Бог злости - Рина Кент

— Нет?

— Нет.

Он делает паузу, наблюдая за мной без изменений в выражении лица.

— Есть одна проблема, с которой сталкиваются специалисты в дикой природе. Некоторые животные возвращаются в ловушку, потому что знают, что найдут пищу, поэтому они продолжают попадать в живую ловушку снова и снова, и... — Он подходит ближе. — Снова.

— Что это значит?

— Я не знаю, Глиндон. Ты скажи мне. В конце концов, это ты следила за мной в моем собственном доме.

Безумная идея, которую я вынашивала с самого вечера, медленно проявляется, и я сглатываю.

— Как насчет услуги?

— Какого рода услуги?

— Тебе... не нравится Киллиан — или, скорее, его наглость и постоянная потребность превратить твою жизнь в ад. Я могу помочь вам отстранить его от тебя.

Он приподнял бровь.

— И как ты собираешься то сделать?

— Занимая его.

Он разразился смехом, звук эхом разнесся вокруг нас, как призрачный напев.

— Либо ты шутишь, либо не имеешь ни малейшего представления о том, с кем имеешь дело.

— Вообще-то имею. Он постоянно мучает меня с первой нашей встречи.

Выражение лица Гарета ожесточается.

— И ты думаешь, что это что-то значит в великой схеме вещей? Как долго ты его знаешь? Неделю? Месяц? Это не имеет никакой ценности или достоверности.

— Он одержим мной или чем-то, связанным со мной, и пока он одержим, у меня есть власть над ним. — Я поднимаю грудь. — Ты можешь дискредитировать меня весь день, но мы с тобой оба знаем, что Киллиан не из тех, кто бросает дело на полпути.

Легкое сужение глаз — единственное изменение в поведении Гарета, но я знаю, что пробила его броню, когда он спрашивает:

— И что ты хочешь взамен?

— Я сразу перейду к делу.

— Во что бы то ни стало.

— Я расследую смерть моего друга, и мне сказали, что он был частью первой инициации Язычников в этом году. Ты — один из лидеров и наверняка имеешь доступ к записям с камер и тому подобному?

— Что дальше?

— Если ты предоставишь мне их, я стану твоим союзником против Киллиана.

— Откуда мне знать, что ты не пойдешь против меня? На самом деле, откуда мне знать, что это не очередная больная игра Киллиана?

— Я бы никогда не использовала жизнь своего друга в качестве игры. — Я нащупываю свой телефон и прокручиваю до одной из последних фотографий, которые у меня есть с Девлином. Селфи в машине. Я улыбаюсь. Он — нет. Затем я показываю ее Гарету. — Конечно, ты его помнишь.

Он делает паузу, губы истончаются в линию.

— Девлин.

— Да. — Я вздохнула. —Он умер после инициации.

— Разве полиция не квалифицировала это как самоубийство?

— Да, но...

— Ты не веришь в это.

Я медленно качаю головой.

— Как и ты, я не верю в существование слишком большого количества совпадений.

— Отлично.

— Правда?

— Да. Я помогу тебе собрать все, что у нас есть в ночь перед его смертью.

— Спасибо. Я буду вечно благодарен

— Твоя благодарность не имеет для меня ценности. Взамен ты станешь моим оружием против Килла.

— Я бы не назвала себя оружием...

— Поверь мне. — Легкая ухмылка искривляет его губы. — Так и есть.

Это совершенно неправда, но я забываю об этом, когда замечаю, что мужчины — возможно охранники, медленно отступают в тень.

— Как хорошо ты знал своего друга? — Спрашивает Гарет из ниоткуда.

— Я знала его лучше, чем кто-либо другой.

—тОн когда-нибудь упоминал о нас?

— Нет... не совсем. Просто в мимолетных разговорах и сплетнях, как будто все в кампусе превозносят, гламурят, поклоняются в ноги эксклюзивным клубам Королевского университета.

— Тогда я сомневаюсь, что вы вообще его знала, — говорит Гарет.

— Может, хватит говорить загадками?

— Скажем так, Девлин был гораздо хуже, чем вы думаешь. Я знал его лично, а я мало кого знаю лично.

— Это невозможно. Он был застенчивым и интровертом.

— Это неправда. Но он был чертовым гением, надо отдать ему должное. — Гарет смотрит в сторону, потом улыбается. — Теперь о твоей части сделки.

Он проскальзывает в мое пространство, прежде чем я успеваю моргнуть. Его пальцы поднимают мой подбородок, и мои глаза расширяются, когда он опускает голову.

В тот момент, когда его губы касаются моих, он мгновенно отстраняется от меня.

Я смотрю в полном неверии, как Киллиан посылает своего брата в полет в стену.

Глава 21

Глиндон

Сцена разворачивается в замедленной съемке.

В один момент Гарет стоит передо мной, а в следующий — его отбрасывают к стене с Киллианом на буксире.

Сырая сила кипит в нем, как смертоносный вулкан. Тот тип, который дремал веками и решил извергнуться в доли секунды. Я видела Киллиана бездушным дьяволом, безжалостным монстром и эротическим богом, но впервые я вижу его таким разъяренным.

И самое страшное, что выражение его лица остается бесстрастным, даже пустым. Несмотря на солидный внешний вид, одна вещь выдает состояние его ярости — его мертвые глаза.

Они уже не голубые, а скорее черные, почти такого же цвета, как его узкие зрачки. Мама как-то сказала мне, что некоторые люди смотрят на меня «отстраненно», и это никогда не следует игнорировать.

Это хуже, чем «отвали». Это не что иное, как объявление войны и жажда пролить кровь.

Сырая сила сотрясает меня до костей, хотя она направлена не на меня.

Гарет, однако, улыбается, и это самая широкая улыбка, которую я видел на его обычно спокойном лице.

— Что у нас тут? Могучий Убийца разразился эмоциями? Мы должны позвонить папе по FaceTime и сообщить ему новости.

— Слушай сюда, ублюдок. — От резкого голоса Киллиана у меня свело живот. — Мне плевать на все твои золотые поступки, но тронь то, что принадлежит мне, и я позабочусь о том, чтобы ты поплатился в десятикратном размере. Ты знаешь это, я знаю это, и твои оставшиеся функционирующие нейроны будут знать тоже, прежде чем я их вырублю к чертовой матери. Я прекрасно понимаю, что ты пытаешься сделать, и это не сработает, так что как насчет того, чтобы прижать свой хвост к месту, а?

— Я бы сказал, что он отлично работает. Посмотри