Досаждение - Ева Левина

А секс?! С тех пор, как три года назад Захар, наконец, получил долгожданную выстраданную взаимность, Черный ни единой ночи не дал Полине покоя в постели. Везде она… В каждом дне и ночи, в каждом вздохе и тревожном стуке сердца!

Ощущая всю комичность ситуации, Захар все-таки не выдержал и расхохотался, наполнив большую кухню-столовую раскатистым смехом, но Полина явно не разделяла его веселья. Это было заметно по дрожащим губам, по краснеющему лицу и слезам, продолжающим катиться по щекам. Видя, что жена находится на грани, Чёрный попытался замаскировать смех кашлем, но получилось совсем неубедительно.

— Маленькая, ты шутишь? — он протянул руку вперед, надеясь поймать струящуюся русую косу, но жена отшатнулась от него, как от прокаженного. От этого движения у Захара внутри колыхнулись болезненные воспоминания о том, как Полина раньше сторонилась его и тяготилась близостью. Именно поэтому он перестал улыбаться и спросил уже совершенно другим, серьёзным тоном:

— С чего ты взяла, что я тебе не верен?

— Потому что тебе вечно кто-то пишет… И ты уходишь, когда звонит телефон… Я слышала женские голоса!

Не веря своим ушам, Чёрный замер и снова заулыбался, чувствуя странное удовлетворение от того, что его обожаемая жена тоже любит и тоже иногда мучается муками ревности. Но, заметив, что от его веселья ситуация становится хуже, нахмурился:

— Маленькая, что за глупости… Ты же знаешь, у нас куча работы. Новые партнеры названивают и мне и отцу по сто раз на дню…

— Знаю! — от того, что Полина вдруг повысила голос, Захар немного оторопел, но все же снова улыбнулся, словно кот пригревшийся на солнце, понимая, как сильно ему нравится, что она ревнует.

— Одну из твоих новых партнерш я тоже хорошо запомнила! На открытии завода она буквально поедала тебя глазами, Захар!

— Какая из них? — когда Чёрный понял, какую глупость сморозил, было уже слишком поздно, потому что ему в голову полетел стакан, который Полина до этого старательно натирала полотенцем.

— Маленькая, я совсем не это имел в виду! Там просто было много женщин! Но я совсем никого не запомнил! — поймав стакан в опасной близости от собственного виска, Захар двинулся вперед и подхватив сопротивляющуюся жену за талию, зарылся носом ей волосы.

— Маленькая, не сопротивляйся, я не отпущу…

— Неужели ты не видишь, как на тебя смотрят девушки? — проворчала Полина, но все же притихла, невольно выгнувшись навстречу требовательным поцелуям, одновременно мучающим и ласкающим чувствительную шею.

— Не вижу, никого и ничего не вижу…

— А я вот заметила!

— Моя самая внимательная… Наблюдательная… Маленькая моя… Расскажи еще, как ты меня ревнуешь… — голос Чёрного стремительно садился, приобретая хриплые ноты, и опомнившаяся Полина, наконец, поняла, что заговаривая ей зубы, муж уже запустил руки ей под футболку и расстегивает джинсы.

— Ну, Захар!

— Ммм?

— Я о серьёзных вещах, а ты снова всё сводишь к тому, чтобы раздеть меня? Неужели ты никогда не изменишься?

— По отношению к тебе никогда маленькая, — прорычал Чёрный, и подхватив Полину за бедра, понес её в спальню.

Конец‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