Сердце горца - Карен Мари Монинг

– Дольмены открылись? – потрясенно спросил Адам.

– Да.

– Так почему же вы, черт возьми, так долго возились?

Королева окинула его таким холодным взглядом, что он удивился, как у него еще не заледенела кожа.

– Что мне угрожает? Говори. Давай. Быстро. С каждым мигом мне все больше хочется наказать тебя, а не выслушать.

– Дэррок совершил покушение на мою жизнь. – «Вот тебе. Получай, Эобил, – думал он, – и верни мне бессмертие, как должна была бы вернуть несколько месяцев назад».

Королева напряглась.

– Дэррок? Откуда ты знаешь? Ты ведь больше не можешь видеть себе подобных.

– Его видела я, – проговорила Габриель.

Адам опустил на нее взгляд, обнимая еще крепче. Ее глаза были прищурены, она смотрела в сторону и все же пыталась взглянуть на королеву краем глаза. Эобил намеренно решила предстать в таком сиянии, зная, что люди не могут сфокусировать на нем свой взгляд. «Но она не знает Габриель», – с гордостью подумал Адам; она была сильная, его ka-lyrra.

Эобил не удостоила ее своим вниманием.

– Как? – требовательным тоном спросила она у Адама.

– Она – Видящая Сидхов, моя Королева.

Глаза Эобил прищурились.

– Ну и ну! – Она окинула Габриель пристальным, властным взглядом. – Я думала, все они давно мертвы. Ты же знаешь, что согласно Договору она теперь принадлежит мне.

Адам выпрямился.

– Она помогла мне добиться аудиенции с вами, чтобы я мог предупредить вас, что Дэррок готовит против вас заговор, – взволнованно ответил он. – В обмен на то, что она будет действовать как мой посредник, я гарантировал ей безопасность.

– Ты гарантировал? Ты не имел права ничего гарантировать.

– Моя королева, Дэррок освободил Охотников королевства Ансилии. у него на службе их два десятка или около того.

– Охотников? Моих Охотников? Ты шутишь! – В главном холле поднялся внезапный порыв ледяного ветра и пронесся прямо рядом с ним.

Когда Адам отвечал, воздух, вырывавшийся у него изо рта при каждом слове, замерзал, образуя крошечные кристаллики льда.

– Это не шутка. Это правда. Когда он нападал на меня вовторой раз, он не потрудился скрыть от меня ни себя, ни своих Охотников. Я сам их видел.

– Рассказывай, – приказала Эобил.

Он оживленно рассказал ей все, начиная с того, как он увидел Габриель, о встрече с Эйни и ее приятелем, о первом и последующем нападениях Дэррока.

– Ты тоже все это видела, Видящая Сидхов? – спросила королева.

Габриель кивнула.

– Расскажи мне, что именно ты видела.

Чуть отведя от королевы взгляд, Габриель подробно рассказала ей все, описывая в деталях всех Существ.

– И мы оба знаем, – подытожил Адам, когда Габриель за кончила, – что Дэррок мог пообещать Охотникам только одну вещь, чтобы те отреклись от присяги на верность вам.

Эобил закружилась в водовороте ослепительного света. Какое-то время она молчала.

Стоя рядом с Адамом, Габриель вся напряглась и часто дышала. Он чувствовал тревогу в ее маленьком теле и понял, что она видит Чар таким, как он описывался в историях, на которых она выросла. Королева была действительно чудовищной – другого слова не подобрать. Внушающая страх, древняя, грозная, чужая, неимоверно могущественная. Он надеялся, что его ka-lyrra не забыла, что он не такой, как его королева. Что Туата-Де так же непохожи друг на друга, как и люди.

Наконец королева повернулась к нему.

– Дэррок – Старейшина Высшего Совета. Он один из моих самых сильных сторонников, один из самых верных защитников.

– Ради бога, он же только лижет вам зад, вот и все! Неужели вы так никогда и не поймете это?

– Он не покидал мой мир, чтобы развлекаться со смертными.

Адам лишь бросил едкое «Нет, только с Охотниками» и замолчал.

– Он служил моему Совету тысячи лет.

Адам снова ничего не ответил. Он сказал ей то, что должен был сказать; он знал, что ей известны возможные последствия. Знал он и то, что ей будет нелегко смириться с мыслью о предательстве одного из своих Старейшин.

– Я запретила всем жителям Силии использовать силы Ансилии по какой бы то ни было причине под угрозой бездушной смерти.

– Именно так, – не смог сдержаться Адам. – Как вы думаете, может, Дэррок об этом забыл?

– Или, может, ты думаешь, что я забыла о вашей вечной вражде? – прошипела королева.

– Но я не разгуливаю с Охотниками! – раздраженно бросил он в ответ.

И снова воцарилась тишина. Ее злость на Адама Блэка начала угасать, обращаясь на другой объект по мере того, как она обдумывала новости. Воздух снова стал теплеть.

– И для этого ты уговорил Келтаров не проводить обряд Люгнассада, который поддерживает стены между мирами? Ты не побоялся разрушить миры?

– Это был единственный способ привлечь к себе ваше внимание. Предупредить вас. Пусть моя королева решила меня наказать, но я не позволю, чтобы на нее напали, и сделаю все, что в моих силах, чтобы защитить ее. Я всегда буду стоять на страже своей королевы. Даже, – многозначительно добавил Адам, – если она лишит меня возможности это сделать. Кроме того, поначалу я пытался отыскать Цирцена. Теперь мне кажется, что, возможно, причиной, по которой я не мог его найти, были вы.

– Возможно, я, – согласилась Эобил. – Возможно, он и его семья наслаждаются затянувшимися каникулами на Мораре.

Адам покачал головой, изогнув губы в саркастической улыбке.

– Следовало бы догадаться.

Королева долго смотрела на него.

– Я хочу получить доказательства. Хочу увидеть все своими глазами. Я должна передать Совету все из первых уст.

Адам пожал плечами.

– Используйте меня в качестве приманки.

– А что ты хочешь взамен?

– Честь служить вам, – вкрадчиво сказал он. – Хотя есть еще маленькая просьба: вернуть мне бессмертие и всю мою силу.

– Ты кое-что мне должен. Я жду.

У Адама заходили желваки.

– Я же сказал это в катакомбах, вскоре после того, как вы наслали на меня заклятие.

– Я хочу услышать это еще раз. Здесь. Сейчас.

Ноздри Адама раздулись. С высокомерным кивком головы он произнес:

– Теперь я понимаю, моя королева, что перечить вам в присутствии придворных было глупо. Я признаю, что, если бы я выказал вам свою покорность, это больше пошло бы вам напользу. Возможно, мне нужно было постараться найти более подходящий способ выразить свою тревогу.