Безрассудный - Конни Брокуэй

– Она зашла слишком далеко, – услышала она тихий голос Джейми. – Никакой клочок земли не стоит твоей души.

Тьма поглотила ее. Когда она опять пришла в себя, она постепенно осознала, что кто-то держит ее, прижимает прохладную, влажную ткань к ее лбу.

– Рейн, – прошептала она.

– Прости меня, Фейвор Макларен, – сказал Джейми. – Прости за все, что мы с тобой сделали. Этот парень не был насильником. Ты спасла нас от греха, не то мы бы убили невинного человека. Вот и все, что ты сделала. Карр нашел бы другой способ выгнать нас с его земли. Ты просто вовремя подвернулась.

– Пожалуйста, – сказала она, пытаясь повернуться. Ей надо остановить Майру. Рейн. Господи, почему она не осталась с ним? Снова ее манила к себе кружащаяся темнота, она боролась с ней, старалась сосредоточиться на тихом, монотонном голосе Джейми.

– Ты была удобна для Майры. Для нас. Не стану этого отрицать. Нам не следовало тебя использовать. Но мы были в долгу перед Майрой. Пожалуйста, постарайся понять. После той резни нас разбросало по белу свету. Она нас нашла. Дала нам цель в жизни, возможность не просто прозябать изо дня в день без гордости, без будущего, без прошлого. Но где-то мы заблудились. Я знал это и не остановил ее, и с этим мне придется жить до конца своих дней.

Чернота отступила настолько, что Фейвор сумела выпрямиться и сесть, поддерживаемая большими руками Джейми. Ей не было дела до его вины. Она по горло сыта виной. Ей нужен только Рейн.

– Где она?

– Не знаю. Вернулась в замок, как я догадываюсь. Она так яростно хлестала лошадей… – Он печально покачал своей лохматой головой. – Лучше тебе полежать спокойно, Фейвор. Все уже позади.

– Нет. Не позади. – Она оттолкнулась от него и поморщилась, поднимаясь. Море темноты плескалось перед ее глазами. Она боролась, чтобы не утонуть в нем, и выиграла сражение. – Мне надо добраться до Рейна, Джейми. Тебе придется отвезти меня в Уонтонз-Блаш.

– Зачем? Какой в этом прок? – замогильным голосом спросил Джейми.

Она протянула руку и схватилась за столбик у подножия лестницы. Она не может потерять его из-за безумной, навязчивой идеи Майры. Она его никому не отдаст.

– Ты слышал, что она говорила, Джейми? И ты, который знает ее так хорошо, ты понял, что она задумала?

Он протянул руку, чтобы поддержать ее за локоть. Она стряхнула его руку.

– А что она задумала, Фейвор?

– Она собирается убить всех троих – камердинера, священника и Рейна и таким образом расчистить путь к моему браку с Карром.

Джейми уставился на нее, его молчание подтверждало ее догадку.

– Но ты никогда на это не согласишься. Она должна это знать.

– Это не имеет значения. Она же сумасшедшая! – сказала Фейвор, схватила Джейми за руку и потянула его. – А теперь отвези меня в Уонтонз-Блаш, Джейми Крейг. Гони так, словно сам дьявол преследует тебя.

Уонтонз-Блаш стоял неестественно темный в сгущающихся сумерках. Несколько огоньков освещали узкие амбразуры центрального фасада, а два крыла, полностью темные, напоминали вытянутые к мрачному двору крылья какой-то громадной, чуткой ночной птицы.

Джейми направил взмыленных лошадей в огромные центральные ворота. Фейвор выпрыгнула из кареты раньше, чем несчастные животные успели остановиться.

– Мисс Фейвор! – крикнул Джейми. – Я подожду вас здесь!

Она не ответила. Рывком распахнула массивную дверь, пробежала мимо ошеломленного лакея и пустилась бежать вверх по центральной лестнице, в заброшенное восточное крыло.

Убежище Рейна находилось возле северной башни. Если он здесь, то вероятнее всего она найдет его. Если он все еще здесь. Мысль о том, что он мог уехать, немного заглушила у Фейвор панику. А вдруг не уехал?

Майра будет охотиться на него – безумная, одержимая женщина, – и так как она хорошо ориентируется в Уонтонз-Блаш, то скоро вычислит местонахождение Рейна.

Фейвор замедлила шаги, привыкая к темноте. Вдруг она увидела полоску света под дверью и вспомнила часовню, где были собраны почти все вещи Дженет Макларен. Рейн… Как он смотрел на рухлядь, когда-то бывшую любимыми вещами его матери. Застав его здесь тогда, она не поняла его задумчивого настроения. Он с облегчением воспринял ее вторжение. У Рейна тоже были свои призраки.

Фейвор открыла дверь и вошла внутрь, оглядываясь вокруг. На полу стоял нарядный серебряный канделябр, свет дюжины свечей отражался от полированных поверхностей. Комната казалась пустой. Она нахмурилась, двинулась вперед и услышала, как за ней со стуком захлопнулась дверь.

Фейвор резко обернулась. Рональд Меррик, граф Карр, стоял за ее спиной. Он был одет как принц, сверкал с головы до ног. На боку у него висел меч в украшенных драгоценными каменьями ножнах, на голове был снежно-белый парик с бриллиантовой заколкой. Обшлага и пуговицы на его фраке сверкали стразами и металлическими нитями. Даже пряжки на туфлях сияли.

– Ты что-то сделала со своими волосами, – мягко произнес он. – Клянусь, мне так даже нравится. Красиво.

Она не знала, что сказать, как ответить. Глаза у него были странные, хотя выражение лица оставалось сдержанным.

– Я знал, что ты придешь, Дженет. Ты всегда любила свои красивые вещицы, – он обвел комнату грустным взглядом, – хотя теперь они уже не очень красивые.

– Я не Дженет, сэр.

– Конечно, нет. Ты – Фейвор Донн, или мне следует называть тебя Макларен? Ты думала, я не знаю? Конечно, я знал. Хотя должен признаться, что выяснил это совсем недавно. Мне сказал Рэнкл, перед тем как умереть. Куриная косточка, наверное.

Господи, он убил того маленького камердинера.

– Не волнуйся, дорогая, хотя, возможно, мне придется провести небольшую беседу с твоим братом, когда… если он вернется. Но это не имеет никакого отношения к нам с тобой. Мне все равно, что ты Макларен. Не имеет значения, кто ты такая, потому что… – он двинулся к ней, – потому что я знаю, что ты носишь в себе душу моей дорогой Дженет.

Фейвор медленно выдохнула, стоя неподвижно, взяла прядь волос и машинально стала накручивать ее на палец.

– В самом деле очень красиво. Я совершенно очарован этим оттенком.

Она улыбнулась дрожащими губами:

– Как жаль, что тебе придется умереть.

Она отпрянула, услышав внезапный смертный приговор, а он улыбнулся и тихо прищелкнул языком, словно успокаивал испуганную кобылу.

– Ну же, Дженет. Ты ведь там, в ней, слушаешь меня, не правда ли? Потому что все, что я хочу сказать, мисс Донн, боюсь, просто не поймет.

Он все равно собирается ее убить. В этом не было никакого смысла.

– Почему? – спросила она умоляющим, охрипшим голоском.