Убивая тени - Кэтрин Куинн

направился в сторону криков Киары, все тело неустанно болело, а жуткий жар обжигал горло при каждом вдохе. Я боролся, вновь подумав о ней, отпихивая в сторону охваченные огнем дергающиеся тела.

Обогнув скопление палаток, я увидел ее… в руках врага.

Я сделал шаг, собираясь выпустить на волю монстра, которым являлся, как вдруг что-то твердое и зазубренное ударило меня по затылку. Черные пятна затуманили зрение, но я не отрывал глаз от Киары, даже когда за спиной раздались шаги и свист освобождаемого из ножен клинка.

Она вскрикнула в последний раз, как раз перед тем, как мои веки сомкнулись.

Я ждал удара холодного острия, но его не последовало.

Вместо этого я услышал голос, хотя и не сумею его различить, поскольку моя реальность обернулась сущим кошмаром.

– Черт. Это действительно он, – тихо выругавшись, произнес голос.

Я уловил стук шагов по земле, а затем меня поглотила тьма.

Глава 42. Киара

Она слишком дикая и необузданная. Боюсь, после нападения я мало что смогу для нее сделать. Ее коснулась столь непроглядная тьма, и я не верю в пророчество, о котором шепчете вы, жрецы Солнца. По правде говоря, девушка, скорее всего, уже потеряна.

Как и наш мир.

Письмо Мики неизвестному получателю, 46-й год проклятия

Первая тварь бросилась вперед, обтрепанная ткань на ее лице обнажила неровные ряды зубов.

Я метнулась влево, вызвав у монстра злобное рычание. Он снова устремился ко мне, и, когда оказался достаточно близко, я отклонилась и пихнула его ногой, с шипением повалив в грязь.

Мне не хватило времени сосредоточиться на нем, когда справа на меня накинулся еще один ублюдок с зазубренным клинком в руке. Он попытался полоснуть меня по шее и лицу, промахнувшись всего на дюйм. Еще один замах и неудача, и я воспользовалась открывшимся пространством, дабы врезать ему в грудь плечом, стремясь выбить врага из равновесия. К сожалению, мои размеры не позволили свалить громилу.

Я отпрянула назад, когда клинок пронесся мимо левого глаза, на этот раз прицел противника улучшился. Для полумертвого кровожадного существа двигался он с досадной легкостью. Выплевывая проклятья, я упала на землю и перекатилась. Но когда поднялась на ноги и уже приготовилась нанести удар, мою руку пронзила жгучая боль. Он задел меня.

Оглядываться не стала, поскольку понимала, что рана не слишком глубокая, хотя все равно жутко болела.

Может, у врага и получился неплохой удар, но зато теперь он по-настоящему разозлил меня. Притворившись, что собираюсь броситься влево, я в последнюю секунду развернулась и, замахнувшись, вонзила кинжал в громоздкий плащ существа, проткнув ему ребра. Изо рта твари вырвался вопль, и она упала.

Только я успела выдернуть клинок, как сзади на меня обрушилась очередная атака.

Я испытала боль еще до того, как монстр сделал шаг, раскаленная докрасна агония перехватила дыхание, когда лезвие вошло в мышцу плеча. Стоило мне выдернуть его, как с губ сорвался крик и кровь залила черную тунику. Меня никогда раньше не пронзали кинжалом, и теперь я могла официально заявить, что не горю желанием повторять сей опыт.

Во мне начало пробуждаться нечто чуждое; то, что я давно похоронила на окраине Пасторийского леса. В груди покалывало, когда я помчалась к проворному чудовищу, а в конечностях бурлил ледяной адреналин.

Подпрыгнув с кинжалом над головой, я с рычанием опустила клинок на череп существа и расколола его. По коже поползли мурашки, воздух в легких наполнился знакомой искрой, по телу разлился холод, а возле ног второй раз в жизни заплясали разумные черные клубы.

Впервые это случилось всего несколько дней назад, когда меня загнали в угол и едва не перерезали горло. Тьма, которая всегда процветала во мне, вырвалась наружу и заявила о себе. Тени спасли мне жизнь.

Тогда я солгала Джуду, слишком боясь раскрыть правду.

Я точно знала, что произошло, когда существа в масках обратились в пепел.

Все дело было во мне.

* * *

Руки непроглядной тьмы тянулись ко мне, удерживая на месте для пира. Неровные зубы и лицо, лишенное глаз, вместо них зияли лишь черные ямы. А потом оно – существо, напавшее на меня, – вцепилось в мои крошечные ручки, которые пытались закрыть лицо и горло.

