Святой - Келси Клейтон

— Наш лучший выпускник в этом году — это та, кто преодолел много препятствий и все же сумел блистать. С большим удовольствием я представляю Делейни Каллахан.

Весь наш класс аплодирует, а мои друзья, конечно, громче всех. Даже Тесса стоит в аудитории, выкрикивая мое имя. Я улыбаюсь, когда встаю, подхожу к трибуне и занимаю свое место.

— Спасибо, директор Хайланд, — говорю я ему, затем обращаю свое внимание на всех остальных. — Родители, преподаватели и коллеги-выпускники, я стою перед вами сегодня, молодая, решительная и готовая покорить мир. Я могла бы рассказать вам все о последних четырех годах, но вместо этого я считаю, что важнее поговорить о том, что будет дальше. Сейчас я не собираюсь давать советы, меняющие жизнь. Во-первых, потому что самый высокий средний балл не означает, что я знаю больше, чем ты. И второе, потому что я знаю, что большинство из вас все равно не будут его слушать.

Многие люди в аудитории смеются, когда я делаю паузу, чтобы перевести дыхание.

— Куда бы мы ни направлялись, будь то университет, стажировка или, в некоторых случаях, год за границей, мы все столкнемся с одинаковыми проблемами. Мы собираемся учиться. Мы все испортим. И мы потерпим неудачу. Однако важно, чтобы мы не позволяли этой неудаче определять нас, а скорее формировать то, как мы на нее реагируем. Принимайте ошибки и извлекайте уроки из неудач — потому что они обязательно произойдут, много. Это только смущает, если вы не учитесь на своих ошибках. Сделайте перерыв, когда ваш мозг чувствует себя слишком переполненным, потому что умственное истощение — это действительно вещь. И, наконец, —

Мои глаза находят Нокса в задней части толпы, и он ухмыляется мне.

— Никогда, ни при каких обстоятельствах, не позволяй никому говорить тебе, что ты не принадлежишь этому месту.

Он откидывает голову назад, смеясь, поскольку скрытая шутка хорошо принята. Я смотрю на всех людей, с которыми провела последние четыре года, и проглатываю комок в горле.

— Спасибо за воспоминания, Хейвен Грейс. Это было по-настоящему здорово.

Все мои сокурсники встают, аплодируют мне, пока я пожимаю руку директору и получаю диплом. Он перемещает кисточку с правой стороны на левую, и тогда я понимаю, что сделала это. Я прошла через это безумие под названием старшая школа и многое другое.

***

Пока в воздухе летают шапки, и все ходят вокруг, обнимая всех своих друзей, я смотрю только на одного человека. Нокс прислоняется к забору и выглядит как секс на ножках. В ту минуту, когда его глаза встречаются с моими, он бросается вперед.

Взяв меня на руки, он кружит нас двоих. — Я так чертовски горжусь тобой.

Он опускает меня, и я грустно улыбаюсь ему. — Ты не расстроен, что не сможешь пойти на выпускной?

— Нет, — он пожимает плечами. — Мне не нужно все это традиционное дерьмо.

После операции Ноксу потребовалось некоторое время, чтобы восстановиться, и к тому времени, когда он был готов вернуться в школу, он был слишком далеко позади. Ему пришлось бы повторить часть своего выпускного года, как Тессе, но вместо этого он решил получить аттестат зрелости — то, на что мой отец категорически отказывается позволить сделать Тесс. Кроме того, существовала проблема обвинения в непредумышленном убийстве…

***

Я стучу в дверь, чувствуя беспокойство, просто находясь здесь. Если бы это не было абсолютно необходимо, меня бы здесь не было. Как только дверь открывается, Картер выглядит как друг, которого я обожаю — в его глазах нет осуждения или злобы.

— Привет.

Его лицо выражает беспокойство. — Все в порядке?

— Не совсем, — бормочу я. — Могу я войти?

Кивнув, он открывает дверь дальше и отходит в сторону. Мы вдвоем идем посидеть на диване, и когда приходит время рассказать ему, почему я здесь, мои нервы берут верх. Двадцать лет жизни, Делейни.

— Итак, как дела у Вона?

Я тяжело вздыхаю. — Я думаю, с ним все в порядке. Это большая травма, эмоциональная и физическая, но врачи говорят, что он полностью восстановится.

— Хорошо, — отвечает он, искренне имея это в виду. — Я слышал, как мой отец разговаривал с одним из своих коллег обо всем, что произошло. Это напряженно.

— Да. — Я делаю глубокий вдох. — Забавно, что ты упомянул об этом, потому что именно поэтому я здесь.

— О? — Выражение его лица почти заставляет меня выбежать за дверь, но я никогда не узнаю, если не спрошу.

Я смотрю вниз, теребя рукав. — Мне было интересно, не мог бы ты поговорить со своим отцом о сделке о признании вины.

Он откидывает голову назад. Я знаю, это безумие — просить его помочь тому, кого он ненавидел годами. К счастью, Уайатт смог избавиться от видео до того, как его обнаружил кто-либо из ФБР, но Джексон лично был свидетелем гибели людей на ринге. Если Нокса признают виновным, четыре обвинения в непредумышленном убийстве могут надолго упрятать его за решетку. Я не знаю, что я буду делать, если это произойдет.

— Делани, он убивал людей.

— Я знаю, и я не прошу, чтобы он отделался пощечиной. — Объясняю я. — Но, Картер, моей жизни угрожали.

Он на мгновение задумывается об этом, и я могу сказать, что он этого не хочет, но он неохотно соглашается. — Я посмотрю, что я могу сделать.

***

По милости Божьей, что бы Картер ни сказал мистеру Трейленду, сработало, и Ноксу предложили сделку о признании вины — четыре месяца домашнего ареста и пятьдесят часов общественных работ. Покидая здание суда, Нокс с величайшим уважением пожал Картеру руку — давняя вражда теперь полностью позади.

— Поздравляю, Делейни. — Говорит Джексон, приближаясь, и его присутствие удивляет меня. Я знаю, что Нокс упоминал о приглашении его, но я никогда не думала, что он действительно придет.

С тех пор как все пошло наперекосяк, Нокс и Джексон сблизились. Джексон сыграл ключевую роль в том, чтобы помочь Ноксу восстановить свои силы, и он все еще тренируется с ним сегодня. Сначала Нокс не решался впускать в свою жизнь кого-либо, кто был связан с Кэлом, но после того, как мы узнали, что именно Джексон убил Пауло, он смирился.

Очевидно, в тот день у Пауло был строгий приказ не выпускать никого из нас живыми из той комнаты. Джексон подслушал и попытался оттащить его от двери, позволив нам безопасно уйти. К сожалению, Пауло потребовалось всего несколько секунд, чтобы широко раскрыть тайну Джексона. Когда Пауло потянулся за своим пистолетом, у Джексона не было выбора, кроме как лишить его жизни.

— Спасибо.

Он смотрит на Нокса. — Я не могу остаться, но мы все еще в силе на завтра?

— Да. 7 утра.

Джексон кивает и, еще раз поздравив меня, исчезает