Привет, красотка! - Патрик Санчес

Дорис несколько секунд пристально смотрела на дочь.

— Руби, я всегда тебя принимала… Всегда любила тебя такой, какая ты есть. Я всегда хотела, чтобы у тебя все было хорошо. Лишний вес сильно мешает в жизни и…

— Это если позволять полноте затруднять жизнь.

Дорис снова промолчала.

— Я знаю, ты стараешься помочь, но посмотри на меня, мама! Ты с детства на меня наседаешь, но взгляни, я по-прежнему толстая!

Дорис покорно посмотрела на нее.

— Я знаю, знаю, — сказала она неожиданно виновато. Руби поняла, что каждый взгляд, брошенный Дорис на дочь, убеждает ее в том, что она плохая мать, раз не в состоянии обеспечить единственной дочке счастливую жизнь стройной женщины.

— Ты хорошая мать, — сказала Руби.

— Что?

— Ты хорошая мать. Не твоя вина, что я полная. Твоя задача в жизни заключается вовсе не в том, чтобы добиться от меня похудания. Разве ты не устала, мама? Я — очень. Мне смертельно надоело пытаться влезть в рамки, которые мне тесны. Придется тебе с этим смириться.

Пристыженное и огорченное выражение медленно исчезало с лица Дорис, сменяясь интересом и пониманием, словно она впервые осознала, что позиция Руби не лишена смысла.

— Я постараюсь, дочка.

— Надеюсь, — съязвила Руби, но тут же добавила серьезно: — Я очень надеюсь.

Поднимаясь на второй этаж, девушка думала о нелепости сложившейся ситуации. Полмира голодает, а пресыщенные американцы из кожи вон лезут, добиваясь вожделенной худобы. Миллионы детей ложатся спать голодными, а Дорис всю жизнь запрещала Руби есть слишком много. Какой телеканал ни включи, наткнешься на рекламу средств для похудания. Одни глотают опасные для здоровья пилюли, другие, как Симона, вызывают у себя рвоту… Сумасшествие, форменное безумие!

Поднявшись наверх, Руби постучалась к Симоне.

— Да? — отозвалась та.

— Это я, — сказала Руби. — Можно войти?

Симона открыла дверь.

— Привет, — с улыбкой поздоровалась телезвезда. — Что случилось?

— Э-э… Ничего. Как дела?

— Хорошо. Как раз собираюсь на работу.

— О'кей, я тебя не задержу, я лишь хотела…

— Что?

— Симона, я все знаю, — решилась Руби, желая побыстрее со всем покончить.

— О чем?

— О выдвижном ящике и его содержимом.

— Что?! — спросила Симона с неожиданным смущением и страхом.

— Ты поняла, о чем я говорю. Извини, это не мое дело, но тебе нужна помощь.

— Не глупи, какая помощь! — Симона пыталась разыграть недоумение.

— Все в порядке, стыдиться нечего, но так продолжать нельзя.

— Продолжать? Я ничего такого не делаю, — ответила Симона, пряча глаза.

— Ты объедаешься, а затем вызываешь рвоту. От этого, между прочим, можно умереть.

— Чепуха, — с горячностью возразила та.

— Нет, Симона, это не чепуха.

Симона опустилась на кровать.

— Как ты узнала? — спросила она, глядя в пол.

Руби села рядом.

— Ну, ты же понимаешь, Дорис до всего есть дело.

Естественно, Руби не рассказала, как неделю назад азартно шарила по комнате Симоны.

— Ничего особенного, так я контролирую вес. К тому же я это делаю очень редко.

— Симона, ты же образованная женщина и не можешь не понимать, насколько это опасно для здоровья.

— Конечно, конечно, Руби, но я поступаю так очень редко. Не такое уж большое дело. Совершенно не о чем волноваться!

— Симона, если хорошенько поразмыслишь на эту тему, поймешь, что тебе нужна помощь. Существуют программы лечения, тебе обязательно подберут подходящую. — Про себя девушка оценила юмор ситуации — кардинальная смена ролей! Руби в дизайнерском костюме, с модной прической и стильным макияжем утешает знаменитую телезвезду. Впервые у Руби все было в порядке, беда стряслась не с ней. Девушке предстояло придумать решение проблемы.

— Я не могу присоединяться к программе — это появится во всех местных газетах.

— Можно поехать куда-нибудь в пригород.

— Но как же совмещать лечение и работу? — Вопрос был риторическим: Симона не собиралась лечиться.

— Не знаю, но мы что-нибудь придумаем, — пообещала Руби.

Тут Симону осенила пока не совсем ясная, но блестящая идея, как не только отвязаться от Руби, но и существенно помочь собственной карьере.