Здравствуй, Аннабелль - Мари Розенберг

спускаясь все ниже и ниже. Сердце билось, словно безумное. Аннабелль взяла в лёгкие больше воздуха, а ее парень губами создал дорожку из поцелуев до груди. Лёгкие толчки, словно крошечные землетрясения, принесли девушке сумасшедшее чувство. Дотянувшись до Рона, она смачно поцеловала его, немного прикусила мочку уха и облизнула ее. Горячо, словно в жерле вулкана, словно летят около солнца. Улыбнувшись, Ронан закутал девушку в простыню и перекатившись на бок, поцеловал подругу в губы. Аннабелль зарывалась в его волосы цвета меда, завивающиеся от влажности, и тихонько целовала его. Сочетание тёмных волос и светлой кожи напоминали кофе с молоком.

Белоснежная постель и раскрасневшиеся щеки, зацелованные губы. Сливки с клубникой, собранной ранним июньским утром.

— Вау, — прошептал Ронан.

— Хочу лежать с тобой так, — ответила Морган, лёжа на груди у парня, — вечность.

— Тебе бы быстро надоело, ты привыкла бежать куда-то.

— Верно, — улыбнулась Аннабелль, — оставаться на одном месте — не для меня.

— Думаю, пора остановиться.

— Попробуй. Всегда есть время, чтобы уйти.

— И нет времени, чтобы остаться.

Ронан ухмыльнулся.

— Ты чертовски права.

— А ты безумно красивый. Я хочу сделать фотографию. Осталось немного пленки, сейчас.

Морган зарылась в его волосы, поцеловав в лоб. Воттерс — Кляйн щелкнул ее по носу, улыбаясь. Сделав платье из простыни, девушка заглянула в шкафчик, чтобы достать фотоаппарат из сумочки. Косметичка, зеркало, «Фауст», куда она вложила фотографии. Аннабелль взяла книгу в руку, а из неё так некстати выскользнули фотографии с Адамом. Ронан подоспел невовремя — подобрал их, глядя на нее. Она закрыла глаза, тяжело вздохнув.

— Аннабелль? Что за фотки? — спросил Ронан.

Аннабелль забрала фотографии из его рук, и прижала к себе. Воттерс — Клэмен не сумел скрыть сияющей во взгляде злости.

— Ничего особенного.

— Давай-ка избавимся от них. Тебе больше не нужно.

— Откуда ты знаешь, что мне нужно, а что нет? — безропотно спросила она.

— Посмотри до чего тебя довёл Клэман, и обрати внимание на того, кто это исправляет. В моем доме этих фоток не будет.

— Да черт…Когда ты уехал в Америку, только Адам всегда был рядом и помогал мне. Никого не было, кроме него. Я дни проводила у него, целые дни. Мы с ним могли валяться где-нибудь на газоне и смотреть на звёзды. Или просто весь день спать в обнимку и залипать в приставку. Приятные воспоминания, что в них плохого? — объяснилась девушка.

— В воспоминаниях нет ничего плохого. Разве ты не натерпелась с ним всякого, м?

Девушка рухнула на кровать, тяжело вздыхая. Она провела рукой по фотографиям, будто стараясь вспомнить каждую минуту, проведённую с Клэманом. Ронан стоял рядом, в одних боксерах, облокотившись о дверной косяк, скрестив руки на груди.

— Я не могу стереть его из памяти, или вычеркнуть из жизни полностью. Это невозможно, — ласково сказала Морган, глядя Ронану в глаза. — Как бы там ни было, я провела с ним много времени, он до сих пор много значит…

— До сих пор много значит.

— Ронан, я тоскую по прошлому, мне не хватает той безбашенной девчонки из Монреаля, которая когда-то решила убежать. Семнадцатилетняя Аннабелль, в какой-то из вариантов вселенной, счастлива с Адамом, она не хочет отходить от него ни на шаг. В этой вселенной — я со своим любимым мужчиной, мы стремимся к лучшему, но иногда я возвращаюсь в прошлое, потому что оно существовало и нельзя отрицать этого. Ты завелся из-за фотографий? — спросила Аннабелль прямо.

