так же темно и когда я убежала, поэтому у меня нет ни малейшего представления о том, где она расположена. Во всяком случае, мне потребовалось намного больше времени, чтобы вернуться сюда, чем Мурьете, чтобы доставить нас к себе.

Мердок принялся расхаживать по комнате. Каждый раз, поворачиваясь, он задавал новый вопрос и при этом впивался в нее своими желтыми глазами.

После часа утомительных расспросов Хеллер выпрямилась в кресле и раздраженно воскликнула:

— Послушайте, Гордон, не пора ли прекратить этот допрос? Я и так уже рассказала все, что мне известно. Я сбежала от Мурьеты и вернулась сюда, к вам, потому что хотела дать вам шанс. Но если вы именно так пытаетесь показать мне, насколько беспокоитесь за меня, тогда лучше бы я осталась в той пещере.

Мейджер некоторое время неподвижно смотрел на нее, затем, соглашаясь, кивнул.

— Достаточно, Мердок. А теперь оставьте ее в покое.

Хеллер поднялась.

— Если вы не возражаете, я ненадолго прилягу — последние дни чересчур утомили меня.

Мейджер тоже поднялся, чтобы проводить ее до комнаты. Как только дверь за ними закрылась, Хеллер повернулась к нему лицом, стараясь не показывать своей тревоги.

— Спасибо, что пришли мне на помощь. Мурьета заставил меня испытать чувство вины, словно я совершила что-то скверное. А теперь я хотела бы знать, кто этот человек и почему он здесь?

— Мурьета — свободный охотник за головами, лучший к западу от Миссисипи, но и его голова имеет цену, вот Мердок и намеревается получить ее. Мне жаль, что он расстроил вас, но его вопросы были необходимы. А теперь отдыхайте — встретимся за ужином.

Вечером Мейджер пришел за ней и обнаружил, что Хеллер все еще спит, а когда после ужина он зашел снова, она тоже еще спала. Тогда он пошел в зал — к своей трубке.

Проснувшись, Хеллер почувствовала себя столь же утомленной, как и накануне в полдень, более чем восемнадцать часов назад. Она никогда не спала так долго. Стоило ей сесть на кровати, как она почувствовала головокружение.

Господи, что же с ней происходит? Или, может быть… о нет!