Ангел желания - Мария Антонова

– Ты хорошо сражался, мой лэрд.

– К чему такое официальное обращение?

– Твоя жена должна наконец получить душевный покой, а она только и делает, что наблюдает, как тебя пытаются убить. Даже мне уже невмоготу становится.

– Да, – усмехнулся он, – напряженное время выдалось.

– Это точно, но разреши просить тебя об одолжении.

– Говори.

– Я не дала ей смотреть ни на смерть брата, ни на тебя, когда ты нанес последний удар. Но на тебе его кровь и думаю, что это тоже ей видеть ни к чему.

– Согласен с тобой. Осталось только решить, что делать с ее дядей.

– Натали ответила на этот вопрос, – сказала Давина, чем немало удивила брата.

– И что же она такого сказала?

– Что, если Генрих получит возможность, он казнит своего вассала.

– То есть она предлагает отправить его королю Англии?

– Да.

– Тогда я немедленно распоряжусь об этом и когда умоюсь, покажусь вам, – сказав это, он привлек к себе сестру и поцеловал ее в макушку, – а теперь сходи проверь жениха, не забыла, что через два дня у вас свадьба?

– А думаешь, мы успеем все подготовить?

– Гости уже развлекаются, осталось их накормить и считай, что праздник удался, – ответил брат.

Давина не стала больше препираться и направилась к Нейлу, а Йен подошел к Генри.

– Вы хотите, чтобы сын был похоронен в Англии?

Генри поднял на него отсутствующий взгляд, ему потребовалось время, чтобы обдумать вопрос и утвердительно кивнуть. Йен тоже кивнул в знак согласия и развернулся, чтобы уйти.

– Если бы я знал, чем все обернется, я бы приказал убить ее еще тогда, в детстве, когда была возможность.

Эти слова не сразу дошли до разума мужчины, он просто не хотел в них верить, не хотел даже показать, что слышал их. Возможно Генри соврал, рассчитывая на быструю смерть здесь и сейчас, возможно это было правдой, но Йен продолжил путь. Он не хотел выяснять, не хотел убивать этого человека, который заслужил возмездие за свое предательство и возмездие – это будет от его сюзерена. Когда Йен подходил к задней двери кухни, тела уже убирали, Генри опять связали и отвели в комнату, где держали до этого. Завтра его отправят в Англию, вместе с телами сына и солдат. Смыв с себя кровь, он направился в зал, где его жена уже полностью пришла в себя, благодаря стараниям Мод и теперь уже в голос отказывалась от чрезмерной заботы о себе.

– Ты так кричишь, что Рэф пугается, а ты знаешь, как сложно его испугать, – сказал он с порога.

Натали подскочила со стула и бросилась ему на шею, но вопреки ожиданию не стала заливать слезами, а прошептала такое, чего он никак не мог ожидать.

– Убери ее от меня, она хочет, чтобы я вышивала на рубашечке ребенка маленьких львят.

– Почему именно львят? – так же шепотом спросил он.

– Говорит, что ты грозный лев, а наш сын будет львенком и ему с детства надо будет это говорить.

– Я думаю, она права.

– Что? – вскричала Натали в голос.

– Не в том смысле, что тебе надо учиться вышивать, тут у нас с тобой мнения сходятся, не умеешь ты держать в руках иголку. А в том, что его нужно с детства приучать к тому, что он будет великим воином.

– Ты считаешь, что я не смогу научиться шить? – Уже спокойнее спросила она.

– Нет, милая, это не твое. Ты прекрасно справляешься с управлением землями, ты умеешь считать и писать, зачем тебе пытаться освоить это ненужное занятие? Все равно у тебя ничего не получается. Просто ты не создана для этого. – Последние слова он сказал, как бы невзначай, подводя ее к стулу, на котором та сидела ранее. Мод перехватила его горящий взгляд и догадалась, что Йен еле сдерживает смех, а Натали все приняла за чистую монету и теперь рвется в бой, чтобы доказать обратное.

– Ты никогда не видел меня с шитьем, почему ты уверен, что я не справлюсь? – в ее голосе начали проглядывать первые признаки недовольства.

– По твоим рассказам и словам Мод я сделал такой вывод, – ответил он и не знал продолжать ли дразнить ее дальше или прекратить, пока жена не обиделась на него окончательно.

– Я могу научиться, – твердо сказала девушка.

От этой непоколебимой уверенности Йен не смог больше сдерживаться, он засмеялся, поднял жену и закружил по залу.

– Знаешь, я никогда не пойму, как у тебя работает голова, – Йен поставил ее на пол и поцеловал.

– И что все это должно значить?

– Женщина, ты не волновалась за меня?

– Конечно волновалась, но я видела, что ты цел и не вредим.

– И ты ни о чем не хочешь меня спросить? – подозрительно произнес он.

Натали отрицательно покачала головой.

– И ничего не хочешь знать?

– Только одно. Нам больше ничего не угрожает, мы можем спокойно жить и сыграть свадьбу твоей сестры?

– Да.

– Тогда избавь меня от необходимости вышивать маленьких золотых львят.