Хозяйка заброшенной судьбы - Ирина Дан

Кажется, все выдохнули спокойно.

- Теперь нам хотелось бы выслушать сторону графини Локкорд, - резко, будто ему больно, проговорил Одинар.

- За несколько дней до своего совершеннолетия я узнала, что моя мать заключила брачный договор от моего имени. Так как мой, так называемый, муж ещё учился, меня отправили в пансионат, - начала смотря прямо в глаза Лерою. – Три года обо мне никто не вспоминал…

- Я оплатил ваше пребывание там! – выкрикнул старший Аберджон.

Пришлось перевести взгляд на этого взрослого мужчину, в первый раз рассматривая взрослую красоту. Определенно, Лерой и в старости будет привлекать внимание женщин.

- Спасибо, уважаемый граф, - с иронией произнесла, смотря теперь прямо в глаза несостоявшегося свекра. – А вы знали, как я там жила? Может быть вы считаете, что молодая девушка должна питаться кашей на воде с куском сухого хлеба и стаканом воды? Или вставать с первыми лучами света и работать по хозяйству до изнеможения? Кто-нибудь хоть раз приехал, написал письмо? Впрочем, сейчас это не важно.

Я перевела дыхание. Тайран и Марон положили руки на мои плечи, даря поддержку. Кривовато улыбнулась и села обратно. Даже не заметила, как в своём гневном спитче, встала.

- Мы не знали, - пробормотал старший Аберджон, пока на лице его сына ходили желваки. - Ваша матушка сказала, что это лучший пансионат для юных девушек…

- Через три года, - продолжила я, не обращая ни на кого внимания. – Меня с первыми лучами выставили за дверь с вещами, даже воды не дали попить спросонья. Я несколько часов простояла под дверью пансионата в ожидании своего мужа. Мне повезло. В этот день из ближайшего населенного пункта приезжал наш поставщик. Он меня пожалел. Я смогла добраться до людей. И вы знаете, что даже по пути я не встретила никого? Ни мать, ни мой муж не встречали меня. Можете сказать, что я жалуюсь и раздуваю из мухи слона. Возможно. Но эта моя история и я её расскажу один раз и навсегда.

Лорин подал мне стакан воды, я видела, что у него было несколько набросок на листке по поводу дальнейших наших действий. Но сначала моя история.

- Вас интересует моя дальнейшая судьба? – спросила у всех сразу.

- Да, - первым ответил старший Аберджон.

Вообще я заметила, что сын его потерял все краски с лица. И теперь старший граф играет желваками. Члены совета не подавали признаков жизни, словное немые.

- Пока я пыталась добраться до столицы или хотя бы до своего поместья, меня убили.

Глава 5.

Тишина. Благостная тишина накрыла помещение. Все переваривали услышанное.

- Этого не может быть! – выкрикнул кто-то из членов совета.

Я даже не обернулась на выкрик, всё моё внимание было направлено на семью Аберджонов. Их эмоции…

Пока я смотрела на своих несостоявшихся родственников, в зале начался гвалт, местные представители правительства кричали, перебивали друг друга, только один молчал, он в очередной раз сверлил меня взглядом. Я вообще почти всё время чувствовала на себе его внимание.

- Графиня, вы можете пояснить последнее заявление? – спросил кто-то громко, так, что услышали все.

Я не отрывая взгляд от Аберджонов произнесла:

- Конечно. На мою карету напали наемники, моих сопровождающих убили. Меня проткнули мечом, - специально сделала паузу, чтобы все прониклись ситуацией. – Благодаря Великому духу я смогла выжить. Мне на помощь пришли случайные попутчики.

Тут встал Лорин и с какими-то бумагами направился в сторону членов совета. Они просматривали бумаги и передавали их следующим. Вскоре бумаги легли на стол моих несостоявшихся родственников.

И вновь эмоции, такие разнообразные, такие разные…

- Я хотел бы попросить…, - начал было старший Аберджон, но его перебили.

- Принимая во внимание всю полученную информацию, брак графини Хельги Локкорд и графа Лероя Аберджон признан недействительным, - громко, смотря прямо на меня, произнес Одинар. – С того самого момента, как был подписан между ними договор.

Следом за ним остальные члены совета приняли такое же решение, хотя нет, двое были против, но они оказались в меньшинстве.

Итак, я официально разведена с Лероем. Одно дело сделано.

Я направилась в сторону совета. Надеясь решить за один приём несколько вопросов.

- Уважаемые члены совета, можно вас попросить об одолжении? - встав посередине помещения громко произнесла. Дождалась тишины и продолжила. - Можем ли мы сегодня решить второй вопрос, связанный со мной?

- Какой? - спросил какой-то старец с края.

- Наше прощение о признании брака между мной и этими двумя господами, - ткнула в сторону Тайрана и Марона.

По бокам от меня встали мои мужья, подтверждая намерения.

- Первый раз слышу, - произнёс тот же старец.

Остальные его слова подтвердили. Только Одинар и мужчина, что сидел сбоку от него, молчали.

- Это прощение лежит в моём кабинете, - громко, прекращая шум, проговорил блондин. - Прежде, чем рассматривать его на заседании, я хотел поговорить с графиней лично.

- Герцогиней, - резко ответила. - Моя личная жизнь никого не касается. По законам Кордмира я уже являюсь женой этих двоих мужчин, ваше разрешение или запрет ничего не изменит.

- О чем это она? - пробормотал кто-то.

- Я - ведьма! Если кто-нибудь ещё об этом не знает. Не мне вам рассказывать про уклад жизни таких представительниц женского пола. Ваши делегации были не раз в Кордмире, да и вы сами многое знаете об укладе жизни людей в соседней стране. Недавно я вернулась на родину после посещения соседей. Именно в Кордмире мы сочетались узами брака.

- По возвращению мы направили официальный запрос о признании нашего брака действительным и в Виакарии, - продолжил Тайран, переплетая наши пальцы.

Наша компания с вызовом уставилась на власть имущих.

- Мы услышали вас. Дайте нам немного времени для обсуждения, - произнес взрослый незнакомый мужчина.

Наверное, надо было хотя бы узнать имена членов совета...

- Минут тридцать. Думаю, нам хватит, - проговорил ещё один старец. - Или перенесём заседание на другой день.

- Сегодня! - подал голос Марон и повёл меня в сторону двери.

На выходе я успела заметить семейство Аберджонов, они в компании местных работников покидали помещение первыми.

В коридоре была, как ни странно, Тиина. Мы её предупреждали, но не приглашали.

Все остальные покинули местное отделение власти. Так даже лучше.