Мультяшка - Наталия Романова

Дни пролетали мгновенно, быстрее проскакивали только ночи. Прошло две недели после возвращения с горнолыжного курорта и три после разбирательства со стариком. Максим согласился со стратегией, выбранной Сильвестром, они пришли к соглашению, более того, Максим Аркадьевич получил доступ к некоторым счетам и делам Мирославы, которые прежде были закрыты для него.

Если всё рассчитали верно, а Максим не сомневался в этом, то совсем скоро от состояния Мирославы останутся крохи, ради которых Мельгелову будет неинтересно даже поднять пятую точку с кресла. С делами Сильвестра всё выглядело не столь обнадеживающе, но и состояние его, как выяснилось, несравнимо с Мириным.

Глеб был посвящён в планы Максима настолько, насколько это было возможно, он предпочёл не вмешиваться, время от времени брал на себя роль исполнителя. Перед Машей пришлось извиниться, служба безопасности пообщалась с помощницей, несмотря на то, что Игнат знал всю подноготную, он предпочёл отыграть свою роль до конца. В итоге с Марии «сняли подозрения», компенсировав неудобства денежной премией, которая накануне увольнения была не лишней.

Анатолий, новый ассистент, начинал справляться с работой всё лучше и лучше, Максим Аркадьевич был доволен исполнительным парнем, по-прежнему не хватало инициативности, а в целом - отличный выбор. Маша же большую часть времени проводила в отделе финансов. На оставшееся время отработки Максим «одолжил» помощницу Глебу, у того бессменный секретарь умудрилась подхватить какой-то редкий вид ангины, и отдел остался без правой руки. Маша, как могла, нивелировала ситуацию. Решение временное, но Глеб был рад и этому. Обучать кого-то нового - уйдёт времени столько же, сколько понадобится для полного выздоровления секретаря.

Максим поднял глаза и посмотрел на дверь, там стояла Маша. Как всегда, обворожительная в своей собранности, с соблазнительными формами, копна же белокурых волос, на этот раз собранных нарочито небрежно, только добавляла чувственности. По-настоящему красивая женщина, вот только все мысли и желания Максима были обращены совсем к другой. Можно ли назвать женщиной его зефирно-карамельное чудо? Облако дурманящей ванили, пудры, с нотками пиона и хвои? Несочетаемый микс из чувства долга, потребности и острой любви.

- Маша? - улыбнулся. Маша в руках держала контейнеры с едой из соседнего ресторанчика, многие служащие там обедали, Маша не была исключением, да и Максим не гнушался бизнес-ланчами по демократичной цене.

- У меня последний рабочий день, - пояснила Маша. - Пришла попрощаться. Можно? - она выглядела неуверенной, топталась на месте.

- Конечно, - Максим встал и подставил стул к столу. - Надеюсь, на меня обед рассчитан? - с улыбкой посмотрел на женщину.

- Естественно, то, что ты любишь.

- Отлично! - довольно потёр ладони.

- Ты довольна новым местом? - через время спросил Максим.

Он сам договорился о новом месте работы, рекомендуя свою помощницу. Знакомый, догадывающийся о причинах увольнения, воздержался от личных комментариев, согласившись устроить собеседование с Марией. По всей видимости, будущий работодатель и Маша нашли общий язык. Теперь Маша время от времени бывала на будущем рабочем месте, вникая в новые служебные обязанности, а знакомый, хоть и сухо, но поблагодарил за «находку».

- Да, более чем, - Маша засияла. - Меньше командировок и ближе к дому.

- Что ж, аргумент, - Максим подцепил ролл палочками и отправил в рот, отметив про себя, что жена готовит значительно вкуснее.

Если так пойдёт и дальше, Максим окажется в незавидной ситуации, когда любая пища, приготовленная не руками жены, станет для него несъедобной. Сейчас Мира готовила каждый день, скорей всего, из-за скуки, на которую жаловалась. Что будет, когда ей наскучит готовить? Да и командировки невозможно отменить.

- Максим, - Маша посмотрела серьёзно. - Я хочу извиниться перед тобой и поблагодарить.

- За что? - поднял бровь, поморщился. Он надеялся расстаться на дружеской ноте, не обсуждая личное, не поднимая на поверхность слишком интимные, болезненные вопросы.

- Поблагодарить за всё, что ты для меня, для нас с Егором, сделал, - Маша подняла ладонь в предупреждающем жесте, давая понять, что Максиму лучше помолчать. - Я говорю не только про финансовую сторону, хотя не упомянуть твою щедрость было бы чёрной неблагодарностью. Я бы не скоро смогла позволить себе квартиру... если бы смогла.

- Не такая и квартира, - Максим отмахнулся.

Он купил Маше квартиру в обычном жилом комплексе, небольшую двушку, эконом-сегмента, держа в голове то, что Маше впоследствии придётся самой оплачивать содержание жилья. Исходил из реальных возможностей женщины и её потребностей. Двухкомнатная квартира недалеко от станции метро, в непосредственной близости от школы, в зелёном районе - показалась идеальным вариантом.

- Это квартира! Большие деньги, я понимаю это, как и понимаю, что тебе они не с неба падают. Так же я понимаю - если бы не ты, не твоё вмешательство в нашу с Егором жизнь, я бы навсегда осталась в той коммуналке. Болезненный ребёнок на руках и долги... - глаза Маши увлажнились. - И всё остальное.

- Маш, - попытался остановить излишние откровения Максим.

- Спасибо, ты был единственным, кто помог мне, единственным, кто не осуждал, не судил, не давал дурацкие советы. Единственным, кто был рядом.

- Судил? Маш, перестань, тебя не за что и некому судить.

- Ох, как ты ошибаешься. Муж изменял мне, не могу даже сказать «с первого дня нашего брака», он делал это и до, а виновата всегда была я. Для него, для его семьи, для своей. Недостаточно хороша, недостаточно умна, ленива, с плохой фигурой, запустившая себя...

- Маша, - ещё раз попытался остановить приступ самобичевания Максим.

- А ведь так и было! - перебила Маша. - Ты увидел во мне человека, не дал сойти с ума, вытащил из всего этого. Извини меня за то, что столько лет держалась за мысль, что это я тебе помогла, спасла тебя. Это неправда. Именно ты первым протянул руку помощи незнакомому человеку, а я не сразу разобралась во всём, а потом придумала себе историю большой любви.

Максим промолчал. Что он мог ответить? Он и сам не знал, что потянуло его в тот день на кладбище, где проходили похороны любовника Алёны. Он видел Машу на опознании, что-то, где-то не согласовали, и Максим столкнулся с женой погибшего. Он понял это по фамилии, которую вслух произнёс один из сотрудников, женщина не поняла ничего.