Обучать игрока - Ребекка Дженшак

— Мне пора на занятия, — говорит она.

— Керамика?

Она наклоняет голову, как будто не может поверить, что я вспомнил. Я все помню.

Университетский зал в это время дня занят, и люди толпятся вокруг нас. Кто-то толкает ее, когда они режутся вокруг нее, и она подходит ко мне ближе. Я кладу руку ей на локоть. Дейзи краснеет от моего прикосновения, ее грудь поднимается и опускается от частых вздохов.

— Я лучше пойду, — говорит она.

Я неохотно опускаю руку и отступаю в сторону. Выйдя на улицу, она уходит, оглядываясь на меня, затем поворачивается, и сила уходит.

Лиам хлопает меня по плечу. — Это выглядело болезненно.

Я забыл, что он там стоит. Я моргаю, глядя на него.

— Ты в порядке? — Его брови сдвинуты вместе.

— Ага.

— Ты уверен? Ты выглядишь странно.

— Я забыл, что ты был там. Она почти не смотрела на тебя.

— Ага. — Он показывает мне лицо, которое говорит, “и что”?

Легкая улыбка тронула мои губы. Я мягко наношу ему удар в грудь. — Она не смотрела на тебя. Она смотрела на меня.

— Хорошо. Она говорила с тобой, а не со мной.

— Точно!

— Ты говоришь загадками.

— Лицо ее покраснело, а голос дрожал. Она нервничала.

— И ты выглядишь таким взволнованным, потому что? — спрашивает Коул.

— Вот как она на него смотрела. — Я киваю головой в сторону Лиама.

Кажется, они все еще не следуют моей извращенной логике.

— Я ей нравлюсь, — объясняю я. — Я ей все еще нравлюсь.

Я направляюсь к очереди за кофе, прыгая на шаг, мозг кружится от этих новых знаний.

— Конечно, она не посмотрела на меня. У меня отношения, — говорит Лиам с намеком на оборонительную позицию, вставая в очередь позади меня.

— Да, но она этого не знает.

Мы заказываем и относим его к столу в задней части университетского зала.

— Что теперь? — спрашивает Лиам.

— Я не знаю. Думаю, я знаю, как вернуть ее.

— Не спрашивай меня, — говорит Лиам. — Я старый человек. Она почти не смотрела на меня.

Коул сдерживает смех. — Все в порядке, детка. Я все еще хочу смотреть на тебя.

Лиам ворчит себе под нос, но слегка улыбается, когда Коул сжимает его затылок.

Следующий час я провожу в мозговом штурме и обмениваюсь идеями с Лиамом и Коулом.

Знать, что я ей все еще нравлюсь, это здорово, но я не знаю, как я собираюсь загладить свою вину за ложь и разбитое сердце.

* * *

Позже в тот же день я сижу перед своим ноутбуком с чистым листом копировальной бумаги и следую за каким-то парнем с YouTube, который хвастался, что может научить рисовать кого угодно. Видимо, кого угодно, только не меня.

Лиам играет в видеоигры на диване рядом со мной. Он оглядывается и щурит взгляд. — Что это за штука торчит у тебя на ноге?

Да, я пытался нарисовать себя.

— Это ромашка [Прим.: Daisy — Дейзи, имя главной героини и переводится как ромашка].

— Почему у тебя из бедра торчит ромашка?

— Я держу его в руке. Видишь? — Я положил карандаш на место. — Типо я предлагаю ей ромашку.

— Дааа. Я думаю, что настоящие ромашки могли бы передать это яснее.

— Я хочу подарить ей это “с” ромашками. Рисование — это то, что для нее важно.

— Может быть, не тогда, когда это делается вот так. — Он усмехается. — Это мило.

Я сижу и смотрю на это свежим взглядом. Да, это ужасно. Я пишу сверху, “Я скучаю по тебе. P.S. Может быть, ты могла бы научить меня рисованию? х, Джордан”

— Ты собираешься отнести его к ее дому?

— Нет, я думал, что флорист отдаст его вместе с цветами. Она, вероятно, будет счастливее, если это исходит от кого-то другого.

— Звучит многообещающе.

Я игнорирую его. — Кроме того, это лишь первый из многих подарков. Мне нужно показать ей, что я был внимателен. Что все это не было ложью.

Лиам усмехается. — О, это будет весело. Что у тебя запланировано дальше?

* * *

На следующую ночь я обращаюсь за помощью к Гэвину.

— Привет. — Он открывает входную дверь и смотрит на коробки с лампочками в моих руках. — Ты был серьёзен? Я думал, когда ты просил меня помочь тебе с проектом освещения, ты имел в виду встать и посмотреть на звезды.

Я пролетаю мимо него на кухню, где выключаю свет на острове. — Они для Дейзи.

Гэвин достает из холодильника две бутылки пива и предлагает одну мне. — Я так понимаю, она до сих пор с тобой не разговаривает?

— Вчера я встретил ее в Университетском зале. Она поздоровалась, но нет. Ничего после того, как я отправил цветы.

Он осматривает коробки с мерцающими огнями перед собой и берет одну. — Хорошо, тогда что нам с ними делать?

На заднем дворе мы смотрим через забор на дом Дейзи, ища движение внутри. Свет горит, но за те пять минут, что мы наблюдали, мы никого не видели.

— Дай мне толчок, — говорю я.

Он соединяет руки вместе и протягивает их, чтобы я мог наступить. Потом он мне помогает. Я с грохотом приземляюсь на другой стороне. Я пригибаюсь к домику на дереве, чтобы убедиться, что меня никто не слышит, затем Гэвин вручает свет.

— Вот дерьмо. Как ты собираешься пережить это? — Я спрашиваю.

Он ухмыляется. — Отойди.

Он идет назад, а затем разбегается, прежде чем положить руки на верхнюю часть забора и перепрыгнуть через него.

— Хороший прыжок.

Мы спешим в дом на дереве. Мое сердце колотится, когда я снова здесь. Гэвин сгорбился в маленьком пространстве. Он протягивает мне фонари, и я вешаю их на потолок.

— Тебе правда нравится эта девушка, да? — Гэвин падает в сидячее положение, пока я освещаю лестницу.

— Что меня выдало?

Он смеется. — Это здорово. Я бы простил тебя.

Я поднимаю взгляд и вижу, что он смотрит на дом. Я смотрю через плечо и в кухонное окно. В гостиной видна макушка Вайолет.

— Ты когда-нибудь думал о том, чтобы сделать что-то серьезное, чтобы извиниться перед Вайолет?

— Я не думаю, что в мире достаточно света для этого.

— Я серьезно. Что, черт возьми, на самом деле произошло между вами двумя?

— Эх. — Он поднимает кепку на голову и проводит рукой по своим черным волосам. — Я облажался. Мы провели вместе эту замечательную ночь. Знаешь, те ночи, когда тебе кажется, что мир остановился, и остались только вы двое?

Он смотрит на нее, а не на меня, но это не имеет значения.