— Не только. Если бы не воспитание, я бы еще восемь лет назад — набил Адаму рожу, — признался парень. — Сейчас я стараюсь оберегать тебя, носить на руках, только бы тебе стало лучше. Что я вижу? Ты холишь и лелеешь Адама.

— Не-ет. Я скучаю по себе прежней. Когда я еще чувствовала себя хорошо и еще не потерялась окончательно. Сейчас — все по-другому. Я взрослый человек, и вот эти чертовы фотографии — глупость, я скучаю по тем временам, и никто не может мне запретить делать это, — сказала Аннабелль, чуть повысив голос.

— Тебе никто не запрещает, но почему этот идиот всегда где-то рядом? Пытаемся построить отношения — он высовывается. Пытаюсь помочь тебе справиться со всем навалившимся — он снова появляется. Не удивлюсь, если он где-то у меня под кроватью живет, вылезает пожрать периодически, — сыронизировал Воттерс-Кляйн, глядя на девушку.

— Ты перегибаешь палку. У нас с ним действительно были не самые простые отношения. Наверное, пройдет еще не один год, пока я оправлюсь.

— И поэтому будешь молиться на фотографии. А я буду бегать, как клоун вокруг тебя.

— Господи, Ронан! Завестись из-за каких-то чертовых фотографий. Ты слышишь себя? О чем ты говоришь? Это. Просто. Фотографии. Разве ты выкидывал фотографии с Дарсией после расставания? Или, может, ты выкинул одежду, в которой ходил рядом с ней? — рассмеялась Аннабелль нервно.

Ронан отвернулся к окну.

— Аннабелль. Ты сегодня с ним виделась, — шумно выдохнул он, — и ничего не сказала мне об этом.

В груди Аннабелль похолодело.

— Да, — ответила она, — он подвозил меня до дома. Перед этим у нас состоялся разговор, что все кончено.

— Прекрасно, — всплеснул руками парень, — поставили точку и начали заново. Самое главное — очень логично. Аннабелль, ты рассказывала про его поступки, о том, что было тебе плохо. В итоге, ты хранишь фотографии с ним, ездишь с ним куда-то. Так, правда ли тебе было так плохо или просто не хватало внимания?

— Странный вопрос, — голос девушки дрогнул, — для такого умного человека.

— Вполне логичный. Я волнуюсь за тебя. Аннабелль, я не супергерой. В очередной раз, он начнёт с тобой вытворять бог знает что, я могу не успеть помочь, — обеспокоено заявил Ронан.

— Рон. Да перестань драматизировать! — сказала Аннабелль. — Это поездка на машине, ничего больше. Я не собираюсь к Адаму возвращаться.

— Я не держу тебя.

— Нет, я не пойду никуда, А…Ронан, — осеклась девушка, чуть было не назвав мужчину чужим именем.

Ронан поаплодировал. Морган сконфузилась, виновато глядя на него.

— Назови меня его именем, что мелочиться.

— Ты невыносимый! Разве тебе недостаточно того, что я стою тут, перед тобой, двадцать минут назад мы трахались. Мы с тобой. Я не с ним, с тобой. Разве тебе недостаточно этого? Ты мне не доверяешь?

— Нет, — сказал холодно Ронан, — я не доверяю, ты права.

— Вот и все, — ухмыльнулась Белль, — вот и правда.

— Ты снова дала повод сегодня. Разве нет?

— Я запуталась, Ронан.

— Распутывайся. Я пошел. Переночую в другом месте. Иначе натворим ерунды. Нужно остыть, — взъерошив волосы, сообщил Ронан.

— Ронан, куда? Давай поговорим сейчас.

— Завтра.

Одним движением он отодвинул подоспевшую