Властный король - Иден О'Нилл

– Единственный и неповторимый. Хотя мне бы хотелось, чтобы это было не так. Есть причина, по которой я взял фамилию своей матери и держался подальше от отцовской. Мой брат втоптал ее в грязь. Использовал наследие нашего отца в своих личных целях в течение многих лет, когда он стал главой семьи. Мой отец строил свои компании с нуля, будучи иммигрантом. Что ж, когда он умер, мой брат получил возможность превратить фамилию Марвелли в то, чем оно является сегодня. Она стала вызывать страх, и я ненавижу это. Это идет вразрез со всем, за что я выступал на своей предыдущей работе.

Потрясенный, я откинулся на спинку сиденья.

Лео вздохнул.

– Что ж, теперь, когда мой брат за решеткой, а я следующий в очереди, я вношу изменения. Мне нужно думать о своей семье, как о близких, так и о дальних родственниках. Я планирую вывести нас из игры и из тех передряг, в которые втянул нас мой брат.

– А что насчет Алекси?

– Я люблю своего брата. Люблю, но, честно говоря, я буду удивлен, если после того, как его будут судить и предъявят обвинение, он вообще выберется из тюрьмы. У него повсюду появилось много врагов, и большинство из них находятся за решеткой. Скорее всего, там его постигнет его судьба. Я ненавижу это, но, вероятно, именно это и произойдет.

– Ты все еще в порядке, Лэнс? – Я услышал это у себя в ухе, и так как я думал, что это так, то улыбнулся.

– Да, вы это слышите? – спросил я детектива.

– Каждое слово. – В голосе мужчины слышалась улыбка.

Лео кивнул.

– Наверное, я просто хотел сказать спасибо и принести свои личные извинения за все проблемы, которые у вас возникли с моим братом. Ты или власти не увидите возмездия со стороны семьи Марвелли. Я не совсем уверен в твоей причастности к делу брата, но поскольку я слышал твое имя, хотел встретиться с тобой лично, чтобы немного успокоить.

Я оценил это, и когда он протянул мне руку, я пожал ее.

– Спасибо.

– Не за что. Сообщи об этом и властям.

– Мы слышали, – донеслось мне в ухо, и я рассмеялся.

Я улыбнулся.

– Они услышали.

Еще один кивок Лео.

– Ну, тогда, наверное, это хороший день. Надеюсь, он будет хорошим.

У меня было предчувствие, что так и будет, и, отпустив Лео, я занялся своими делами. Добрался до фургона с электричеством на другой стороне улицы, и хотя меня хорошенько отругали за самоуправство, но и похлопали по спине.

– Мы ценим твою помощь в этом, Лэнс, – сказал детектив, улыбаясь и пожимая мне руку. – Может быть, тебе стоит подумать о работе в правоохранительных органах.

Нет, я не думал, что это произойдет, но я был рад, что смог помочь. После рукопожатия с детективом выяснилось, что он был не единственным, кто хотел пожать мне руку. Появился отец Билли, сам прокурор. Очевидно, ему не обязательно было там присутствовать, но он все равно прошел. Он также пожал мне руку, похвалил за то, какой я храбрый.

– Ну, эти ребята меня прикрывали, – сказал я, имея в виду детектива и его команду. Все они уже заканчивали с этой работой. Я засунул руки в карманы. – И я чувствую, что не был один.

Этот человек лично боролся за то, чтобы я и моя семья были в безопасности, и я очень ценил это.

Отец Билли казалось, был смущен моим признанием. Я никогда не видел его ни в чем, кроме делового костюма, и что-то подсказывало мне, что обычно окружной прокурор не покидал поля для гольфа, не говоря уже о том, чтобы заниматься криминальными расследованиями. Они определенно не забирали парней с мест преступлений, таких, как я, и все же он был здесь. Он пожал плечами.

– Это было самое малое, что я мог сделать. Очевидно, вы друг моей дочери.

Я был чем-то большим, чем друг, но у меня было чувство, что он это знал. У него и его дочери определенно были сложные отношения, и я всегда был на ее стороне, но мог отдать должное ему. Он вступился за меня, и я оценил это.

– Спасибо за все, что вы сделали. – Я снова протянул руку, крепко пожимая его ладонь. – Моя семья – это все для меня, и семья Нико – для него тоже. Я думаю, что могу поблагодарить вас и от его лица.

Отец Билли пожал плечами, затем отпустил мою руку и кивнул.

– Я просто рад, что все обошлось. Все прошло, как надо.

Он покачивался на своих ботинках.

– Я полагаю, теперь вы собираетесь навестить мою дочь?

– Так и есть. Она отчитала меня за то, что я не приезжал.

– Ну думаю, теперь ты можешь сообщить ей, что все в порядке. Что она в безопасности. Я был бы признателен за это. – Он тряхнул головой, и эти рыжие волосы так сильно напомнили мне о его дочери. Он сжал мою руку. – А ты, э-э… ты просто позаботься о ней, хорошо? Будь добр к ней.

Меня не нужно было просить об этом. Раньше я вел себя глупо, когда дело касалось Билли, но сейчас я бы так не поступил.

Я любил ее.

– Я так и сделаю, – сказал я. – Сэр.

Я уважал этого человека, и когда его улыбка стала шире, я почувствовал, что улыбаюсь. Я был рад этому.

Он отошел, чтобы поговорить с детективом и его командой, когда зазвонил мой телефон. Увидев, что это была некая рыжеволосая особа, я слишком широко ухмыльнулся. Просто невероятно то, как она влияет на меня.

Я провел большим пальцем по устройству, затем поднес его к уху.

– Привет, королева красоты. Я только что закончил и…

– Что ты делаешь, Синклер?

Я дернулся. Синклер? Ее бывший парень, тот идиот?

Какого черта?

Мои губы шевельнулись, чтобы заговорить.

– Зачем ты забрал меня? – спросила Билли, и у меня сразу же скрутило живот. Она тяжело дышала. – Мне страшно. Отпусти меня.

Мое сердце тут же учащенно забилось, но я не знал, говорить ли мне или слушать ее. Этот ублюдок забрал ее?

– Заткнись, черт возьми, Билли! – Синклер кипел от злости. Он был где-то рядом с Билли, и внезапный рев разгоняющегося двигателя скрутил мои внутренности. Он посадил ее в машину. Он вез ее куда-то.

– Пожалуйста, – взмолилась она. – Почему мы в этом белом фургоне? Куда ты вообще меня везешь? Зачем ты схватил меня на Хендерсон-трейл и притащил сюда? Ты можешь сбить