Не потеряй меня - Мара Вульф

Трясущимися пальцами я нажала на красную кнопку. Но когда вечером я ложилась спать, голос Робин продолжал звучать в голове. Какая же я дура! Вот уже многие недели Кейден крутился вокруг меня, но даже не намекал на то, что хочет чего-то большего. Если не считать нескольких поцелуев, но они и в лагере не помешали ему переспать с Робин. Вдобавок ко всему он по-прежнему флиртовал с Джули, а стоило Робин освободиться от Кэмерона, как эти двое начали планировать следующий тет-а-тет. Очевидно, «только ты и я» – понятие растяжимое.

Я решила отправиться к Пьетро пораньше, потому что находиться дома было невыносимо. Помогу приготовить тирамису или сделаю панакоту. Мне надо было отвлечься, иначе перед глазами постоянно будут прокручиваться образы Кейдена и Робин вместе. На которых он постоянно будет голым.

Войдя в пиццерию, я застыла на пороге как вкопанная. За одним из столиков сидела женщина, подкараулившая меня перед спортивным залом. Что она здесь делала? В такое время в ресторан мало кто заходил. Для ужина было слишком рано. Перед ней стояла чашка латте макиато, а она оживленно болтала с Франческой. Прежде чем они заметят меня, я раздумывала, не сбежать ли. Моя смена начнется только через два часа.

Из кухни, вытирая руки полотенцем, вышел Пьетро.

– Carissima, что ты делаешь тут так рано?

Я пожала плечами.

– Решила помочь тебе с десертами.

– Можешь испечь бискотти или свое особое печенье. То, рецепт которого ты мне не даешь.

Я усмехнулась.

– Без шансов, – с улыбкой сказала я. Однажды я угостила Пьетро печеньем, и с тех пор он упорно пытался выведать у меня рецепт.

– Ладно, – недовольно отмахнулся он. – Значит, бискотти. Но сделай их маленькими, чтобы подать к кофе.

– Будет исполнено, шеф. – Я собиралась уже протиснуться мимо него на кухню.

– Кстати. – Пьетро кивнул головой в сторону своей жены и незнакомой женщины. – Она спрашивала про тебя.

У меня по шее побежали мурашки.

– Почему?

Босс пожал плечами.

– Сказала, что вы знакомы.

Покачав головой, я скрылась на кухне, только чтобы две минуты спустя выглянуть через круглое окошко в двери. Женщина пила кофе и листала какую-то старинную книгу.

За спиной появилась Франческа.

– Можешь спокойно с ней поговорить, – сказала она. – Свари себе кофе. Она очень приятная женщина и к тому же итальянка, – не без гордости заметила хозяйка.

– Сначала подготовлю тесто для бискотти, – сообщила я. Этой дамочке что-то от меня нужно. Если разговор состоится здесь, то я, по крайней мере, буду чувствовать себя увереннее, зная, что Пьетро и Франческа поблизости. Возможно, это ее напугает. На случай, если под тюрбаном действительно прятались змеи, а она планировала превратить меня в камень, сожрать или что-то типа того. Хотя безобидные престарелые супруги едва ли остановили бы Гею, вздумай она меня убить. В конце концов, она все равно собиралась истребить человечество – с чего-то же надо начинать.

Я замесила тесто и долго и тщательно мыла руки. Затем в сверкающей кофемашине Пьетро приготовила себе двойной эспрессо и направилась к столику, за которым сидела женщина.

Она улыбнулась, когда я отодвинула стул.

– Здравствуй, Джесс.

Я кивнула и посластила кофе.

– Что вам от меня нужно? – спросила я.

– Поговорить с тобой и предупредить, разумеется.

– О чем? – Эспрессо был горячим и крепким, как я любила.

– О богах. Они просто играют с тобой.

У Зевса и впрямь было маловато друзей. Сначала ко мне приходил Иапет, потом Агрий, а теперь эта загадочная незнакомка.

– Я заметила. Могли бы и не утруждаться. – Я снова поставила кружку на стол. Был ли смысл и дальше прикидываться, будто я понятия не имею, о чем она говорит? – Откуда вам вообще известно о богах?

Ее не смутила моя грубость.

– Как я и говорила, моя семья на протяжении многих веков следит за пришествием богов. – Она подвинула ко мне книгу, которую листала до этого.

Я не притронулась к ней, хотя руки так и чесались. Вместо этого откинулась на спинку стула.

Моя собеседница вздохнула.

– Одна из моих предков была диафани, – тихо произнесла она через мгновение. – Она узнала богов, когда они появились в нашей деревне. Эти познания привели ее на костер.

– Что, простите? – Я, верно, ослышалась. Она молча размешивала ложечкой кофе в практически пустой чашке. – Ее сожгли на костре? – вновь переспросила я.

– Да. Ужасная, должно быть, смерть. Ее обвинили в колдовстве. После встречи с богами у нее развились необыкновенные способности. В те времена это не сулило ничего хорошего. – Женщина улыбнулась.

Я была не уверена, что мне хотелось знать, какие именно способности она получила.

– С тех пор наша семья считает своим долгом документировать появление богов каждую сотню лет. – Она наклонилась ближе, убедившись, что нас никто не подслушивает. Ее опасения оказались напрасны, потому что в ресторане не было ни одного посетителя. Еще несколько недель назад я бы решила, что она спятила. Теперь это не спасало меня.

– Как вас зовут? – Раз уж она знала меня, то будет честно, если я тоже буду знать ее имя.

– Ариадна Колосса, – представилась она. – Моя семья родом из Фессалии. Позже мы переселились в Рим. Там и живем по сей день.

– Откуда вы узнали, что боги в Монтерее?

– У меня было видение, – заявила она как само собой разумеющееся. – У всех женщин моего рода бывают пророчества о приходе богов. Нам не всегда удается их истолковать и выяснить, где находятся боги. За прошедшие столетия мы несколько раз упускали их. Но мне повезло, возможность путешествовать в наши дни значительно облегчает задачу.

– Чего вы от меня хотите? – выпалила я. У меня и без того проблем в избытке. Не хватало еще иметь дело с женщиной, утверждающей, что у нее бывают видения.

Она вдохнула полной грудью.

– Я увидела тебя с ними, надеялась, что тебе известно, кем они являются на самом деле. Однако окончательно убедилась в этом только после того, как ты рассказала, что повстречалась с ними более шестидесяти дней назад. Такого раньше не случалось. Поэтому я предположила, что ты тоже диафани. – Она смотрела на меня с мольбой в глазах, и я смогла только кивнуть. Ариадна с шумом выдохнула. – Ты должна знать, что у меня в роду только одна диафани. Дар не передается по наследству.

– Говорят, диафани рождаются крайне редко, – подтвердила я.

– Моя