Мне никогда не забыть той боли. Как теневой монстр впился когтями в мою кожу. Даже будучи ребенком, слабым и едва ли способным защитить себя, мне удавалось бороться, сдерживать и терпеть удары вопящего существа.

Тогда-то и хлынул свет.

Золотистый луч, словно вспышка пламени, вырвался из моей груди, заставив тварь в тревоге отшатнуться и с шипением помчаться к деревьям. Свет померк, когда раздались шаги, – отец услышал мои крики из деревни. Нахмурившись, он взглянул на меня, а затем отступил, застыв с распахнутым ртом.

Урон уже был нанесен: мои руки разодрали и изрезали. Следы теневого монстра навеки остались на коже.

Минуло десять лет, но я никогда не забуду лицо отца.

* * *

Я рывком возвратилась в настоящее, когда на меня набросился следующий монстр. Руки и ноги действовали сами по себе, ведомые каким-то чуждым инстинктом. Я крутанулась на месте, рыжие волосы развевались на ветру, когда перерезала твари горло. Кровь хлынула прежде, чем я успела выдохнуть.

Во время битвы меня окружали ониксовые облака, тьма жаждала свободы.

Как бы я ни презирала то, чем становилась, кем я являлась, тени, которые мне удавалось подавлять, могли обернуться моим спасением, и со свирепым рыком я сорвала с рук перчатки.

Только монстрам под силу одолеть монстров.

Я встряхнула рукой, готовясь встретить нового врага. Покалывание, скользившее по рукам и торсу, не рассеивалось, а тени подле ног даже не дрогнули. Облегченно выдохнув, я ощутила, как расслабились мышцы.

Хотя Джуд лицезрел мои шрамы и не убежал, позволить ему узнать, что это я управляла тенями, которые превратили наших противников в пыль, казалось перебором. Если бы рухнула эта последняя стена между нами и капитану бы пришлось не по душе увиденное, если бы я перестала ему нравиться, то не уверена, что мое сердце сумело бы это выдержать.

Теперь, когда во мне скользила и извивалась столь нечестивая сила, ни Джуд, ни другие не могли ничего изменить. Они не будут свидетелями свершаемого мной зла.

Я чувствовала себя свободной.

Поэтому выпустила на волю всю ту тьму, что хранила внутри, и разум тотчас заполнили образы того рокового дня десятилетней давности.

Прищурившись, чтобы оценить ближайшего врага, я отметила, как вяло двигались остальные твари. Словно пробираясь сквозь патоку, они медленно приближались, беззвучные крики вырывались из их разинутых ртов. Либо время замедлилось, либо я стала быстрее.

Я ощущала себя иначе, нежели в последний раз при использовании своих сил в Тумане, когда мной правили беспорядочные эмоции. Тогда силы захлестнули меня, бесконтрольно выливаясь наружу.

В этот раз я приветствовала их.

Принимала их частью себя.

Я зарычала, мои верные тени поднялись и коснулись кончиков пальцев. Бросившись к твари справа от меня, я пронзила разлагающуюся кожу на ее горле и расправилась с ней, как и с предыдущей. Монстр еще падал, зажимая руками зияющую рану, когда я выбрала следующую жертву, нанеся ей такой же удар. Все это время холодный ветерок, казалось, нес мои ноги вперед, в бой, к существам, угрожающим тем, кого я любила.

Пот выступал из каждой поры, пока я вращалась и убивала без пощады. Не прошло и пяти секунд, как я прикончила еще троих, омыв кинжал кровью убитых.

Меня окружала одна лишь чернота и бесшумные крики, а конечности неустанно двигались между телами, словно я меняла партнеров по танцу.

Осталось двое.

Боги, какой же холод. От него стучали зубы и дрожали колени, и я была близка к тому, чтобы остановиться, поддаться агонии и рухнуть на землю.

Подгоняемая ледяным ветром мести, я сбила предпоследнего противника с ног. Когда он начал заваливаться, округлив сонные глаза, пронзила его грудь клинком и ударила ногой, вбивая в землю. Тело твари пробороздило почву и грунт, а сила моего сверхъестественного удара, подпитываемая волной теней, похоронила его в кровавой грязи.

Столько силы… и сразу.

Ощущение грубой мощи нарастало, холод в груди теперь стал почти невыносимым. Он начинал вредить и жалить. С воплем я схватилась за колотящееся сердце, все тело было залито кровью моих врагов.

Я с ужасом осознала, что время