Магия сдвигается - Илона Эндрюс

Джули прищурилась.

— Нет.

— Темный турмалин. Это здание оббито гранитом Стоун Маунтин[4], в состав которого входят природные вкрапления турмалина. Почему?

Джули наморщила лоб.

— Турмалин часто используется для очищения. При трении или нагревании на солнце он может генерировать слабый электрический ток, и он хороший проводник магии, увеличивающий их защиту.

— Что еще?

Она посмотрела на меня.

— Эээ…

— Гадание, — сказала я ей. — Он используется как камень для предсказания. Это помогает им в их исследованиях. Пойдем.

Мы подошли к большим дверям. Защита оберега сдавила меня на мгновение, перекрыв дыхание, а затем давление исчезло. Мы зашли.

Я кивнула охраннице за укрепленной стойкой регистрации.

— Кейт Дэниелс. Я здесь, чтобы увидеть Лютера.

— Входите, — сказала мне женщина. — Второй этаж, большая дверь справа.

Мы поднялись по каменной лестнице. Мимо нас проходили люди, разговаривая тихими голосами, иногда расслабленными, иногда напряженными. Мы поднялись на второй этаж и повернули направо. Перед нами простирался пустынный коридор, освещенный голубым сиянием фейри-лампы.

— Кейт, — окликнула Джули тихим голосом.

— А?

— Ты ведь помнишь меня, не так ли? У тебя нет амнезии?

О, Джули. Я повернулась и обняла ее. Она безвольно прислонилась ко мне.

— Ты помнишь, как я отвезла тебя в «Пеликан Пойнт»? Ты ела креветки и плакала.

Она шмыгнула носом.

— А когда мы купили сову? — сказала я. — Женщина хотела за нее тридцать баксов, а потом, когда мы вернулись домой, мне пришлось бороться с тобой, чтобы постирать ее?

— Да, — сказала она.

— Даже если бы у меня была амнезия, я бы все равно помнила, что люблю тебя.

Она обняла меня, крепко сжав, и отпустила. Мы прошли по коридору, как ни в чем не бывало, прямо к большой металлической двери, преграждающей нам путь. Я постучала и распахнула ее.

Лютер стоял у лабораторного стола, держа прозрачный пластиковый контейнер, наполненный сушеными травами. На нем была белая медицинская форма, которую слишком много раз отбеливали, а лицо у него было кислое. На столе, как цыпленок для жарки, распластался труп чешуйчатого ящероподобного зверя. Лютер склонился над ним и посыпал травами открытые ткани. Тьфу.

— Лютер, серьезно? Если бы я знала, что ты так голоден, я бы взяла что-нибудь на вынос.

При звуке моего голоса он обернулся.

— Ты!

— Я.

— Кто это? — Он посмотрел на Джули. — Мини-ты?

— Джули — Лютер. Будь осторожна с ним, он строптивый. Лютер — Джули. Она моя приемная дочь.

— Вводишь ее в курс дела? — Лютер покосился на Джули. — Что это за магия у тебя там? Эмпат? Ты все это время сидела на эмпате и не поделилась? Не круто, Дэниелс, совсем не круто.

— Я поделюсь, если и ты поделишься.

Лютер развел руками.

— Все, что принадлежит Мне, принадлежит Тебе, а Тебе — Мне.

— Евангелие от Иоанна стих 17:10, Молитва за учеников, — сказала Джули. — Но не версия короля Джеймса.

Верно подмечено. В версии короля Джеймса было «Твое — Мое».

— Новый американский стандарт, — сказал Лютер. — Я патриот и горжусь этим.

— Это одна из ящериц, что вылезла из великана? — спросила я, прежде чем они решили поразить друг друга своими познаниями.

— Ага, и мне пришлось бороться за нее с военными. Я только что посыпал ее полынью.

Чудненько. Какими бы недостатками ни обладал Лютер, глупость не входила в их число. Я подошла и посмотрела на тушку.

— Почему полынью? — спросила Джули. — Я думала, она для того, чтобы отгонять зло?

— Потому что это связано с богиней Ну Ва, — сказал Лютер.

— Есть причина, по которой Ну Ва изображался в древнекитайском искусстве с головой человека и телом змеи, — сказала я ей.

Лютер посмотрел на часы:

— Три, два… один.

Оголенная мышца стала ярко изумрудно-зеленой.

— Драконоид, — сказала я. — Доставайте сковороды и ставьте на огонь.

Лютер уставился в потолок и разочарованно зарычал.

— Почему это плохо? — спросила Джули.

— Было задокументировано четыре случая наблюдения настоящего дракона, — сказал Лютер. — Они — НЛО нашего века. Мы многого о них не знаем… Нет, забудь об этом, у нас есть множество мифов, так что мы многое знаем о том, чем они могут быть, но у нас совсем нет эмпирических доказательств, чтобы оправдать всю эту чушь. Мы знаем, что они — существа, обладающие огромной магической силой. Три из них были замечены во время вспышки.

— Драконоид — это общее название для протодраконов, — объяснила я. — Протодракон — это почти как первобытный дракон, не совсем дракон, но определенно не просто ящерица или змея. В нем заключен серьезный магический удар. Если Призыватель может привести сотни таких, то кого еще он может призвать?

— Мне казалось, что ты как-то уже сражалась с драконом? — спросила Джули.

— Нет, я сражалась с драконом-нежитью, грудой костей с очень слабыми воспоминаниями о том, кем он был раньше. Если Призыватель призовет дракона, у нас будут большие неприятности.

— Это даже не обязательно должен был быть дракон, — сказал Лютер. — Даже если он призовет селезня, мы окажемся в полном дерьме. Для борьбы с драконами не существует протоколов. Мы понятия не имеем, чего ожидать. Мы будем сражаться вслепую. Этот город не готов к дракону.

Я посмотрела на Джули.

— Цвет?

— Тот же, — сказала она. — Бронза.

Так я и думала.

— Бронза? — Лютер моргнул. — Что, черт возьми, регистрирует бронзу? Дэниелс, чего ты мне не договариваешь?

Отрицать это уже было бесполезно. Я сделала глубокий вдох.

— Я думаю, у нас джинн.

***

ЛЮТЕР ОПУСТИЛСЯ НА стул.

— Насколько ты уверена?

— Достаточно уверена, чтобы произнести это вслух.

Он провел рукой по лицу.

— Знаешь, если бы кто-нибудь другой сказал мне такое, я бы улыбнулся и кивнул, а после того, как он ушел, я бы позвонил его контактам в экстренных случаях и предложил госпитализировать его как можно скорее.

— Знаю.

— Джинн проблема, потому что он высшее существо? — спросила Джули.

Я кивнула. Истинные боги не могли проявиться иначе, как во время вспышек, во время непрерывной магии. В другие времена так называемые боги были просто созданиями воли Призывателя или существами, населяющими аватар или чучело. Их способности в этих формах были сильно ограничены. Большинство существ, с которыми мы сталкивались после Сдвига, либо начинали как люди и трансформировались в свои новые формы, либо обладали способностями, которые были ненамного больше, чем у обычного человека. Несмотря на это, эти существа цеплялись за магию. Фоморианские демоны атаковали во время вспышек, ракшасы совершали экскурсии в нашу реальность через портал, убегая к нему всякий раз, когда магия ослабевала.

Джинны и драконы были совершенно на