Скажи, что любишь - Джоанна Линдсей

— Ты что, рассердился из-за того, что я поговорил с твоей девушкой? — спросил Джейсон.

— Нет. Лучше бы ты ее, конечно, не тревожил, но я тебя понимаю.

— Значит, ты рассердился из-за моего приезда? — спросила Молли.

— Вовсе нет.

— Дерек, мы же видим, что ты просто взбешен, — заметил Джейсон.

— О да! В этом вы не ошиблись, — произнес Дерек холодным тоном. — Не помню, чтобы я когда-нибудь был настолько зол. С другой стороны, не каждый день узнаешь, что родная мать, которую ты столько лет считал мертвой, на самом деле жива!

Джейсон обреченно вздохнул, а Молли смертельно побледнела.

— Как ты узнал? — прошептала она.

— Келси обратила внимание на внешнее сходство. Она никогда не слышала о твоей смерти. Наверное, любой посторонний человек заметит много общих черт, которые ускользают от внимания тех, кто знает нас давно. — Дерек перевел взгляд на отца. — Почему ты мне не сказал?

— Я ему не позволила, — ответила за Джейсона Молли.

— Не обольщайся, Молли… или я должен теперь называть тебя мамой? Джейсон Мэлори делает только то, что сам считает правильным.

— Ты многого не знаешь, Дерек. Твой отец хотел открыть тебе всю правду, поверь мне. Когда Фрэнсис стала ему угрожать…

— Фрэнсис тоже знала?

— Очевидно, да, хотя одному Богу известно, как она догадалась. Но я убедила отца в том, что теперь уже слишком поздно что-либо менять.

— Так вот почему ты дал ей развод? — повернулся к отцу Дерек. — Оказывается, Фрэнсис пошла на шантаж. А я-то думал, ты предоставил бедняжке свободу из благородства.

Джейсон поморщился. Зато Молли неожиданно рассердилась:

— Как ты смеешь так разговаривать с отцом? Ты понятия не имеешь, каких усилий мне стоило его уговорить! Я превратила его жизнь в настоящий ад! Ты не представляешь, что пришлось перенести мне, лишь бы тебе было хорошо.

— Хорошо? — перебил ее Дерек. — Ты отказалась быть мне матерью. Как ты можешь говорить о том, что мне «было хорошо»?

— Неужели ты думаешь, что я хотела от тебя отказаться? Ты был для меня всем! Я полюбила тебя с той самой минуты, когда поняла, что ты зародился.

— Тогда почему?..

— Дерек, это произошло двадцать пять лет назад. Я была молодой и безграмотной женщиной. Я разговаривала, как лондонский трубочист. Я не думала, что могу что-либо изменить. По своему невежеству я даже не допускала такой мысли. Когда твой отец объявил, что собирается сделать тебя официальным наследником, я пришла в ужас. Будущий маркиз Хаверстон не должен стыдиться своей матери — безграмотной служанки, не умеющей ни читать, ни писать. Мой сын должен стать лордом, человеком высшего класса. Я не хотела, чтобы ты всю жизнь за меня краснел!

— Значит, ты решила, что можешь распоряжаться и моими чувствами? — сказал Дерек и гневно посмотрел на отца. — И ты позволил уговорить себя?

Молли снова ответила за Джейсона:

— Я могу быть очень настойчивой. И решительной тоже. Но твой отец уступил мне по другой причине. Он уступил потому, что очень любит меня. Ты достаточно умен, Дерек, чтобы это понять. Я знала, что тебе будет нелегко, и не ошиблась. Зато все думали, будто в твоих жилах смешалась кровь двух старинных родов. Было бы гораздо хуже, если бы все знали, кто твоя настоящая мать.

— Пусть бы это осталось секретом для всего мира, но я-то должен был знать правду! Я имею на это право. Кроме того, Молли, мне ничуть не стыдно за то, что ты — моя мать. Зато безмерно обидно: все эти годы ты обращалась со мной как с сыном, в то время как я был лишен возможности общаться со своей матерью. Ты захотела, чтобы я думал о тебе, как о постороннем человеке. Ты заставила меня думать, что моя мать умерла!

Продолжать он не мог, его душили эмоции. Увидев слезы в глазах Молли, молодой человек повернулся и стремительно вышел из комнаты, чтобы не расплакаться самому.

— Боже мой, что я наделала! — воскликнула Молли и разрыдалась.

Джейсон крепко ее обнял. Он и сам задавал себе тот же вопрос.

— Все делают по молодости ошибки, Молли, — сказал он наконец. — Вот и мы с тобой поступили неверно. Надо, чтобы он привык к правде. Когда Дерек серьезно все обдумает, он поймет, что ты все равно оставалась для него матерью. Ты была рядом с ним все эти годы, ты разделяла с ним все боли и трудности детского возраста и вырастила из него замечательного человека.