Любовные послания герцога - Элизабет Бойл

– Герцогиней? Но только какой-нибудь болван мог бы… – начал было говорить поверенный, но замолчал, и глаза у него округлились от удивления. – Нет, ваша светлость. Уж не хотите ли вы сказать, что вы…

– Хочу. Но ее деньги должны быть разблокированы таким образом, будто она добилась этого сама. Если вас тревожит возможный риск, то у меня тут заготовлен документ, в котором указывается, что я возмещу все ее расходы, если вдруг она откажет мне, когда я посватаюсь.

Поверенный пристально вгляделся в Тэтчера и вздохнул. Тэтчер был уверен в том, что Эллиот капитулирует – ведь теперь, когда Тэтчер гарантировал целостность ее наследства, он ничем не рисковал.

Однако, к его удивлению, Эллиот отказался:

– Нет, сэр. У меня есть долг перед лордом Лэнгли. Я сделаю для его дочерей то, что сделал бы для собственных девочек. Я не разблокирую ее деньги, потому что, если она вам откажет, дверь конюшни будет открыта, если вы понимаете, что я имею в виду. И мне никогда больше не удастся заставить эту девчонку соблюдать финансовую ответственность.

Тэтчер должен был признать, что мистер Эллиот был человеком весьма сообразительным. К тому же он явно хорошо знал Фелисити.

Однако у него все еще была на руках одна козырная карта.

– Сэр, у вас изысканная клиентура, – сказал Тэтчер, поглядывая на кольцо-печатку и вновь принимая дедушкину излюбленную позу утомленного льва. – Кажется, к числу ваших клиентов относится барон Седжуик?

– Да, да, лорд Седжуик доверяет моему суждению и консультируется со мной по поводу всех своих сделок.

– И герцог Паркертон тоже, – продолжил Тэтчер, назвав имя брата Джека.

– Да, – подтвердил Эллиот, ерзая на стуле.

– Все они мои близкие друзья. Мне очень не хотелось бы, чтобы они отказались от юридических услуг вашей конторы….

– Но это сущий произвол, ваша светлость!

Тэтчер пожал плечами:

– К этому можно добавить несколько замечаний, высказанных в «Уайтсе» таким образом, чтобы их услышали все присутствующие…

– Неслыханное дело! Да ведь вы меня уничтожите!

– Печально, но это так. Вы останетесь абсолютно без клиентуры. И тогда вам наверняка будет не по карману подобное виски, – заметил Тэтчер, осушив свой стакан. Он улыбнулся. – Разблокируйте деньги, Эллиот, и вам не о чем будет тревожиться. – Он поднялся и щелчком сбил воображаемую пушинку со своего рукава.

Эллиот тоже поднялся.

– Ничего хорошего из этого не выйдет. Она истратит деньги до конца недели.

– Но до конца недели она станет герцогиней Холлиндрейк, и это не будет иметь никакого значения.

Эллиот снова нахмурил брови, потому что такая возможность, видимо, внушала ему большее беспокойство, чем потеря всей его клиентуры.

– Она станет абсолютно невыносимой, – предупредил он.

– Я очень на это надеюсь, – сказал ему Тэтчер. – Здесь у меня заготовлен предварительный список того, что требуется. Я осмелился взять на себя заботу о том, чтобы обеспечить прислугу и благоустройство дома. Ну а остальное, вроде кредита у портнихи и прочих необходимых вещей, я оставляю в ваших умелых руках.

– Попомните мои слова: вы совершаете большую глупость, – сказал Эллиот, лицо которого побагровело от негодования, когда он увидел, что список потребностей занимает не одну, а целых четыре страницы. – Если бы она была моей дочерью…

– Так у вас есть дочь? Скажите, мисс Эллиот принята в обществе?

Такой сугубо личный вопрос, казалось, возмутил поверенного. Он входил в мельчайшие подробности дел других людей, но не привык к тому, чтобы его собственные дела подвергались столь же пристальному вниманию.

– Да, конечно, но исключительно в наших ограниченных кругах, – сказал он. – Однако у нее нет таких смехотворных ожиданий, какие, судя по всему, питает мисс Лэнгли…

– У мисс Эллиот есть сестры, которые тоже не приняты в обществе?

У поверенного задвигались желваки на скулах.

– Четыре, ваша светлость.

– У вас пять дочерей на выданье? – присвистнул Тэтчер. – Неудивительно, что вы столько работаете. Но скажите мне, почему ни одна из них не вышла замуж?

Вопрос был такой бесцеремонный, такой личный, что Эллиот чуть не утратил дар речи.

– Они скромные молодые леди. И не привыкли скакать и выделывать кульбиты…

Тэтчер не дал ему договорить до конца:

– Может быть, если бы вы немного раскошелились и позволили девочкам выйти из конюшни, как вы недавно изволили выразиться, у них, возможно, появился бы шанс найти жениха…

– Боже мой, сэр, вы говорите совсем как моя жена, – вставил свое слово Эллиот, оправившись от шока.

Вероятнее всего, это замечание замышлялось как оскорбление, однако Тэтчер лишь усмехнулся:

– Возможно, мистер Эллиот, вам следовало бы почаще прислушиваться к тому, что говорит ваша жена.

– Учитывать мнения моей жены? Вы сошли с ума!

Тэтчер направился к двери, но остановился, взявшись за дверную ручку.

– Возможно. А может быть, и нет. Я предлагаю вам сделку, Эллиот. Вы даете деньги сестрам Лэнгли и следуете моим инструкциям в соответствии с этим списком, – и он указал на перечень, который поверенный все еще сжимал в руке, – а я приглашу вас, вашу жену и всех пятерых дочерей на бал, который моя тетушка устраивает в конце недели. Я также попрошу свою матушку получить рекомендации для молодых леди. У нее настоящий талант устраивать подобные дела. – Он снова взглянул на свой перстень, потом перевел взгляд на поверенного. – А еще я советую вам встретиться с мисс Лэнгли и умолять ее простить вас за ваше упрямство, а также помочь вам найти для ваших дочерей подходящих женихов.

– Вы хотите, чтобы я просил…

Тэтчер покачал головой:

– Нет, я посоветовал вам «умолять ее». Если потребуется, даже пресмыкаться перед ней. Представьте себе, любезный, дом без дочерей. Подумайте о покое и финансовой свободе, которую вы могли бы получить. Если вам удастся расположить ее к себе, вы поймете, что в мисс Лэнгли ваше спасение. Не пройдет и месяца, как она найдет женихов для ваших дочерей.

Это были доводы, которые Эллиот мог понять. И он уцепился за них с упорством терьера.

– А какая тишина наступит в доме, – мечтательно произнес он.

– Как в могиле, – прошептал в ответ Тэтчер.

Поверенный даже глаза полузакрыл, обдумывая столь заманчивый поворот судьбы. Но, как положено хорошему законнику, он не мог упустить ни одной мелочи.

– А когда мисс Лэнгли спросит, чем вызвана такая неожиданная перемена, что я ей скажу?

Тэтчер кивнул. Правильно. Фелисити с недоверием отнесется к такой неожиданной перемене.