Леди и рыцарь - Линси Сэндс

Розамунда кивнула, но он не отпустил ее, как она ожидала. Его руки вцепились в перила лестницы, заключив ее, в плен. Найдя губами ее ухо, он прошептал:

– Ты поняла?

– Д-да, – запинаясь, ответила она, когда он начал покусывать мочку ее уха, прижимаясь грудью к ее спине. – Я не должна залезать на эту лестницу.

– Ты так восхитительно пахнешь, – прошептал он, и Розамунда наклонила голову набок, когда он стал целовать и покусывать ее шею. – Ты и на вкус восхитительна. – Он обнял жену, его руки скользнули вперед и накрыли ее грудь, лаская через ткань платья. – Поверни голову. Дай мне губы.

Подчинившись, Розамунда повернула голову, и ее губы жадно встретились с его губами. Эрик стал неистово целовать ее, подхватив губами ее стон, когда сжал пальцами ее затвердевшие соски.

Она ахнула, и ее поцелуй стал еще жарче. Его рука заскользила по ее животу и накрыла треугольник между ее бедер. Розамунда так возбудилась, что не заметила, как его пальцы развязали шнурок, пока его руки вдруг не сжали полуобнаженную грудь.

Она с трудом оторвалась от его губ и, взглянув на себя, пришла в ужас при виде расстегнутого лифа и открытой груди. Одна рука Эрика скользнула между ее ног и уже подняла юбку, оголив ее ноги.

– Муж? – Розамунда схватила руку, поднимавшую ее юбку, тщетно пытаясь помешать ему. – Остановитесь! – растерянно вскричала она. – Мы же в конюшне. Кто-нибудь может войти в любую минуту и…

– Никто не войдет. Смизи никого не пустит, пока я не разрешу, – успокоил он ее.

– Да, но сейчас середина дня, – слабо возразила Розамунда, выгибаясь навстречу его рукам вопреки своим протестам.

– Ну и что? – хрипло рассмеялся он, прижимаясь к ней еще теснее.

Розамунда мгновение колебалась, а потом выпалила:

– Епископ Шрусбери сказал, что грешно исполнять супружеские обязанности при свете дня!..

Вырвавшееся у Эрика ругательство и то, как он застыл, заставило Розамунду замолчать и прикусить губу.

– Жена!

– Да, – неуверенно откликнулась она.

– Мы уже все это обсуждали, – мягко напомнил он, и рука снова стала ласкать ее грудь.

– Да? – спросила она растерянно, закрывая глаза, когда игр губы коснулись ее шеи.

– Да. Во время свадебной церемонии ты поклялась повиноваться мне. Ты дала эту клятву перед Богом, твоим отцом и свидетелями. Разве нет?

Закрыв глаза, Розамунда молча кивнула.

– Прекрасно.

Он подхватил Розамунду на руки и уложил на кучу сена, потом выпрямился и быстро снял меч и пояс.

– Тогда я говорю, что мы будем любить друг друга при свете дня в конюшне, я приказываю…

Опустившись на колени, он накрыл ее своим телом и прижался лицом к ее груди.

– Приказываю тебе наслаждаться, – закончил он и обхватил губами ее сосок, лаская его языком.

При этом он следил за ее лицом, замечая, как приоткрылся ее рот, как закрылись глаза. Потом он оторвался от ее груди.

– Что ты на это скажешь, жена?

Подавив улыбку при виде его довольной усмешки, Роза-мунда кивнула с похвальным смирением и прошептала:

– Как пожелаете, милорд.

Засмеявшись, Эрик прижался к ее губам с такой страстью, что она не могла не ответить тем же. Наконец он оторвался от ее губ, хватая воздух ртом, и прижался лбом к ее лбу. Зажмурившись, постарался отдышаться, потом покачал головой и открыл глаза.

– Ты нужна мне.

Глаза Розамунды слегка расширились. Он сказал это, словно извиняясь, и так серьезно! Она нашла пояс его штанов и скользнула рукой внутрь. Его плоть в ее руке была большой и твердой.

– Да, действительно, – прошептала она и он коротко рассмеялся.

Его глаза закрылись, когда пальцы сжались вокруг его плоти. Он отвел ее руку и быстро стянул штаны. Подняв ее юбку, он скользнул рукой вверх по ее бедрам и с облегчением почувствовал влагу.

– Прости, я не могу ждать, – выдохнул он и овладел ею. Розамунда не протестовала, слегка выгнувшись навстречу, потом обхватила ногами его бедра, притягивая к себе еще ближе. Подняв руку, она погладила его по щеке.

– Скажи, что мне сделать, чтобы доставить тебе наслаждение?..

За исключением первого раза, он всегда доводил ее поцелуями и ласками до такого неистового желания, что Она выгибалась ему навстречу и металась под ним. Но на этот рад появилось новое: сейчас она хотела доставить удовольствие ему, утолить его жажду.

Сердце Эрика затрепетало. Она хотела порадовать его. Она стремилась не только получать, но и отдавать. Делия. никогда бы не сделала этого. О да, Делия любила постель. Он знал об этом задолго до того, как застал ее с другим. Она была требовательной и эгоистичной возлюбленной, при этом, несмотря на его старания удовлетворить ее, она ни разу не подумала о том, чтобы доставить удовольствие ему.

– Муж?

Эрик отвлекся от своих мыслей и посмотрел, на жену. Она ждала ответа. Делия всегда медленно раздевалась, дразня и мучая его, не спеша обнажала тело, потом принимала в постели чувственную позу – и на этом ее усилия заканчивались. После этого лежала неподвижно, закрыв глаза. Лицо ее было плоским и неживым, словно на портрете, тело – вялым и холодным. Она никогда бы не разделила с ним истинной страсти, как это часто делала Розамунда. Она никогда бы не спросила, что ей сделать, чтобы доставить ему наслаждение. Он даже и. мечтать не мог о такой возлюбленной, как Розамунда, с ее наивной страстью и жадным желанием.

Боже милостивый, да ведь он отделался легким испугом, вдруг понял Эрик. Он едва не оказался связанным с Делией на всю жизнь. Ему пришлось бы каждую ночь мириться с ее циничными улыбочками и капризными стонами, видеть ее безразличные глаза, смотрящие словно, сквозь него. И вдруг тот день, когда он застал ее и Гленвилла в конюшне, раньше казавшийся самым черным днем в его жизни, теперь показался Эрику самым счастливым.

– Эрик! – растерянно окликнула его Розамунда, когда он вдруг радостно засмеялся.

– Розамунда.

– Да? – переспросила она, встретившись глазами с его сияющим взглядом.

– Ты просто будь собой. Одно это уже доставляет мне невероятное удовольствие, – тихо сказал он ей, наклонился и нежно поцеловал ее в губы, в глаза.

Его страсть не утихла, но была уже не такой яростной, и он стал неторопливо целовать и ласкать ее. Постепенно недоумение Розамунды превратилось в томное желание. Она задвигалась под ним, втягивая в себя, дыхание стало прерывистым, сердце забилось быстрее.

Эрик внезапно перекатился на спину, увлекая ее за собой. Она уперлась руками в его плечи. Он провел руками по ее груда, и она вдруг почувствовала себя восхитительно-бесстыдной – волосы растрепались, глаза затуманились от желания, губы припухли от поцелуев.