Горн Стихий - Екатерина Владимировна Флат

Описывать процесс открывания банки гвоздем я не буду в виду ненормативности комментариев Руслана, которого сей процесс явно не вдохновлял. Но надо отдать ему должное, банку он все-таки открыл. И мы сидели на кровати, прямо пальцами цепляли маленьких рыбок, и я едва не урчала от удовольствия. Руслан, как выяснилось, тоже весь день ничего не ел, но ему повезло больше, чем мне — он утащил со свадебного стола две шоколадные конфеты. Так что у нас был еще и десерт. И мы даже не ругались. Либо на Руслана так действовала еда, либо еще что-то, но он вдруг стал таким милым, что даже ни одной мне колкости не сказал.

И хотя я очень надеялась, что он не будет поднимать острую тему, но он не оправдал моих ожиданий.

— Когда ты узнала? — Руслан внимательно на меня смотрел.

— Уже после Иртеса, — честно ответила я, — мне Олег объяснил.

— А мне почему не сказала? — он лег на кровати, опершись на локоть.

— А смысл? — мрачно поинтересовалась я.

— Тебе не кажется, что я имел полное право знать? — возразил он.

— Ну вот узнал ты теперь и что изменилось? — парировала я.

Руслан хмыкнул. Насмешливо протянул:

— Ты — моя жена… Как жутко звучит-то.

Я побагровела и спихнула его с кровати. Не ожидавший такой подлости Руслан, загремел на пол.

— Я тебе, Полянский, не жена! — заорала я, вдобавок швырнув в него подушкой. Но оскорбленной мне и этого показалось мало, я этой самой подушкой решила его придушить. Но на сей раз он разгадал мой замысел и успел схватить за руки.

— Все, понял, — смеясь, он смотрел на меня, — статус «моя вдова» тебе нравится больше.

Я фыркнула, оттолкнула его. Он встал и весело продолжил:

— Извини, но ты этого не дождешься, так что придется довольствоваться тем, что есть.

— Чего ты ко мне с этим Ритуалом прицепился?! — гневно парировала я, вскочив на кровать, мгновенно оказалась выше его на голову и сразу же почувствовала свое пусть и только видимое, но превосходство. — Мы оба тогда не имели ни малейшего понятия, что он значит! Так что никаких претензий! Забудь и все! Ничего не было!

— Нет уж, не забуду, — мгновенно посерьезнел он, — Ритуал Вечности невозможно отменить, так что мы с тобой связаны до конца жизни. Теоретически еще и дальше, но этот вопрос меня пока не волнует.

— Ну связаны и что? — с вызовом парировала я.

— А то, — спокойно ответил он. — Такое впечатление, что ты толком о нем и не знаешь.

— Ну так просвети, — милостиво разрешила я.

— Ты хоть понимаешь, что по сравнению с Ритуалом Вечности все возможные свадебные церемонии лишь пустой звук и ничего не значат? — очень серьезно говорил Руслан, но я его перебила:

— Ну не скажи. Это, по-твоему, пустой звук? — я демонстративно покрутила у него перед носом Священным браслетом и снова надела на предплечье. — К твоему сведению, он соединяет только тех, кто предназначен друг другу судьбой.

— Все правильно, — Руслан и бровью не повел. — Ты сама мне говорила, что Эридану было суждено тебя защищать. И уж не поэтому ли этот орбаганский артефакт так отреагировал?

— А это вообще не твое дело, Полянский, — буркнула я, отведя глаза.

Он хмыкнул и вдруг притянул меня к себе. Не удержавшись на кровати, я буквально упала в его объятия.

Золотистые искорки в дымчато-синих глазах завораживали. Я готова была раствориться в его взгляде, который околдовывал меня без всякой магии. Не помню, кто мне сказал однажды, что когда люди смотрят друг другу в глаза, их души разговаривают. Не знаю, что говорила душа Руслана, но моя буквально кричала о любви. Только толку?

Его лицо было совсем близко к моему.

— Знаешь, Карина, — закрыв глаза, Руслан с упоением вдыхал запах моих волос, — ты уже столько времени сводишь меня сума, что я никак не могу понять, как это я до сих пор не рехнулся.

— Ты уже давно по голове двинутый, так что второй раз сойти сума никак не можешь, — с блаженной улыбкой прошептала я. И даже моя совесть не сочла нужным устроить мне мгновенный выговор за то, что я так открыто происходящим наслаждаюсь.

Руслан приглушенно засмеялся. Едва уловимо и очень ласково кончиками пальцев провел по моим губам и прошептал:

— Ты даже не представляешь, как мне этого не хватало.

Я не успела спросить, чего именно.

Губы Руслана были горячими. Ласковыми и терпкими. Я только сейчас поняла, как же мне не хватало его поцелуев. Чувствовала себя умиравшим от жажды путником, которому вдруг вручили нектар богов. Я словно в какой-то омут падала. Целый омут счастья. До головокружения. Разум еще пытался вяло возразить, что, мол, нельзя, Паладины и все такое. А сердце с упорной надеждой уговаривало, что не может быть все так беспросветно, выход есть непременно, просто я его еще не успела найти. И поэтому не надо мне своих чувств бояться, не надо убегать от Руслана, не надо отрицать, что с ума без него схожу. И голос сердца был так силен, что заглушил последние разумные возражения настолько, что я выкинула из головы все зловещие предупреждения и туманные пророчества. В голове билась одна единственная радостная мысль: «Пусть все случится. Случится сейчас». Поэтому когда Руслан вдруг меня от себя отстранил, я чуть не взвыла.

Видимо, мои глаза красноречиво выражали все чувства. Руслан тепло улыбнулся и произнес, очерчивая пальцем контур моих губ:

— Не сегодня и не здесь.

— Почему? — прошептала я.

— Потому что из-за выпитого я утром все забуду. А я хочу помнить каждое мгновение нашей первой ночи.

Разум мгновенно вытряхнулся из летаргического сна и теперь пытался унять толпами бегающие по моей коже мурашки, занудно бубня на тему моей дурости. Тут же к нему присоединилась совесть и устроила мне конкретный нагоняй. Я уже даже сама понять не могла, как это я так умудрилась голову потерять. С громадным трудом вырвалась из плена его колдовских глаз и отвела свои. Даже к окну отошла, чтобы Руслан не видел, как горят от запоздалого стыда мои щеки.

— Ты знаешь, что такое элаивиеллокнариель? — вопрос прозвучал, мягко говоря, неожиданно.

— Знаю, — я растерянно кивнула. — Кажется, наивысшая форма любви. А что? Ты не знал? — все-таки обернулась к Руслану.

— Знал, — он как-то странно улыбнулся. — Это единственное, на что я теперь надеюсь… Не зря ведь Ритуал Вечности используют так редко. А точнее не