Мир перевернулся - Кармен Рид

– Все это время, что ты бегал по магазинам и стригся, я ужасно беспокоилась!

– Я много думал. Ходил и думал.

– И что же ты надумал?

Ева старалась выглядеть строгой, но с Томом это никак не получалось. Он был молод, несерьезен, очень трогателен и мил.

– Я решил, что это будет классно.

– Классно? Что ж, если ты считаешь, что все будет классно, тогда ладно. – Она скрестила на груди руки, чувствуя себя виноватой, что сердилась на сына.

– Я еще переписал все свои брачные обеты. Уверен, публика будет рыдать. Вот увидите.

– Ни за что, – возразила Анна. – Это все сентиментальные глупости.

– Анна, ты же свято веришь в романтичность брачных церемоний! Даже не пытайся притворяться, что это не так. Между прочим, мама сегодня фантастически выглядит, правда?

– Я очень на тебя сердита, так что не заговаривай мне зубы, – сказала Ева.

– Ты великолепна, – улыбнулся он ей. – Кстати, что ты сделала с волосами?

Анна и Робби захихикали, поэтому изображать гнев она уже не могла.

– Ладно, пойдем. Пришло время распить первую свадебную бутылку шампанского, – сказал Денни и направился к холодильнику, стоящему в шатре.

О чем они шутили и болтали, сидя на траве и поедая сандвичи, фрукты и кексы, которые Ева привезла с собой, запивая все это ледяным шампанским, она не могла вспомнить.

Кроме разве момента, когда Том заявил:

– Сандвичи с яйцом! Мама! Я не могу их есть… От жениха не может пахнуть яйцами.

– Не волнуйся. Я ко всему подготовилась, – сказала ему Анна, копаясь в своем большом рюкзаке. – Специально припасла для тебя «Тик-так».

Ева смотрела на своих четверых детей, подшучивающих друг над другом, и ее сердце переполняла гордость. Неужели теперь всему этому придет конец? В следующий раз, когда семья соберется на пикник, с ними будут Дипа и ее малыш. И прекрасно!.. Почему же она чувствует грусть?

Первым гостем, появившимся в три часа, оказался Джозеф в белом льняном костюме. Он вылез из несуразной маленькой машины, которая, по мнению Евы, совсем ему не подходила. В руках у него был большой сверток.

Анна бросилась к отцу, а Робби от волнения прыгал на месте.

– Это мой папа Джофус, мой папа Джофус! – повторял мальчик, оглушив всех своими воплями.

Джозеф всех поцеловал, даже Денни и Тома, а Робби подхватил на руки.

– Как ты, Том? – спросил он.

– Все прекрасно.

– Вижу. Отличная рубашка… А твоя будущая жена?

– Тоже нормально. Ей еще ходить три с половиной недели.

Джозеф передал Тому пакет и, прежде чем юноша отнес его в шатер, сказал:

– У меня есть еще один небольшой подарок, о котором я хотел поговорить с тобой до церемонии, когда выпадет подходящий момент. Хорошо?

– Хорошо, но не стоило так беспокоиться.

– Конечно, стоило!

Джозеф сел рядом с ними на покрывало. Анна прижалась к нему, а Робби занял себя тем, что начал развязывать шнурки на туфлях отца.

– Ну что ж, Ева, один птенец покидает гнездо. Переживаешь? – Джозеф улыбался, а Ева старалась не замечать, как он прекрасно выглядит.

– Все хорошо. Не заставляй меня опять плакать, а то придется поправлять макияж.

– Где же Мишель? – спросил Денни. – Она здорова?

– Извини, она не смогла прийти, потянула спину.

– Бедняжка. Как же так вышло? – Ева надеялась, что ее голос звучит искренне, но на самом деле чувствовала огромное облегчение, что Мишель не пришла.

– Да вроде занималась гимнастикой… – ответил Джозеф и потрепал Анну по волосам. – Ты сегодня очаровательна.

– Тебе нравится? – улыбнулась девочка. – Я – мини-Дипа.

Они рассмеялись.

– Горю желанием встретиться с Деннисом. – Джозеф повернулся к Еве и улыбнулся.

– Только пообещай, что потом скажешь мне, какое впечатление он произвел на тебя.

Джозеф кивнул.

Появился целый караван машин. Пришло время сложить принадлежности для пикника, привести себя в порядок и отправиться на церемонию.

Ева еще раз обняла Тома и прижала к себе.

– Иди, сынок. – Она погладила его по коротко остриженному затылку. Том посмотрел в ее глаза, наполненные слезами. – Ты готов?

– Да. – Он обнял мать. – А ты?

– Думаю, да, – пробормотала Ева, крепко прижавшись к груди сына. – Я очень тобой горжусь. Прости. Не думала, что мне будет так трудно.

– Не расстраивайся, мамочка, – попытался успокоить ее Том.

– Хорошо. Мы очень тебя любим, – сквозь слезы пробормотала Ева.

– Я тоже вас люблю, – ответил он и похлопал ее по спине.

Настало время присоединиться к гостям и проводить их на свои места. Джен и ее муж Райан поднимались на холм с детьми.

– Боже мой, ваши сыновья великолепно выглядят! – сказала Ева, обнимая подругу. – И мне очень нравится твоя шляпка.

– Как ты со всем справляешься, старушка? – спросила Джен. – Судя по физиономии, прорыдала целый день.

– Правда?

– Нет-нет, я пошутила. – Что она делает? Заставляет мать жениха еще больше нервничать? – Ты выглядишь великолепно, – поспешно добавила Джен. Потом ее взгляд упал на Тома. – Посмотрите на него! Господи! Не могу поверить!

– Ева!

Дженни, сияющая, загорелая, только что вернувшаяся из Южной Америки, стояла рядом с Дэвидом, который тоже выглядел счастливым и спокойным. Зато у их детей вид был просто ужасный. Кристина вся в черном, с подведенными черным карандашом глазами, а Рик, судя по всему, предпочитал тот стиль, с которым только что попрощался Том, – длинные волосы, спадающие джинсы и футболка с надписью «Хардкор».

Здорово, что Дженни им это позволила. Все были счастливы. Что может быть прекраснее?

Ева с удовольствием обняла сестру.

– Как ты справляешься? – спросила Дженни.

– Я в полном смятении. Сядешь рядом и будешь меня щипать, когда начну хныкать.

– Сейчас подъедет папа, – сообщила Дженни загадочным тоном.

– Боже мой, ему нужна помощь?

– Нет-нет… Посмотри, он со своей подружкой! – прошептала она.

Ева повернулась и совсем рядом увидела отца, выглядевшего как английская кинозвезда в возрасте – в прекрасном костюме, белоснежной рубашке и с цветком в петлице. На его руке повисла соблазнительная пышная блондинка никак не старше шестидесяти.