Зависимые - Лина Шир

страдает Янис… Сережа разводится с Наташей, их дети останутся без отца! Из-за меня мой ребенок будет страдать всю жизнь, потому что… ну какая из меня мать?! Если бы я сейчас была с Янисом, я бы ни на секунду не сомневалась, что что-то может пойти не так. Но сейчас я… не уверена, что справлюсь. Не знаю, что мне делать. — Я провела руками по волосам и взглянула на Юрку, который задумчиво смотрел на фото брата на памятнике.

— Знаешь… я думаю, что ты справишься намного лучше, чем кто-либо. — Вдруг сказал он и перевел взгляд на меня.

— Почему?

— Потому что ты сама в раннем возрасте осталась без родителей, и не хочешь такого же детства своему ребенку.

— Мои родители меня любили… вроде бы.

— Вроде бы… ага… твой отец наплевал на тебя, а мамаша сдала в приют. Так любила, да? — Юрка чуть нахмурился и погладил меня по волосам, после чего поднялся, отряхнулся и протянул мне руку.

Нужно было возвращаться домой, да и я была уже прилично голодна, поэтому поднялась на ноги и отряхнувшись поплелась за Юркой к машине. Мы ехали молча. Я искала билеты на ближайший рейс. Билетов не было. Совсем. Поэтому нужно было думать о том, как добираться до Москвы самостоятельно.

— Алена, привет! — крикнула Настя, выбегая из кухни и вытирая руки о фартук, натянутый на круглый живот. — Мне Юрик только сегодня сказал, что ты в положении! Сколько недель? Кого ждешь? Это же так здорово! У нас мальчик будет. Хотим его назвать — Мирон. Красиво, да?

— А я говорил, что она стала слишком активной. — Усмехнулся Юрка, проходя в ванную.

Я вымыла руки, переоделась и прошла на кухню, где Настя готовила, а Аленка активно помогала ей. Мне тоже хотелось помочь, но Настя сказала, что сама со всем справится, и за эти пару дней соскучилась по готовке.

— Ну так рассказывай! — она была веселой, улыбалась, обнимала и целовала Аленку, да и просто вела себя не как раньше.

— Двенадцать недель… девочка…

— Ты не рада? — Настя подсела ко мне и взглянула на Аленку. — Пойди пока поиграй с папой, и дверь закрой.

Девочка убежала, закрыв дверь и оставив нас на кухне двоих.

— Ты не хочешь малыша? Или…

— Я не знаю. Я запуталась. Я хотела… вернее, не хотела, но так получилось и… я не знаю, как мне жить дальше. Все так сложно. — Я обхватила голову руками и закрыла глаза, на что Настя тяжело вздохнула.

— Ты просто усложняешь все сама. Алена, послушай, плевать на мужчин, плевать на друзей и прочих людей, которые мелькают в твоей жизни! Сейчас для тебя главное — это ребеночек, который будет любить тебя независимо от обстоятельств. Ты для него будешь лучшей, понимаешь?! Я, когда забеременела Аленушкой, знаешь, как испугалась?! — Настя вздохнула, и я подняла взгляд на нее. — Тогда у меня тоже не было поддержки. Ни родителей, ни друзей…

— У тебя был Яшка.

— Яшка был, но ему нужно было думать о моем состоянии?! Меня полоскало, я вечно хотела жрать, а дома, кроме капусты квашеной и хлеба ничего не было. Но меня это не пугало, я просто хотела родить! Хотела стать матерью, потому что… думала о том, что я буду нужна этому ребенку. Я хотела быть нужной! Неужели у тебя нет этого желания?! Плевать от кого, главное, что твой!

— Насть…

— Что?! Я не права?

— Права… но я ничего не чувствую. У меня нет любви к этому ребенку, и я боюсь, что буду плохой матерью.

— А по этому поводу не переживай. — Она рассмеялась и погладила меня по животу. — Привыкнешь! Когда малыш начнет тебя пинать, ты и вовсе от радости с ума сойдешь! Это же твое…

Настя смогла меня убедить. Я стала прислушиваться к себе, к своим чувствам, боясь упустить что-то новое. Я перестала думать о Янисе. Нас с ним уже давно ничего, кроме фамилии, не связывало. А Сережа… получил по заслугам за свои делишки. Столько лет изменять жене, не любить своих детей и продолжать думать, что его простят — это просто глупость. Неужели, Сережа всегда был так глуп? Почему же я полюбила его? Почему безумно желала? Почему так рьяно отсчитывала дни и часы до наших встреч? Почему не видела в нем ничего плохого раньше?! Почему считала его самым умным? Наверное, потому что сама была слишком глупа…

Остаток дня я провела, играя с Аленкой. Она не хотела, чтобы я уезжала, а мне нужно было возвращаться домой. Погостила, успокоилась и хватит. Теперь в этой семье была полная идиллия. И это так здорово, что я еле сдерживала слезы. Такой примерный семьянин — Юрка, милая и счастливая — Настя и самый главный член семьи — маленькая Аленка. Я тоже хотела, чтобы мой ребенок жил в полной семье, но мои «хотения» вряд ли кто-то услышит. Мне оставалось только ждать, верить и стараться быть хорошей матерью. Хотя, я все равно не понимала, что именно нужно делать.

Отбросив от себя все ненужные мысли, я решила возвращаться домой. Билетов по-прежнему не было, и я заказала такси. Да, дорого, но зато я смогу спокойно все обдумать еще раз. Я быстро собрала вещи, накормила кота, поместила его в переноску и отправилась переодеваться. Как раз к тому времени подъехало такси.

— Приезжай к нам еще! Почаще! — улыбалась Настя, прощаясь со мной у подъезда.

— Да, и не вешай нос, поняла меня?! — Юрка обнял меня и тяжело вздохнул. — Все будет хорошо.

— Я буду звонить! Да и как уйду в декрет, приеду, Настя научит меня обращаться с малышами, да?

— Конечно! На Мирошке будешь тренироваться!

— Алена, пока! — я обняла девчонку и прошла к машине, ставя переноску на сиденье и садясь рядом.

Я смотрела, как эта счастливая семья машет мне и снова сдерживала слезы. Они научились жить, как люди. Юрка перестал пить и стал замечательным отцом. Аленка его безумно любила, да и Настя тоже. Она счастлива с ним. А мне предстоит новая жизнь. Может быть стоило продать наш с Янисом дом и купить квартиру где-нибудь подальше от всех. Чтобы не сталкиваться ни с Янисом, ни с Сережей, ни с кем-то с работы… хотя, прежде чем это делать, нужно было уйти в декрет. Я прикрыла глаза, но тут же услышала, как зазвонил телефон.

— Кто еще?! — пробубнила я, доставая телефон.

Звонил Янис. Снова по поводу фотосессии или снова пьяный? Стоило бы ответить, чтобы не нервничал. Или не отвечать? Почему я должна думать