Сердцеедка - Софи Кинселла

– Там какая-то машина приехала! Может, Зару привезли!

– Ну вот, – улыбнулся Ричард. – Я не сомневался, что мы подняли панику из-за ерунды. – Он встал. – Энтони, сваришь еще кофе? И позавтракай, наконец! У тебя такой вид, словно ты всю ночь не спал.

– Но я спал, – поспешно ответил Энтони. – Очень крепко спал.

– Хорошо, – ответил Ричард, посмотрев на него с любопытством. – Ладно, вари кофе, а я пойду посмотрю, кто там.

Тут снова появилась Джиллиан.

– Это не Зара, Это Джонни, друг Флер. И с ним какой-то незнакомый человек.

– Ричард любит тебя! – сказала Зара обвиняюще. – Любит, ты ведь знаешь!

Флер молчала. Они остановились в первом же городке и теперь ждали в машине, когда откроется банк. Флер держала наготове золотую карту Ричарда.

– Он хочет, чтобы вы поженились, – твердила Зара. – Ты была бы с ним по-настоящему счастлива.

– Дорогая, ты каждый раз так говоришь.

– На этот раз – правда! Сейчас все по-другому. – Зара нахмурилась. – Ты и сама какая-то другая, ты изменилась!

– Чушь! – со злостью ответила Флер.

– Джонни тоже так думает. По его мнению, ты созрела для семейной жизни.

– Для семейной жизни! – передразнила Флер. – Осесть на одном месте и стать уютной женушкой?

– А чем плохо? – закричала Зара. – Скажешь, лучше, когда неуютно? Тебе у них понравилось, я видела! Ну почему мы уезжаем?

– Ах, дорогая… – Флер обернулась, и Зара с ужасом увидела, что у нее влажно блестят глаза. – Разве я могу превратиться в скучную суррейскую домохозяйку?

– Ты не будешь скучной домохозяйкой! Ты будешь собой!

– Собой? А какая я?

– Не знаю, – растерялась Зара. – Такая, какой тебя считает Ричард.

Флер с горечью фыркнула.

– Ричард считает, что я – очаровательное любящее создание, которому плевать на деньги. – Она стиснула в руке кредитку. – Если бы я вышла за него, моя дорогая, то скоро развелась бы.

– Или нет!

– Развелась бы, пупсик, никуда бы не делась. – Флер принялась рассматривать свои ногти. – Я себя хорошо знаю. А Ричард заслуживает лучшего.

– Ему не нужно лучшее! Ему нужна ты!

– Много ты понимаешь, – отрубила Флер и снова отвернулась к окну. – Ладно, – тихо сказала она, как будто самой себе, – заберем денежки и двинемся дальше.

Хэл Уинтерс был высок и широкоплеч и носил очки в металлической оправе. Он сидел рядом с Джонни за кухонным столом, пил кофе большими глотками, а Ричард, Джиллиан и Энтони молча смотрели на него.

В конец концов Ричард произнес:

– Извините. Просто вы нас несколько ошеломили. Сначала Зара пропала, а теперь вот…

– Да, я понимаю, вы удивились.

Хэл Уинтерс говорил медленно, с сильным среднезападным акцентом, от которого Энтони пришел в полный восторг.

– Флер же вам сказала, что я помер.

– Если подумать, я не уверен, что она именно так сказала, – нахмурился Ричард.

– Очевидно, произошло недоразумение, – бодрым тоном предположила Джиллиан. – Жаль, что ее сейчас нет.

– Слушайте, слушайте! – подхватил Джонни, пронзив Ричарда взглядом. – Зара тоже пропала. Какое удивительное совпадение!

– Вчера вечером Зара была здесь. – Ричард наморщил лоб. – Ума не приложу, что могло случиться…

Хэл Уинтерс расстроено обвел взглядом всех присутствующих.

– Я сегодня улетаю в Штаты. Если мы с малышкой разминемся…

– Наверняка она скоро появится, – сказала Джиллиан.

– Вчера мы говорили с женой. – Хэл Уинтерс с несчастным видом потер лицо. – Когда я рассказал, что у меня, наверное, есть еще один ребенок, Бетти-Энн здорово огорчилась. Все глаза себе выплакала. А сейчас привыкла уже, хочет, чтобы я привез Зару к нам, познакомил с семьей. А как я ее привезу, если она пропала?

Наступила пауза.

– Еще кофе? – безнадежно спросил Ричард.

– Да неплохо бы, – ответил Хэл Уинтерс.

– Пойду позвоню в полицию, – сказала Джиллиан. – Сколько можно ждать?

– Наконец-то! – Флер выпрямилась.

Ткань ее жакета зашелестела, соприкасаясь с кожаной обивкой сиденья.

– Смотри! Открывают двери.

– Сколько возьмешь? – поинтересовалась Зара, разворачивая жвачку.

– Пока еще не решила.

– Десять тысяч? Двадцать?

– Не знаю! – нетерпеливо повторила Флер.

– Меняешь счастье на вонючие двадцать тысяч долларов!

– Фунтов.

– Какая разница? Ну, будут эти деньги валяться у тебя в банке. Тебе же только и надо – смотреть в конце месяца на цифирки в бумажках и радоваться.

– Дорогая, деньги – это страховка на будущее.

– Страховка – люди! – крикнула Зара. – Деньги тратятся, а люди остаются!

– Нет, не остаются, – свысока ответила Флер. – Люди уходят.

– Не уходят! Ты сама от них уходишь! Ты им не оставляешь выбора!

– Дорогая, ты еще ребенок и не понимаешь, о чем говоришь.

Голос Флер слегка дрожал. Она щелкнула ярко-красным ногтем по золотой карте.

– Пусть я ребенок, – сказала Зара. – Значит, у меня уже и своего мнения быть не может? – Она выглянула в окно. – Банк открылся. Давай, иди, загребай бабки. А Ричарда выбрось на помойку. Выкидывай нафиг самого хорошего человека в мире. – Зара нажала на кнопку, и стекло с еле слышным шорохом пошло вниз. – Иди! – повысила она голос. – Торопись, чего ждать-то? Валяй, исковеркай ему жизнь! Всем нам!

– Помолчи! – закричала Флер. – Можешь ты помолчать? Мне нужно подумать. – Она прижала ко лбу трясущуюся руку. – Мне нужно со всем немножко подумать…

Джиллиан вежливо спросила:

– Значит, вы работаете в области фармакологии, Хэл?

Уинтерс слегка оживился.

– Специализируюсь на обезболивающих. Фирма, которую я представляю, выпускает высококачественные анальгетики в виде таблеток. На настоящий момент это второй по величине производитель в Соединенных Штатах.

– Боже мой! – сказала Джиллиан.

– У вас бывают головные боли, мэм?

– Наверное, иногда бывают…

Хэл Уинтерс вытащил из кармана прозрачную упаковку таблеток без всяких надписей.

– Более эффективного средства вы не найдете! Дело в том, что оно воздействует на причину боли. На самые корни, можно так сказать. – Он зажмурился и похлопал себя по затылку. – Как правило, боль начинается вот здесь. Отсюда распространяется дальше. – Хэл открыл глаза. – Так вот, главное – остановить боль, пока она не распространилась. Это и делают наши маленькие красавцы.