Всего один поцелуй - Елена Звездная

— Мне кажется, я и так позволяю вам слишком многое, — улыбнулась девушка, и вдруг сердце пропустило удар…

Тишину, охватившую шумных доселе придворных она ощутила первой, и для солнечной принцессы не составило труда догадаться о ее причине. Медленно развернувшись Айрин увидела стоящего у парадных дверей Рионара в безупречном черном костюме, с безукоризненными длинными волосами и выражением бесконечной скуки на лице. Вот только в глазах его полыхала ярость, и смотрел он, не отрываясь на Айрин. К нему подошел распорядитель, начал что-то говорить, но едва темный король взглянул в его сторону, мужчина замялся, а затем и вовсе сник. Обращая на окружающих не больше внимания, чем на презренных букашек, Рионар направился к ней. Темная фигура Дархарза разрезала толпу разряженных придворных, как нож масло. Он двигался к Айрин с плавной грацией хищника на охоте, и ни у кого не оставалось сомнений кто здесь жертва. Но неожиданно произошло то, чего солнечная принцесса не ожидала — Дамиан встал перед ней, закрывая от темного короля. И этот маневр принц Вентара проделал так естественно, словно это было очередное танцевальное па.

— Дамиан Айтен Раллах, наследник короны Вентара! — ледяным, замораживающим кровь тоном произнес Рионар, и в каждом слове были тонны презрения.

— Рионар Аскаилоне Дархарз, бастард Такасии, — в тоне Дамиана презрения было не меньше, но вибрации его голоса не вызывали у окружающих желания испариться.

— Вот и познакомились, — на лице Рионара появилась кровожадная усмешка, — однако вы не намина, следовательно, не представляете для меня интереса… в данный момент. — И чуть понизив голос, он произнес, — намина Айрин Вегейрос Донис, я желал бы обсудить с вами внешнеполитические интересы Такасии и я не располагаю лишним свободным временем.

— Боюсь сие невозможно, — не сходя с места, произнес Дамиан, — намина Айрин обещала данный танец мне. Будьте любезны не мешать нам… развлекаться!

Улыбка Рионара стала откровенно нехорошей, а едва он заговорил, казалось, принца Дамиана охватил арктический холод:

— Мне… казалось… что ваша личная жизнь и ваши… хм… развлечения, уже обладают определенным… лицом из определенного королевского рода. — Умение темного короля вкладывать двойной, а иногда и тройной смысл в каждое слово и усиливать речь двусмысленными паузами было известно далеко за пределами Такасии, но только сейчас Айрин поняла, насколько великолепно он владел своей речью. — Удивлен тем, что вы все еще… в поиске… хм… развлечений!

Айрин заметила, как дернулся, словно от удара Дамиан и поняла, что представление пора прекращать. Легким движением она вышла из-за спины своего спасителя, уверенно посмотрела на Дархарза:

— Очень приятно видеть вас… снова. Вы, как и всегда… не меняетесь.

Она говорила уверенно, допуская те же паузы и двусмысленности, которыми столь великолепно владел темный король.

— Счастлив, — голос Рионара словно источал яд, — что вы еще… помните меня, — он ответил исполненный грации и вместе с тем пренебрежения полупоклон.

Когда он выпрямился, у девушки было ощущение, что ее окатили ледяной волной презрения.

— Намина Вегейрос Донис, раз уж я лишил вас общества… любителя внеплановых развлечений, — Рионар вновь с презрением взглянул на бледного от ярости принца, — позвольте пригласить вас на танец и компенсировать утрату… партнера.

Глядя в черные сверкающие глаза, больше всего на свете, Айрин мечтала вновь оказаться в его сильных руках, позволить ему кружить ее в танце, чувствовать его запах, принадлежать ему… но!

— Боюсь после демонстрации вашего… умения влиять на окружающих, это несколько повредит моей репутации! — внешне совершенно спокойная, Айрин говорила медленно и отчетливо, и только темный король видел, как глубоко она прячет свою ярость.

'Ярость, а не страх! — с усмешкой подумал Дархарз, — ты как всегда на высоте, солнечная принцесса…'

Сделав два шага к Айрин, он склонился так, что темные волосы упали на лицо девушки, и прошептал только для нее:

— Выбор за тобой, мой синеглазый ангел, либо один танец и долгая беседа сейчас, либо я хватаю тебя и тащу прочь от этой толпы расфуфыренных… любителей развлечений. — И почти ласковым голосом продолжил, — Так чему же ты отдашь предпочтение, Айри?

