Любовь и смерть. Селфи - Наталья Андреева

– Нет, какая стерва! – заорала Апельсинчик, хватаясь за Любу, чтобы не упасть. – А ну, стой!

Кира, не обращая на нее внимания, широко шагала к воротам.

– Что вы кричите на кладбище! – зашипела на подруг старуха в глухом черном платье и черном платке до самых бровей. – Совсем стыд потеряли!

– Хватай ее! – азартно крикнула Люська, не обращая на старуху внимания, и рванулась за Кирой.

Но та уже оседлала свой байк. Взревел мотор. Вот тут Люба и оценила преимущества мотоцикла перед легковой машиной, даже джипом. Пока Людмила его заводила и разворачивалась, Киры и след простыл.

– Догоним! – азартно сказала Любе подруга. И надавила на газ. Мотор взревел, словно джип собирался взлететь.

– Прекрати немедленно! – закричала Люба. – И как тебе только муж машину сегодня дал!

– Не мне, а тебе!

– А я тебе говорю: остановись немедленно!

– Уходит же!

Люба в отчаянии зажмурилась и вцепилась в Людмилу. Только этого не хватало! Домой лишь под утро вернулись из-за вчерашней аварии! И опять несутся, как сумасшедшие!

Стоящий на обочине инспектор ГИБДД открыл рот от удивления, увидев их джип, и вскинул руку с полосатым жезлом.

– Иванова, стой! – заорала Люба.

Люська не слушалась. Им вслед уже несся вой полицейской машины. Вскоре вой усилился, и Люба невольно подумала: откуда здесь эхо? Но это было не эхо, а еще одна машина ГИБДД. Подруги преследовали Киру, а гаишники преследовали их. Через пару километров Люськин джип прижали к обочине. Из полицейской машины вылез уже знакомый им сероглазый инспектор.

– У вас, кажется, вчера отобрали права, – ухмыльнулся он. – Почти на том же месте.

– Это я была сейчас за рулем, – кусая губы, сказала Люба и протянула лейтенанту водительские права. Она и в самом деле вела машину, когда они ехали на кладбище. И джип Сережа Иванов дал Любе под честное слово. Ради Люськиного мужа, своего давнего друга, Люба и соврала.

– Выходит, я обознался? – спросил лейтенант, играя полосатым жезлом. – Куда вы опять несетесь, как угорелые? На лишение нарвались, гражданочка Петрова.

– Градова, – машинально поправила она.

– Да? – он заглянул в ее права. – Выходит, я читать не умею?

– Я еще не поменяла остальные документы. Замуж вышла только недавно.

– Поздравляю, – ехидно улыбнулся инспектор. – Значит, на вас так повлиял медовый месяц?

Люба вспыхнула:

– Я в порядке!

– Что-то не похоже. А я, дурак, вас вчера похвалил. Не иначе как сглазил.

Люба со вздохом сожаления посмотрела на потерянные права.

– А урегулировать это никак нельзя? – Люська с надеждой заглянула в серые глаза инспектора.

– Взятку мне предлагаете?

– Вы помешали нам задержать опасного преступника!

– Опаснее вас ничего нет, – проворчал лейтенант. – Сколько вас там еще?

– Где?

– В съемочной группе.

– Я не из съемочной группы! Я психолог! – вспыхнула Люба.

– Шутите? – серые глаза в пшеничных ресницах округлись от удивления.

– Нисколько.

– Никогда не думал, что психологи такие психи, – ухмыльнулся инспектор. – Гоняют на джипах и не реагируют на преследующих их сотрудников ГИБДД. За вами, между прочим, три машины гнались!

– Делать вам больше нечего, – встряла Люська.

«Заткнись», – взглядом велела ей Люба. Умеет Иванова нарываться на неприятности. Но инспектор, у которого было чувство юмора, не обиделся.

– Значит так, гражданочки, – выразительно сказал он, постукивая по ладони полосатым жезлом. – Звоните своим мужьям. Вас я за руль не пущу. Ни одну. Вы создаете на трассе аварийную обстановку. Ловите такси и валите по домам. Права получите в суде.

– Ага! Щас! Люба, звони Лешке Градову!

– Он тебе не Лешка! – Любу жгла обида. Погоню затеяла Иванова, а права отобрали у нее, у Любы.

– После того, как мы с ним трупы из «Игры на вылет» выносили, он мне больше, чем Лешка! Или ты забыла?

– За вами еще и трупы числятся! – восхищенно сказал лейтенант. – Во дают!

– Леша, у меня проблемы, – заныла Люба в трубку, когда Градов, наконец, ответил.

– Какого рода проблемы? – невозмутимо спросил муж.

– Кира сбежала. И у меня отобрали водительские права.

– Это все?

– Пока да.

– Дай-ка трубку инспектору.

Их разговора Люба не слышала. После первых же слов лейтенант, покосившись на нее, отошел в сторонку. На другой обочине Люська пыталась втолковать что-то своему мужу.

«Дурдом», – с отчаянием подумала Люба. Ей вдруг невыносимо захотелось домой, в гостиную на первом этаже, где так уютно горел камин, и пахло корицей. Похолодало, и Люба зябко передернула плечами. Казалось, из оскверненной могилы тянуло сыростью, которая доползла и сюда. Вот так и поверишь в Дракулу!

– Возьмите, – лейтенант смотрел на нее уже без улыбки. – Умеют психологи выбирать мужей, – не удержался он, глядя, как Люба засовывает права обратно в сумочку. – Мне сказали, что вы действовали по заданию ФСБ.

– Ага! – Люська была тут как тут. – Поняли теперь, кто перед вами? – она подбоченилась и расправила плечи. – Люба, нам надо в аэропорт. Перехватим Старкову там.

– Может, без нас обойдутся? – она невольно вздохнула.

– Да ты что?! Мы ж все самое интересное пропустим!

Сероглазый лейтенант, ухмыляясь, смотрел, как подруги садятся в машину.

– Поведу я, – твердо сказала Люба.

– Конечно ты. Только побыстрее!

– Когда ты только от меня отцепишься, Иванова? – прошипела Люба, заводя неоднократно побитый Люськин джип. – У меня, между прочим, работа! Которую я из-за тебя забросила! Меня выгонят из клиники! Потому что им опять пришлось искать замену!

– Зачем тебе работать, когда у тебя такой муж?

– Это мой муж! И не смей им распоряжаться, как своей собственностью!

– Да, пожалуйста! Только газку прибавь. Люба, ну что ты тащишься? – заныла Люська. – Дай, я сяду за руль!

– Отцепись! И зачем я только дала тебе списать…

– Когда?

– Сто лет назад!

– Тю! А сколько раз я тебе еду приносила?

Так, переругиваясь, они добрались в итоге до аэропорта.

…Люба очень удивилась, когда увидела у входа мужа.

– Леша? Что ты здесь делаешь?

– Мы собирались купить сервировочный столик, – у него даже бровь не дрогнула. – Я не люблю менять своих планов.