Отдам дракона в хорошие руки - Марина Ефиминюк

– А губа почему разбита? – уточнила я.

– Они не понимают языка жестов, – буркнул он. – Что мне теперь делать?

– Переодеться и лечь спать, – от души посоветовала я.

– Что мне делать с драконом? Они же женятся, если кого-то крадут! – воскликнул он.

– Как ты себе это представляешь? – удивилась я и промолчала, что дракон нас перепутал. Ни к чему такой удар по самолюбию, Яна и так сегодня потрепали. В прямом смысле этих слов.

– В том-то и дело, что это невозможно представить! Я же мужчина! – свирепо напомнил Ян и встряхнул патлатой головой. – Как ты считаешь, мне сейчас откроют портал в Родолесс?

– Ян, тебе предложат компенсацию, – предположила я.

– Компенсацию? – искренне заинтересовался тот. – Большую?

– Выясним, когда Эсхард придет в себя.

Художник поменялся в лице и, оглядевшись по сторонам, пробормотал:

– Хочешь сказать, что он вернулся и попытался украсть владыку?!

– Ярран обрушил балкон. – Я вдруг почувствовала себя смертельно усталой. – На Эсхарда…

Через сутки владыка не пробудился. Из расставленных возле каждой двери плошек с углями теперь клубился серый дым – символ скорби. Остров Сарват погрузился в молчание.

Лекарь осматривал Эсхарда с возрастающей тревогой. Слепой бы не заметил, что драконьи чешуйки разрастались. Тыльные стороны ладоней уже покрылись ровным слоем драконьей «кожи» – гладкой, теплой и твердой. И в памяти невольно всплывал разговор, когда владыка признался, что ему предрекли уйти в камень.

Я никогда не верила в предсказания, пророчества и шаманство. В моей картине мира существовала лишь официальная магическая наука: заклятия, формулы, двуликие бестии, тонко настроенные на мага артефакты… А Эсхард словно и впрямь обращался камнем.

– Кейрима следует вернуть во дворец, – заключил лекарь. – В месте силы рода Нордвей он исцелится быстрее.

В Хайдес мы вернулись в глубоких сумерках. Никто не пытался возражать, когда я осталась в полукруглой просторной башне владыки с утопленной в нишу кроватью королевских размеров. Похоже, во дворце уже знали, чей именно платок бросил кейрим в ритуальную чашу за минуту до трагедии. Слуги кланялись мне с таким почтением, что становилось неловко.

С наступлением темноты безмолвный слуга принес ужин, что характерно, на двоих. Я сидела в изножье кровати и коротала время за чтением фолианта о драконьих традициях. Хотелось знать, что ожидало Яррана, сидящего в дворцовых казематах, за нападение на кейрима, пусть и ненамеренное. По обычаю, высокородным драконам выносил приговор сам владыка. Или же преступника, согласно закону темных времен огненных войн, сжигали в драконьем пламени.

– Тебе лучше поскорее пробудиться, – строго посоветовала я, посмотрев на Эсхарда, – иначе его сожгут. Честное слово, я не против. Ты не в курсе, но он хотел меня опоить снотворным и оболгать.

Владыка оставался глух: лежал на спине и, казалось, не дышал. Покрытые медными чешуйками руки, обычно сильные и твердые, были вытянуты вдоль тела.

– Если ты не пробудишься, то я вернусь в корпус ловцов за нечистью и снова начну гоняться за бестиями, – проговорила я в тишине. – Возможно, мне повезет не вернуться с охоты, потому что уехать в Родолесс и жить, как прежде… не выйдет. Теперь – нет.

Внезапно глаза закололо. Я никогда не позволяла себе плакать, на похоронах отца не пролила ни слезинки – он ушел достойно истинного бестиолога, но сейчас, сидя возле любимого мужчины, вдруг совершенно расклеилась.

До середины ночи я читала книгу о традициях и вслух удивлялась, как можно жить по столь варварским законам, но на одном подробно описанном обряде, принятом в Хайдесе, возмущаться передумала.

Если верить фолианту, раньше жены проводили ритуал возвращения воина, уходящего после битвы в камень. Женщина брала любую вещь из сокровищницы дракона, приносила в качестве подношения в сад каменных драконов, танцевала, терла каменные лапы ушедших владык и просила не забирать главу семьи.

– Какое варварство! – пробормотала я, захлопнув книгу, и решительно отправилась к стражам, чтобы те вызвали Илайса.

В кое-как застегнутой одежде, помятый и суровый, он ворвался в гостиную владыки. Увидев меня, стоящую со сложенными на груди руками, замер на пороге и резюмировал:

– Кейрим не проснулся.

– На рассвете мы спустимся в сад каменных драконов, – объявила я. – Хочу потолковать с будущим свекром.

– Ты же помнишь, что он статуя? – уточнил Илайс.

За последние пару суток я спала всего несколько часов и, судя по его сочувствующему взгляду, выглядела слегка не в себе.

– Я не страдаю провалами в памяти, – сухо заметила я. – Ты что-нибудь знаешь о ритуале возвращения воина?

– Впервые слышу, – отозвался Илайс и широко зевнул, забыв прикрыть рот.

– В любом случае такой существует, – отмахнулась я, догадываясь, что, возможно, единственная во дворце действительно прочитала энциклопедию о драконьих традициях. – Я принесу предыдущему кейриму Нордвею дар и попрошу оставить сына в покое. Если он, конечно, не хочет, чтобы его род прервался.

– Ты ведь не надумала принести в дар себя? – опешил Илайс и, помолчав, заметил: – Мне не нравится твой взгляд, вайрити бестиолог. Возникает ложное впечатление, что в качестве дара ты предложишь меня.

– Как и велела книга, отнесу что-нибудь из сокровищницы Эсхарда, – пояснила я. – Уверена, ты знаешь, где она находится.

– Нет. – Он покачал головой.

– Ты не знаешь, – заключила я.

– Никто в здравом уме не позволит себе разворовать сокровищницу кейрима, – пояснил Илайс. – За это можно в два счета сгореть в драконовом пламени…

– Не думала, что придется так далеко заходить. – Я глубоко вздохнула. – Ты ведь помнишь, что проиграл мне спор и должен услугу? Самое время вернуть долг.

– Похоже, ты в курсе, как серьезно северные драконы относятся к предъявленным долгам.

– Могу только догадываться.

Возникла странная пауза.

– С другой стороны… – Илайс почесал небритый подбородок. – Вряд ли он спалит невесту, если она закроет собой драгоценного друга, которому кейрим доверил тайну сокровищницы.

– Верно рассуждаешь, драгоценный друг, – согласилась я.

Он вел меня знакомыми коридорами с тускло светящимися стенами прямиком в библиотеку. Стоило открыть дверь, как в лампах на потолке вспыхнули огни. В нишах колонн привычно засветились огни. На секунду в голову пришла странная мысль, что все это время я работала в сокровищнице дракона и вообще-то эта сокровищница похожа на проходной двор. Однако Илайс провел меня дальше за книжные шкафы к глухой стене.

– Здесь, – указал он и утопил в толщу кладки один из камней.

Бесшумно открылся черный зев прохода, из него тянуло холодом. Дракон снял с крючка подвесную лампу, встряхнул ее, заставляя разгореться магический камень. Слабый свет озарил узкий проход.

– Добро пожаловать, расхитительница сокровищ, – приглашающим жестом взмахнул свободной рукой подельник.

– Не драматизируй, – проворчала я, перешагивая через высокий