Правила соблазна - Кэролайн Линден

Его сознание медленно прояснялось, но окончательно Энтони пришел в себя от боли в коленях. Туман, окутавший его, рассеялся, оставив Энтони обнаженным и уязвимым. Селия все еще лежала под ним на полу, ее грудь тяжело вздымалась, ногами она по-прежнему крепко его сжимала. Золотистые волосы закрывали ее лицо. Он отодвинул их в сторону, задержавшись на безупречно гладком подбородке. Селия задрожала, но не сдвинулась с места.

Энтони закрыл глаза. Он просил ее уйти, чтобы дать им обоим возможность расстаться. Теперь Энтони не понимал, как сумеет отпустить Селию, после того как жестко занялся с ней любовью на полу. Он ни о чем не подумал, не сдерживался, даже забыл про защиту. Энтони потерял власть над собой; впервые за много лет он полностью утратил здравый смысл и поддался голой страсти. Нет, Энтони потерял больше, чем власть. Он потерял все – и свое сердце, и свою душу. Отдал их ей.

Перси прав. Он без ума от нее, и так было всегда.

– Селия, – сказал он. Точнее, выдохнул. Она медленно повернула голову и посмотрела на него сияющими глазами. Энтони отпустил ее и встал, чтобы надеть штаны. – Идем, милая, – сказал он, помогая ей подняться на ноги, а затем подхватил Селию на руки. – Идем в постель.

– С тобой? – Она сонно улыбнулась ему и обняла за шею. – Всегда.

Энтони негромко засмеялся и понес Селию к кровати.

– Ты знаешь, что мы с тобой еще ни разу не разделись друг перед другом полностью? – Теперь засмеялась и она. Он расстегнул на ней платье и стянул его через голову. Энтони вскинул бровь, заметив, что она снимает туфли, красивые голубые шелковые туфли, которые он прислал ей, и Селия снова засмеялась.

Раздев ее, Энтони скинул с себя остатки одежды, скользнул к ней под одеяло и обнял Селию.

– Прости, – прошептал он.

– За что? – Она повернулась и посмотрела на него.

– За то, что был… груб. – Энтони покачал головой. – Я не хотел, чтобы так получилось.

– Конечно, – мягко ответила Селия. – Это было тебе необходимо.

Он закрыл глаза и уткнулся лбом в ее плечо. Она поняла или думает, что поняла, а это почти одно и то же. Селия волнуется за него настолько, что хочет понять. А вдруг она действительно догадывается, что это для него значит?

– Можно, я попробую все исправить? – спросил Энтони.

– Исправить? – повторила Селия, удивленно улыбнувшись. – В случае, если ты не заметил, мне все очень понравилось.

– Поэтому я и говорю «исправить», бесстыдница, – тоже засмеялся он. – Все исправления к лучшему…

– Ну, тогда пусть будет намного лучше, – пробормотала она.

– Принимаю твой вызов, – ответил Энтони, перевернул ее на живот и, не обращая внимания на восхищенный возглас, лег сверху. Двигаться между ее бедер, снова входить в нее казалось так же естественно, как дышать. Селия по-прежнему была влажной.

– Доверься мне, – произнес он, целуя ее в шею.

– Ты же знаешь, что доверяюсь, – ответила она, легонько стукнув его ногой.

На этот раз Энтони занимался любовью нежно и очень старательно. Какое-то время он просто обнимал Селию, шептал ей всякие нежности, гладил и ласкал. Энтони вошел в нее и бо́льшую часть времени просто спокойно лежал; каждые несколько минут полностью выходил, затем снова медленно входил обратно. Это было очень интимно, но совсем не требовательно. Пусть без удовольствия от движений, но все равно возбуждает и согревает не меньше, чем лихорадочное, жадное совокупление на полу перед этим.

Спустя некоторое время он встал на колени, поставил ее на четвереньки и продолжил заниматься любовью, все так же неспешно, неторопливо изучая Селию. Дважды Энтони подвел ее к вершине блаженства, чтобы в последний момент отступить. И только когда она начала умолять его, он довел дело до конца. Селия тяжело дышала, рыдала и кричала от облегчения, а затем достиг пика страсти и Энтони. Оба в изнеможении рухнули на постель.

Когда они спокойно лежали вместе и их тела все еще оставались переплетены, а кровь быстро неслась по венам, Селия поняла, что именно привело ее сегодня вечером в комнату Энтони, что заставило остаться здесь, хотя он велел уходить, – любовь. Не легкомысленное влечение, которое она испытывала раньше, а настоящая любовь, глубокое, искреннее чувство. Это не хилое тепличное растение, каким была ее влюбленность в Берти, а прекрасный и крепкий цветок. Он не засохнет и не завянет в первую же бурю, но будет становиться все крепче с каждым пережитым испытанием, пока его корни не проникнут в глубину самого ее существа. Она никогда не сможет вырвать его, не уничтожив вместе с ним часть своей души. Селия была убеждена, что и Энтони испытывает к ней столь же сильное чувство. Ей не нужны были его слова, ведь он уже столько раз доказал ей свою любовь.

– Да, – прошептала Селия, даже не слыша собственный голос из-за биения сердца. – Да.

Он поцеловал ее в затылок, и его теплое дыхание заставило ее затрепетать.

– Что значит «да», милая?

– Да, – повторила Селия. – Я выйду за тебя.