— Ты чудовище, Дархарз! — еле слышно проговорила Айрин.

— Вегейрос… — раздраженно произнес Рионар, — неужели мы вернулись к истокам наших отношений?

— Каких отношений? — вспылила Айрин.

Неуловимым плавным движением он обнял ее и закружил в такт мелодии:

— Но кольцо ты не сняла, — нежным, ласковым тоном произнес Рионар, — значит все еще… любишь. Тогда почему, Айрин?

В его голосе прозвучало столько невыносимой боли, и эта боль заставила ее проглотить обидные слова, уже готовые сорваться с губ.

— Как давно ты вернулся из Киартаны? — спросила девушка.

— Недавно…

— Как узнал обо мне?

— От отца!

— Надеюсь, Артиан в ярости? — на губах солнечной принцессы промелькнула мстительная улыбка.

— О, да! Ты довольна?

— Очень!

— Айри, ты не желаешь объясниться?

— Не здесь, это, во-первых. И… надеюсь, ты и сам поймешь, это, во-вторых! — надменно ответила намина.

— Да ты хоть понимаешь, что ты творишь? — прошипел темный король, прижимая ее крепче, но тут же изменил тональность голоса и почти промурлыкал, — позже. Я слишком сильно соскучился по тебе, мой синеглазый ангел.

Она заметила полный ехидства взгляд, который Рионар бросил на принца Дамиана, а в следующую секунду сердце отчаянно стучало в районе горла, спина покрылась сотнями мурашек, а ноги почти не слушались — темный король умел вкладывать в танец особый смысл. Шаг к ней, поворот, шаг от нее — и Айрин невольно включается в его игру.

Рионар делает шаг, нехотя, словно с трудом девушка отступает, но он легко считывает ее желание прижаться сильнее. Поворот и в этом движении они неотрывно смотрят в глаза друг друга, забыв обо всех. Он отступает на шаг, и Айрин, проклиная свои желания, движется на встречу чуть поспешнее, чем диктует мелодия. Рионар подступает к ней, и весь мир перестает существовать!

'Что ты делаешь со мной, солнечная принцесса? — с ужасом подумал темный король, ощущая, как тонет в синих озерах ее глаз, — ты сводишь меня с ума… Ты заставляешь забыть о долге… Ты заставляешь мой разум раствориться в желаниях тела… Ты должна быть моей, потому что если я потеряю тебя, я лишусь души…'

'Мы повторяем ошибки наших родителей, — с болью в сердце думала Айрин, — ты как пламя, мой темный король, я растворюсь в тебе и потеряю себя… Но у меня нет сил сопротивляться… Если ты оставишь меня… я не смогу жить…'

Они танцевали, не обращая внимания на удивленные взгляды отовсюду, на то, что танцуют одни, так как остальные предпочли присоединиться к зрителям, впервые наблюдая за движениями наполненными страстью и борьбой, отчаянием и надеждой, светом и тьмой, льдом и пламенем. Танец страсти, танец жизни — бесконечное противостояние! Казалось, бальный зал пронизан электрическими разрядами! Казалось, мелодия наполняла сердца чем-то особенным! Казалось, ангел танцует с одним из проклятых богов! Придворные и правители неотрывно смотрели на обладающие удивительной пластикой тела в завораживающем танце. Рионар двигался как гепард, как сильный, гибкий и бесконечно красивый хищник. Айрин казалась ланью, гибкой, грациозной и гордой, и глядя в глаза хищника его жертва бросала вызов, отказываясь покориться его воле и в то же время уже принадлежа ему всем сердцем. Не было ни одного прикосновения нарушающего правила морали, ни единого движения противоречащего приличиями, они не сокращали дистанцию, допустимую для партнеров в высшем обществе — и в то же время их танец завораживал, гипнотизировал, словно притягивая взгляды, потому что был исполнен сексуальным влечением. Магнетизм их страсти, невероятная чувственность в каждом движении, и сияющие любовью глаза на бесстрастных лицах — не нужно было слов, чтобы понять, что между солнечной принцессой и темным богом нечто большее, чем сама любовь.