Соблазнительная невинность - Ванесса Келли

– Почему мы так долго едем?

– Я попросил кучера не торопиться. Мы еще не закончили разговор, Вивьен. Необходимо поговорить о том, что вы упорно продолжаете вести себя безрассудно, и я не выпущу вас из кареты, пока мы не достигнем хоть какого-то соглашения.

Вивьен раздраженно всплеснула руками.

– Мы что, так и будем мусолить одно и то же? В конце концов, ничего плохого не случилось. – Она замолчала. Скорее всего лорд Тамблер с ней не согласится. – Во всяком случае со мной, – добавила она.

Аден прикрыл глаза рукой.

– Лучше просто расскажите, что произошло.

Она услышала страдальческую нотку в его голосе и буркнула:

– Ну хорошо, ладно.

Очевидно, целовать ее он не собирается, так что можно рассказать ему всю эту дурацкую историю и покончить с этим. За исключением часа, проведенного за игрой в хазард, вечер обернулся каким-то фарсом, и сейчас кровать казалась ей куда предпочтительнее длинной нотации.

– Как я уже говорила, лорд Тамблер с радостью предложил сопроводить меня из бального зала. Я предложила пойти в оранжерею, подумав, что туда князь Иван вряд ли заглянет.

Аден с откровенным недоверием возвел глаза к крыше кареты.

– Это было самое лучшее место, чтобы спрятаться, – защищаясь, произнесла Вивьен. – За все время туда не зашел ни один человек.

– А если бы князь Иван вас отыскал, кто бы вас защитил? Лорд Тамблер?

Вивьен открыла рот, чтобы возразить, и тут же его захлопнула. Черт.

Аден покрутил в воздухе рукой.

– Неважно. Рассказывайте.

Вивьен, скрестив руки на груди, нахмурилась, но послушалась. Где-то к середине рассказа она заметила, что губы Адена подергиваются. Спустя минуту он прижал ладонь ко рту, словно удерживаясь от чего-то, но когда Вивьен добралась до места, где лорд Тамблер отверг ее помощь, он разразился хохотом.

И не просто фыркнул, нет. Он хохотал так, что держался за бока и не мог толком вздохнуть.

– Не понимаю, что тут смешного, – с негодованием сказала Вивьен. – Вы бы точно не хохотали, если бы лорд Тамблер попытался обслюнявить вас.

Аден уже начинал успокаиваться, но тут расхохотался снова. Она гневно сверкнула на него глазами, но он вскинул руку и с трудом выдавил:

– Довольно, Вивьен!

Вивьен озадаченно смотрела на него. Аден никогда не казался ей человеком, который находит мир местом забавным, тем более до такой степени.

– Вы что, пьяны? – с подозрением спросила она.

– Нет, – выдохнул он. – Это все вы. Заманили лорда Тамблера, увели с бала, столкнули его в фонтан и затем подали руку, чтобы вытащить оттуда. Да если об этом просочится хоть слово, бедняге придется год отсиживаться в деревне!

Внезапно Вивьен представила разъяренное лицо лорда Тамблера, с которого капает вода, и неудержимо захихикала. Это снова подстегнуло Адена, и потребовалось несколько минут, чтобы оба они успокоились. Измученная противоречивыми нагрузками вечера, Вивьен еще несколько раз слабо хихикнула, пытаясь промокнуть глаза обтянутыми перчатками пальцами.

– Позвольте мне, – сказал Аден, вытаскивая носовой платок, подался вперед и насухо вытер ей глаза. Вивьен затаила дыхание, стараясь не задрожать от этого мягкого прикосновения.

Закончив, он не отодвинулся, а продолжал всматриваться ей в лицо.

– Вивьен, что мне с вами делать?

К горлу внезапно подступили слезы. Со дня смерти папы никто в семье о ней не беспокоился, никто пальцем не пошевелил, чтобы ее защитить. Аден все это делал, но, вероятно, просто в силу своего рыцарского характера и из чувства долга, а к эмоциям это не имело никакого отношения. Как ни глупо, но ей невыносимо хотелось, чтобы для него она была не только бременем.

Теребя завязки плаща, Вивьен только и смогла, что пожать в ответ плечами. Его взгляд сделался еще пронзительнее, и тогда она потупила глаза, не в силах это выдержать.

Она услышала, как он вздохнул, затем двумя пальцами приподнял ее подбородок, и взгляды их встретились. Вивьен всмотрелась в суровые черты красивого лица, и сердце ее сжалось от мучительного, безнадежного желания.

Губы Адена изогнулись в удивительно нежной улыбке.

– Бедная моя девочка, у тебя выдался очень тяжелый вечер, правда?

О боже. Если он и дальше будет так на нее смотреть, с таким теплым сочувствием во взгляде, она точно заплачет.

– Все хорошо, – прошептала Вивьен, но голос ее предательски дрогнул.

Тепло его глаз медленно переросло в жар соблазна, а когда взгляд упал на ее рот, Вивьен могла бы поклясться, что его опалило огнем поцелуя. Ее губы невольно приоткрылись, и она тихо ахнула.

– Господи, Вивьен, – пробормотал Аден хрипло. Руки в перчатках обхватили ее щеки, приподняли лицо, и он впился в ее губы.

И как это было восхитительно, когда его язык, жаркий, влажный, вторгся в ее рот! Вивьен ощущала вкус шампанского, огонь, мужскую энергию, проникавшую прямо в сердце. С обжигающим восторгом, удивляющим и пугающим своей мощью, она обвила руками его шею и прильнула к нему. Он что-то воскликнул и упал назад, на подушки, в переплетении рук и ног увлекая за собой Вивьен. Она частично распростерлась на его груди, частично оказалась стоящей на коленях на полу кареты, но Адена не отпускала. Крепко ее держа, он приподнялся, сел и подтянул Вивьен к себе.

Руки его надежно удерживали ее в неуклюжем объятии. Он прервал пылкий поцелуй и хрипло засмеялся:

– Осторожнее, любовь моя. Ты ушибешься.

«Любовь моя».

Неужели какие-то два слова могут звучать так чудесно? Прикрыв глаза, Вивьен мелкими поцелуями покрывала его подбородок, наслаждаясь ощущением твердых мышц, кости и колючей щетины на губах.

– Мне все равно, – пробормотала она.

– Зато мне нет.

Он наклонился, подхватил ее своими большими руками и поднял. Вивьен что-то пискнула, вцепившись ему в плечи, а он с поразительной легкостью усадил ее к себе на колени.

Она моргнула от этой внезапной перемены, взбудораженная тем, что ягодицами уткнулась ему в пах. Плащ ее взметнулся вверх и медленно опустился на пол, и теперь их разделяли всего два слоя ткани – батист и тончайший лен. Она ощущала его всего – твердые мускулистые бедра и такую же твердую, интригующую выпуклость, упирающуюся ей в ягодицы.

– Ну вот, – низким голосом промурлыкал Аден. – Так лучше?

– А, да. Намного, спасибо, – запинаясь, проговорила Вивьен. – Очень удобно.

О господи. Она невольно поежилась – что за идиотский ответ?

– Хорошо, – то ли сказал, то ли хохотнул он. Обхватив ее своими сильными руками, медленно стянул одну перчатку, затем другую и бросил их на противоположное сиденье. Возбуждение захлестывало ее, а внутри все словно скрутилось в пульсирующий узел.