Мой возлюбленный негодяй - Айрис Джоансен

— Как я могу тебе верить! — Она встретила его взгляд. — Пока я была твоей пленницей в Дэлвинде, ты позволил этому чудовищу захватить Алекса.

— Ты несправедлива ко мне. Я делал все, что было в моих силах… Ну хорошо, не верь мне. Просто делай все, что может помочь твоему брату.

— Именно это я и намерена делать. — Она устало откинулась в кресле. Он прав. У нее нет выбора. Возможно, с помощью Джедалара можно будет освободить Алекса. Ей придется рискнуть.

«Прости меня, мама».

Но мать никогда не приказала бы ей рисковать жизнью Алекса. Сначала надо спасти ребенка, а потом уже можно будет подумать об остальном.

— Хорошо. — Она снова выпрямилась в кресле. — Мы найдем способ провести Неброва, предложив ему то, чего он добивается. Но это может оказаться труднее, чем ты думаешь. Что тебе известно о Джедаларе?

Его напряженность чуть уменьшилась.

— Я знаю, что немало лет тому назад русский царь Павел решил построить тайные подземные сооружения, чтобы у Москвы была возможность отражать нападения захватчиков, осаждающих город. Говорят, он был не совсем нормальный: любил надевать военный мундир и играть в войну. Джедалар должен был стать вершиной его военного гения. Он приказал построить туннель, который шел откуда-то из самого сердца Москвы за пределы города, чтобы его армия могла обойти стоявших в осаде и неожиданно атаковать их. Туннель сооружался в обстановке глубокой секретности: рабочим завязывали глаза, когда приводили в туннель и выводили оттуда. После того как строительство было закончено, царя начал мучить навязчивый страх, что его тайна будет открыта. Он понял, что не только его армия сможет напасть на осаждающих, но и армия захватчиков может войти по тайным проходам в Москву и взять ее без боя. Он страшно боялся, что кто-нибудь обнаружит карту, на которой отмечено местоположение туннеля и все его ответвления, поэтому он решил спрятать план подземных ходов там, где никому не придет в голову его искать. Он заказал великолепный витраж для одного из своих дворцов. До него дошли известия о великом мастере Антоне Погини, который работал в одной из монтавских церквей, и он выписал его, поручив ему эту работу.

— Окно в Поднебесье, — сказала Марианна.

Джордан кивнул.

— Погини и его жена согласились приехать в Москву и выполнить царский заказ. По прибытии они узнали, что витраж должен быть не только прекрасным произведением искусства, но и зашифрованным планом туннеля. Очень сложная задача, но Погини с ней справился.

— Бабушка с ней справилась, — поправила его Марианна.

— Об этом никто не знал. Считалось, что она лишь помогает мужу. Царь был чрезвычайно доволен. Он сжег все планы и карты туннеля и распорядился, чтобы витраж немедленно установили в окне его дворца. — Он помолчал. — А еще царь распорядился, чтобы были убиты и Антон Погини, и его жена: им была известна тайна туннеля, нельзя было оставлять их в живых. Видимо, кто-то предупредил их, потому что той же ночью они бежали из Москвы, захватив с собой Окно в Поднебесье.

— Никто их не предупреждал, — сказала Марианна. — Почти сразу же по приезде они поняли что царь не выпустит их из Москвы живыми.

— Как они догадались?

— Рабочие, которые строили туннель, — прошептала она. Даже сейчас от одной мысли об этом чудовищном поступке ее начинало мутить. — Когда они стали не нужны, царь приказал уничтожить всех. Семьсот шестьдесят семь человек!

— Я этого не знал.

— Бабушка не могла допустить, чтобы он безнаказанно пользовался плодами этого убийства! — яростно сказала она. — Поэтому она отняла у него его драгоценный туннель. Она знала, что пока Джедалар у нее, царь все время будет думать о грозящей опасности и не сможет спать спокойно.

Джордан кивнул:

— Но они не стали возвращаться прямиком в Монтавию. Во время бегства Антон был ранен — им нужно было найти убежище, чтобы он мог поправиться. Кассан граничит с Россией, и они отправились туда. Они попросили убежища у воран, отдавшись на его милость. Кассан не хотел конфликтовать с Россией, но воран согласился прятать их до тех пор, пока Антон не сможет ехать дальше.

— И тем временем попытался украсть Окно в Поднебесье, — саркастически вставила Марианна.

— А чего бы ты хотела? — пожал плечами Джордан. — Кассан расположен у двери великана. Вполне логично попытаться узнать, как в случае необходимости можно его уничтожить. Но твои родственники снова сумели убежать, на этот раз в Таленку, где продали Окно в Поднебесье церкви. Похитить витраж из церкви — значило бы нарваться на крупные неприятности. Поскольку Кассану Джедалар был нужен только на всякий случай, воран решил не предпринимать никаких действий, пока стране не будет угрожать опасность. — Он помолчал. — А когда царь оказал своим подданным большую любезность, пав жертвой политического убийства, это значительно уменьшило угрозу нападения. Полагаю, твоя бабушка была очень рада наконец почувствовать себя в безопасности.

— Она знала, что никогда не будет в безопасности, что нам нужно иметь надежное оружие защиты. Вот почему она заставила маму запомнить точный рисунок Джедалара. И вот почему моя мать заставила меня сделать то же самое.

— Это было не оружие, — резко возразил он. — Это была ловушка. Она не имела права делать тебя хранительницей такого опасного секрета. Ей надо было самой разбить это проклятое окно.

— Но тогда тебе. Наполеону и Неброву не за что было бы драться и рвать друг друга когтями. — Она горько улыбнулась. — И ведь когда Окно разбилось, они тем не менее пришли за нами. Даже если бы мама ничего не знала, ее все равно убили бы. Они все спрашивали и спрашивали, куда она спрятала план, по которому создавалось Окно. — Марианна постучала себя по виску. — А план был здесь, только здесь. Да, это была ловушка, но без нее мы остались бы совсем без оружия. Кроме того, была еще одна причина так рисковать.

— Сокровищница в туннеле? Марианна была готова к этому вопросу. Мама предупреждала, что об этом наверняка станет известно.

— Какая сокровищница? — Она попыталась разыграть удивление.

— Ходили слухи, что в туннеле царь устроил комнату, в которой спрятал свои драгоценности. Твоя бабушка надеялась вернуться и получить компенсацию за Окно в Поднебесье, не так ли?

— Зачем тебе об этом знать? Тебя это совершенно не касается, и я не собираюсь давать тебе лишние сведения.

— Даже чтобы спасти Алекса?

— К Алексу это не имеет никакого отношения.

Он прищурился:

— Ты обвинила меня в том, что я рискую жизнью мальчика. А разве ты не делаешь то же самое, Марианна?

— Как ты смеешь! — Ее глаза гневно сверкнули. — Я никогда не буду рисковать его жизнью. Я даже не посмела помочь умирающей матери, чтобы не подвергать опасности Алекса. Что же ты думаешь: допущу, чтобы она погибла зря? Я люблю Алекса. Не знаю, зачем я вообще с тобой разговариваю. Мне кажется, ты не способен понять, что такое любовь.