Лэйси из Ливерпул - Маурин Ли

— Отлично.

Элис заметила, что, когда они шли через салон, Пэтси не сводила с них любопытных глаз. Она и сама терзалась любопытством.

— В чем дело? — спросила она, едва они оказались в уединении кухни.

— Я ухожу от Джона.

— Простите?

— Я ухожу от Джона, вашего мужа. Ухожу сегодня. Через час я заберу детей из школы, а потом сяду в поезд и уеду куда-нибудь подальше отсюда. Я не скажу куда, потому что не хочу, чтобы Джон узнал.

У Элис закружилась голова. Она покачнулась, ухватилась за спинку стула и села на него, прежде чем ноги откажутся держать ее. Элис почувствовала себя растерянной и очень старой.

— Какое это имеет отношение ко мне? — спросила она и сама удивилась тому, как дрожит у нее голос.

— Я подумала, что кто-то должен знать, потому что Джон будет очень расстроен, а я беспокоюсь о нем.

— Не понимаю. Кто вы такая? — Вблизи женщина выглядела намного старше, ей могло быть лет тридцать. Элис вспомнила, где видела ее раньше. — Вы — та девушка с Крозиер-террас! И у вас хватило смелости прийти сюда! Другая на моем месте выцарапала бы вам глаза. — Она в упор уставилась на свою соперницу, и та покраснела. — Я думала, что…

— У меня была заячья губа, но меня прооперировали, и с тех пор Джон сделал мою жизнь невыносимой. Оказалось, что я не готова смириться с этим. Мне потребовалось много времени, чтобы скопить денег, найти место, где мы будем жить, подыскать работу. Но теперь все готово, и сегодня я уезжаю. Из того, что говорил Джон, я поняла, что вы не станете выцарапывать мне глаза. У меня сложилось впечатление, что ваш брак распался задолго до того, как он встретил меня.

— Возможно, так оно и было. — К Элис постепенно возвращалось хладнокровие. — Позвольте мне говорить прямо, — осторожно произнесла она. — Вы бросаете его, но при этом чувствуете себя виноватой, и поэтому решили переложить ответственность за свой поступок на меня ?

Женщина покраснела еще гуще.

— Да, именно так.

— Очень мило с вашей стороны, должна вам заметить. Почему вы думаете, будто меня заботит то, что случится с Джоном?

— Здесь есть другой стул?

— Нет.

— Дело в том, — она прислонилась к раковине, — что я все еще по-своему люблю его и чувствую себя ужасно из-за того, что собираюсь сделать. Я представляю, как он возвращается домой, а нас нет. — Она поежилась. — Он будет раздавлен.

— И вы считаете, что если я проявлю к нему сочувствие, то ему станет легче? — Элис рассмеялась, не веря своим ушам. — Я ни за что не соглашусь снова иметь с ним дело.

— Я подумала, что вам, возможно, будет не все равно.

— Вы ошиблись. И если вы так любите его, то почему бросаете?

— Потому что в один прекрасный день я возненавижу его. — Она чуть ли не с гневом уставилась на Элис. — Неужели вы не понимаете? Я люблю его, потому что знаю, каким добрым и нежным он может быть. Он прекрасный отец. — Она указала на свое красивое лицо. — Это все Джон. Это изменило мою жизнь, но беда в том, что это изменило и его. Он стал другим человеком. Он не хотел выпускать меня из-под надзора. Он когда-нибудь бил вас?

— Один-единственный раз. — Все было до боли знакомо. Элис нахмурилась. — Он ударил вас?

— И не один раз.

Пэтси просунула в дверь голову, уши ее буквально стояли на макушке.

— Пришла ваша следующая клиентка, Элис, и Флорри все еще ждет, когда вы причешете ее.

— Мне пора идти. — Элис поднялась. Ноги у нее по-прежнему были словно ватные.

— Надеюсь, я не очень расстроила вас.

— Разумеется, вы расстроили меня. Да и кто бы не расстроился при таких обстоятельствах? Хорошо, Пэтси, я буду через минуту. — С явной неохотой Пэтси удалилась. — Вот что я вам скажу. Я попрошу своего отца зайти к Джону и убедиться, что с ним все в порядке. Я не готова встретиться с ним. — Это значило, что ей придется обо всем рассказать отцу: о том, что Джон завел себе другую семью, а не просто ушел в никуда. Нейл был единственным человеком, который знал всю правду. — Вы по-прежнему живете на Крозиер-террас?

— Нет, мы давно переехали оттуда. Теперь мы живем в Кросби, номер восемь по Рэйнфорд-роуд. Спасибо вам. Я очень ценю, что вы так любезно отнеслись к моей просьбе.

— Вам показалось, — сухо ответила Элис. — Кстати, из чистого интереса, как вас зовут?

— Клэр Коулсон. — У двери кухни она задержалась на мгновение. — До свидания, Элис.

— Удачи, Клэр.

* * *

Более неприятного дела, чем то, которое поручила ему Элис, Дэнни Митчелл не мог себе и представить. Если бы он пришел на Рэйнфорд-роуд и застал Джона Лэйси с веревкой на шее, собирающимся повеситься, то первым его побуждением было бы помочь ему затянуть узел. Но Элис уже давно не обращалась к нему с просьбами, возможно даже слишком давно. Дэнни с некоторым чувством вины сознавал, что забросил дочь, целиком отдавшись своей молодой жене и детям. Нельзя сказать, что Элис в одночасье лишилась и отца, и лучшей подруги, когда Дэнни женился на Бернадетте, но все-таки… Больше он не принадлежал ей безраздельно, так, как раньше.

Сердце его сжигала ненависть к бывшему зятю. Элис только что объяснила ему и Бернадетте действительную причину, по которой распался их брак.

— Ох, дорогая! Тебе давным-давно следовало рассказать нам все, — воскликнула Бернадетта. Она с болью взглянула на Дэнни, и в ее глазах тот увидел отражение собственной вины.

— Мне было стыдно, — просто ответила Элис. — Я не хотела, чтобы кто-нибудь знал об этом.

— Здесь нечего стыдиться. — Голос Дэнни прозвучал хрипло и отрывисто. — Это Джону должно быть стыдно. Он приносит несчастье всем, с кем сводит его судьба.

— Как бы то ни было, пап, эта девушка, Клэр Коулсон, беспокоится о нем.

— Хладнокровная особа! — в один голос сказали Дэнни и Бернадетта.

— Собственно говоря, она понравилась мне. У нее есть мужество, чего всегда не хватало мне. Я просто отошла в сторону и позволила всему идти своим чередом.

— Ты говоришь, он бил ее?

— Да, пап.

— Ну, я ему покажу, — мрачно изрек Дэнни.

— Никто не просит тебя ничего ему показывать, милый, — вмешалась Бернадетта. — Ты всего лишь должен убедиться, что с ним все в порядке, как пообещала Элис.

— Я бы хотел, чтобы он попробовал моих кулаков.

— Джон намного моложе тебя, Дэнни Митчелл. Я не хочу, чтобы ты вернулся домой с синяком под глазом и разбитым носом. Забудь о своих кулаках и вспомни лучше о своих мозгах.

— Хорошо, любимая, — покорно согласился Дэнни.

* * *

Не успел Дэнни оторвать палец от кнопки звонка, как дверь распахнулась. Он еще никогда не видел Джона таким жалким и растерянным — тот явно ожидал кого-то другого.