Новенькая не для меня - Тина Дорофеева

— Я зарёванная, — неуверенно упирается.

— Ты самая красивая и самая родная.

— Бородин, игра, — высовывается Глеб и шикает на меня, — быстрее давай.

Стою, не двигаясь, и жду решения самого дорого для меня человека.

— Ты с ума сошел. Иди на игру.

— Только с тобой, и всегда только с тобой, — прикасаюсь к её теплым губам, и разум улетает от счастья.

Она не отталкивает, даже прижимается крепче, отвечая на поцелуй.

— Пожалуйста, будь сегодня в зале.

Она морщится.

— Пойдем уже, — закатывает глаза, а я хватаю её за руку и тащу на буксире, пока не передумала.

— Я ужасно выгляжу, — бубнит Снежинка.

— Ты отлично выглядишь, родная.

Залетаем в зал. Торможу на входе и оборачиваюсь к ней. Она хлопает глазами и обводит зал взглядом. Наклоняюсь и притягиваю её к себе, пока она возмущенно пищит.

— На удачу, — быстро чмокаю её, — и за победу.

Усмехаюсь, пока лицо Снежинки краснеет под всеобщий взрыв и крики.

— Я тебя убью, Бородин, — стонет она, прикрывая руками лицо.

‍​

‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌

‍

Глава 53

Снежана

Лицо не перестает полыхать, пока я пробираюсь на свое место. Мне кажется, что все смотрят только на меня, и это не добавляет уверенности.

Плюхаюсь на стул рядом с ехидно улыбающейся Лизкой.

— Заткнись, ничего не говори, — тыкаю в неё пальцем.

Она захлопывает рот ладонью, но глаза хитро блестят.

Делаю глубокий вдох. Мне не было так стыдно… никогда.

Натыкаюсь на папин взгляд и вспыхиваю ещё сильнее. Боже, как я могла забыть, что тут все.

Резко перевожу взгляд и наталкиваюсь на маму Яра.

— Боже, можно мне провалиться под землю? Сейчас! — шепчу я.

Но мама Яра только тепло улыбается и поднимает палец вверх.

— Выдыхай и просто сосредоточься на игре, — советует Лиза, и я стараюсь прислушаться к её совету.

— Вот блин, — замечаю наконец, с кем играет наша команда.

— А? — Лиза вопросительно выгибает бровь.

— Бывшая наша с Антоном школа.

Лиза хмурится.

— Надеюсь, наш новенький не станет подставлять нашу команду.

Дергаюсь.

— Он не станет. Это не в характере Антона.

— Посмотрим, — бормочет Лиза, хватая меня за руку.

Антон не подводит. И наша школа одерживает победу. Ну ещё бы, с сильнейшими игроками.

Победный гол не оставляет равнодушным никого. Мы с Лизкой подскакиваем с мест, и начинаем скакать от радости. Я даже умудряюсь забыть про смущение.

Парни тоже скачут на площадке после финального свистка.

Бородин обменивается с Антоном рукопожатием, и меня это радует.

Яр, по крайней мере, не готов пока приколошматить моего друга. А там со временем, может, и привыкнут друг к другу.

Все успокаиваются и стройным потоком покидают зал. Ждем с Лизой, пока народу станет поменьше, потому что наши места в центре.

Папа с семьей Яра все ещё в зале. И я даже, кажется, ощущаю взгляд моего папы на своей спине.

А я надеюсь на то, что мне удастся сбежать. И я почти воплощаю свой план в жизнь, но на запястье смыкается крепкая рука, и меня выдёргивают из толпы с моим писком.

Я врезаюсь в знакомую грудь, и из меня вышибает весь воздух.

— А ты далеко, Снежинка?

— Да, хотела найти укромное местечко и умереть от стыда.

— Подожди пока, сейчас со своими познакомлю, потом можно будет.

— Что? — пищу, упираясь пятками в блестящее покрытие досок.

Но это не спасает. Балетки скользят по полу, неминуемо приближая меня к стоящим родителям.

— Не боись, — Яр ободряюще улыбается и притягивает меня к боку.

Не доходя до родителей, замирает и приближается ко мне. Моей щеки касается его теплое дыхание, заставляя коленки подогнуться.

— Потом это будет официально, но я не хочу тебя прятать от родителей. Ты мне слишком дорога, и я хочу, чтобы ты поняла, насколько я серьезен.

Он не улыбается. И, блин, да, он серьезен. Я читаю это в его глазах.

И сдаюсь.

— Ты же все равно это сделаешь, да?

Хитро улыбается и кивает.

Ладно, это нужно просто пережить. Сглатываю, чтобы хоть немного смочит горло.

Встречаюсь взглядом с мамой Ярослава и несмело улыбаюсь. Понятия не имею, как они воспримут мое появление.

— Мам, пап, Дмитрий Валерьевич, — Ярослав привлекает к себе внимание взрослых.

Папа поворачивается, окидывая нас цепким взглядом. Мои щеки снова загораются от такого внимания.

— Это моя Снежана. Снежинка, это Алексей Павлович и Оксана Богдановна.

— Очень приятно, — не знаю, куда деть взгляд.

— Так вот кто похитил сердце моего сына, — низкий голос губернатора заставляет меня напрячься.

— Леш, — одергивает его мама Ярослава, и он хмыкает.

— Что, Леш? А то я не прав.

— Дмитрий Валерьевич, — Яр замолкает, подбирая слова, но у него явно случается какой-то ступор.

— Да ладно уж, Бородин, выдыхай. Но если что-то не то сделаешь — пеняй на себя. Я не посмотрю на то, чей ты сын.

— Я, если что, закрою глаза и уши, когда решишь его за что-нибудь притянуть, — смеется отец Яра.

Мама Яра только качает головой.

— Но я все же надеюсь, что мы воспитали его правильно, — становится серьезным Бородин-старший.

— Ты потрясающе танцуешь, Снежан, — нарушает молчание мама Ярослава.

— Танцевала, — опускаю взгляд на повязку и дергаю уголок губ.

— Ну есть же вероятность, что ты вернешься, — притягивает меня к себе Ярослав.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Пожимаю плечами.

— Мы пошли, — утаскивает меня Ярослав из зала, и я выдыхаю.

— Расскажи про последнее выступление, — напрягаюсь всем телом, — я видел страх в твоих глазах.

— Это обязательно? — морщусь.

— Да. Хочу, чтобы ты отдала мне всю свою боль.

Вздыхаю.

— Сложная поддержка была. Я боялась её делать. Не знаю, не хотела её делать вообще. Ты все видел. Меня уронили, — я сбиваюсь после каждого слова, — это потом я уже узнала, что одна из моей группы поддержки подговорила того мальчика и он меня уронил, а она заняла мое место.

Хватка на моей руке усиливается, и я шиплю от боли. Тут же кожу обжигает его поцелуй. Успокаивая.

— Того мальчика отчислили, правда, перед этим ему знатно прилетело от Антона. Там аж до отстранения Антона дошло.

Яр сжимает