Обольститель - Виктория Холт

— Это известно всем.

У него зародились подозрения.

— Они случайно не велели тебе положить конец моим посещениям Камберленд-хауса?

— Думаешь, они замечают меня? Они презирают меня, как многие другие... за то, что я отказалась от моего дома, мужа, ребенка... от всего... ради тебя.

Принц ощущал, что его чувства меняются, он понимал несостоятельность заверений в вечной любви; поэтому он стыдился самого себя и хотел переложить вину на нее.

— По-моему,— сказал он,— ты хочешь избавиться от меня.

— О нет... нет!

Это, во всяком случае, было правдой.

— Я видел здесь мужчин... с тобой. Например, Мальдена. Ты ему так благодарна. Я слышал, как ты сказала ему это.

— Это потому что он помог нам встретиться. За что еще я могу быть ему благодарна?

— Значит, ты благодарна за это, да?

— Я не могу выразить словами мою признательность. О, если бы ты только знал...

Она улыбнулась сквозь слезы; сейчас она была очень привлекательна; принц хотел быть верным любовником, он не желал нарушать данные им клятвы. Если бы только она не была так печальна и не говорила так много о своих жертвах!

Он поцеловал ее.

— Пожалуйста, не ссорься со мной. Это разбивает мое сердце.

Это он ссорится с ней? Но ведь инициатором ссор была она. И все же она оставалась нежной и любящей, заявляла, что только тревога за него делает ее грустной. Они обнялись, и когда она спросила: «У нас все по-прежнему?», он ответил: «Ничего не изменилось. Я буду верен тебе до смерти, Утрата».

Она испытала облегчение и не сожалела больше о том, что осудила вслух его визиты в Камберленд-хаус. Лорд Мальден сказал ей, что это больше всего волнует короля; если король и королева будут думать, что она удерживает его от посещений Камберленд-хауса, они могут более благосклонно посмотреть на ее отношения с принцем.

Однако несмотря на их примирение, принц не задержался у нее. Когда час истек, он ушел.

* * *

Аморальная Грейс Эллиот обрадовалась шансу занять место Утраты. Герцогиня Камберлендская откровенно объяснила ей ситуацию, потому что Грейс Эллиот и Анна Нортон были весьма похожи и прекрасно понимали друг друга.

Грейс была очень высокой, но стройной и изящной; она обладала густыми волосами восхитительного золотистого оттенка и большими серыми глазами. Походка, жесты, манера речи выдавали сексуальность девушки. Взгляд Грейс воспринимался как приглашение и обещание; поскольку она всегда выполняла последнее, ее постоянно окружала толпа страждущих поклонников.

Наверно, ее отец, Хью Дэлримпл, адвокат, выходец из Шотландии, видел все это, и поэтому весьма рано выдал дочь замуж за доктора Эллиота, который в сорок лет выглядел на пятьдесят, и в любом случае по возрасту годился ей в отцы.

Еще подростком она превратилась в весьма порочное создание; брак с доктором Эллиотом был далек от ее представлений об идиллии, и вскоре после свадьбы она познакомилась с лордом Валенсией, стала его любовницей и убежала с ним.

Это привело к большому скандалу, потому что доктор Эллиот решил развестись с Грейс и одновременно взыскать компенсацию с лорда Валенсии, которую вскоре и получил. Приключение с Грейс обошлось лорду в двенадцать тысяч фунтов; эту историю сравнивали с делом Гросвеноров и герцога Камберлендского. Дорогостоящее увлечение лорда Валенсии оказалось недолгим, и когда он бросил Грейс без средств к существованию, отверженную обществом, ей осталось избрать только один путь. Она заявила о своем намерении уйти во французский монастырь, где получила образование.

Характер Грейс не подходил для жизни в обители; весьма скоро она покинула это пристанище и, живя на периферии французского придворного общества, познакомилась с лордом Чолмондейли, приехавшим с визитом из Англии.

Лорд Чолмондейли был галантен, а Грейс тосковала по родине; они утешили друг друга, и Чолмондейли привез ее назад в Англию... в Камберленд-хаус.

Грейс была жизнерадостной, она вышла из своих приключений невредимой; Хорошо зная себя, она понимала, что хотя мужчины необходимы ей для полноты наслаждения жизнью, она не намерена хранить верность одному избраннику. Она порхала от одного любовника к другому, извлекая максимум удовольствия из каждой встречи, потому что знала, что после расставания не будет сожалений, взглядов в прошлое и печальных вздохов. Грейс умела жить только настоящим; многие находили это свойство весьма привлекательным, и Длинную Дэлли радушно принимали в любом обществе вроде того, что собиралось в Камберленд-хаусе.

Конечно, она видела принца и не могла представить себе ничего более желанного, чем стать на какое-то время его любовницей. Она уже начала немного уставать от Чолмондейли.

Поэтому она выслушала планы герцогини и тотчас согласилась с тем, что если ей и не удастся увести Его Высочество от Утраты, в этом не будет ее вины.

* * *

После встречи с Утратой Камберленд-хаус показался принцу более веселым, чем обычно.

Гости, как всегда, танцевали, играли, беседовали. Когда приехал принц, герцогиня поговорила с ним наедине. Она спросила Георга, все ли у него в порядке.

— Вашей любящей тете кажется, что сегодня у вас менее счастливое лицо, чем прежде, и поэтому она встревожена.

— Я ничем не расстроен.

— Но мне мало того, что вы ничем не расстроены. Я должна видеть вас абсолютно счастливым.

— Моя дражайшая тетя!

— Скажите мне, что я должна сделать, чтобы вы были счастливы.

— Можете ли вы сделать больше того, что уже сделали? Она помахала ресницами.

— Просите о чем угодно, дорогой племянник. Скажу вам следующее: я сильно рассержусь на любого, кто огорчит вас.

Он понял, что это намек на Утрату; герцогиня подозревала, что она играет роль обиженной женщины, которая пожертвовала «всем». Герцогиня рассказала принцу забавную историю о даме, ушедшей от мужа к любовнику и комично драматизировавшей ситуацию. Он смеялся вместе со всеми гостями и лишь позже осознал, что затертые штампы, которые она вложила в уста женщины, вполне могла произнести Утрата. Герцогиня нахмурилась, что она делала весьма редко.

— Я немного обеспокоена, дорогой племянник. Я обеспокоена, потому что считаю себя обязанной сказать то, что вас рассердит.

Снова кокетливый взгляд.

— Вы способны представить обстоятельства, в которых вы рассердитесь на меня?

— Это невозможно, потому что они не существуют.

— Вы не только самый элегантный и красивый, но и самый галантный из принцев!

Она снова улыбалась.

— Я наберусь смелости и скажу. Будьте осторожны. По-моему, ваш отец завел шпиона, который находится рядом с вами.