Поздравляю,ты допрыгалась - Кристина Майер

Доехали в тишине. Я устало откинул голову назад и прикрыл глаза, когда она выходила из машины. Лея быстро юркнула в дом. А меня всего распирает.

Хочу…

— Все нормально? — вышел из дома Петр и подошел к водительской двери.

— Давай по три бойца приглашай в зал на спарринги.

— Чех, первый час ночи? — я смерил его недобрым взглядом.

— Понял. Поднимаю охрану на ночные учения, — не без иронии в голосе.

****** ******* *******

Проходит неделя, мы с Леей почти не пересекается. Наверное, думает, что отказ меня задел, поэтому старается избегать. На самом деле мне некогда было с ней поговорить и объяснить, что я не умру от воздержания. На три дня улетал в Сочи, в деле Ирины появился след. Остальное время проводил в управлении и правительстве.

Лея… мое наваждение. Лисичка… Рыжая девочка. Вижу ее и накрывает, не готов ждать, но форсировать события не стоит.

Петр каждый раз отчитывается, рассказывает, как прошел ее день. Вечерами она много и долго занимается, стараюсь не мешать и поднимаюсь в свою комнату, когда она уже ложится спать. Дверь теперь постоянно на замке. Не доверяет? В груди что-то царапает каждый раз, когда нарываюсь на запертую створку.

Сегодня получилось вернуться немного раньше. На часах чуть больше девяти вечера. Для Леи у меня было две новости. Завтра вечером прилетает Валид. Из больницы он буквально сбежал. Мне уже два дня названивают лечащий врач и завотделения, просят уговорить его вернуться. Но Валид решил поправляться дома. «Дома и стены лечат» — заявляет брат. Упрямый и несговорчивый.

Лея обрадуется его приезду. Вспоминаю, что Валид просил ей не говорить, хочет сделать сюрприз. Получается, что новость в сего лишь одна. Я до сих пор не знаю, что чувствует брат к моей жене. Нам так и не удалось поговорить. Этот вопрос еще придется прояснить.

Лея девочка с чистой и доброй душой, несмотря на твердый и упрямый характер. Она будет счастлива узнать, что Рустам на свободе. В мой дом он больше не вернется, но может жить со своей Викой на свободе. Я даже не стал вносить его в черный список, сможет устроиться на нормальную работу. Надеюсь, выводы он сделал.

— Лея где? — первый вопрос, который задаю, входя в дом. Петр уже привык и сразу начинает отчитываться:

— Сегодня сдавала, какие-то тесты, затем ящик патронов отстреляла по мишеням. Мы ее на олимпиаду по пулевой стрельбе отправим, пусть золото нам привезет, — шутит друг.

— А сейчас она где?

— У себя, Самир, — ответил Петр. Я разворачиваю к лицу циферблат наручных часов, все правильно — начало десятого, а свет в ее спальне не горит. Заметил, когда въезжал во двор.

— Давно закрылась?

— Часа два назад, — жмет плечами.

— Хорошо. Может, уснула, — она ведь продолжает принимать препараты. Не иду по привычке в кабинет, сразу поднимаюсь в спальню. Не могу объяснить, откуда взялась тревога, но что-то не так. Останавливаюсь возле двери комнаты Леи, слушаю тишину. Дергаю ручку, закрыто. В этот раз я не ухожу к себе, достаю из кармана ключи, в связке есть ключ от этой двери. Он появился здесь много месяцев назад, когда она только переступила порог моего дома.

Не включив свет, я уже понял, что комната пуста. Кровать аккуратно заправлена, а Леи нет.

Я стараюсь не поддаваться тревоге, но что-то мне подсказывает, в доме ее тоже нет. Как? Куда?

В тот день Рустам ее вывел из дома через мой кабинет. Глупо было надеяться, что она не запомнила пароль. Неужели она все эти дни пользовалась потайным входом?! И куда… к кому отправлялась? Во сколько возвращалась, если я до утра иногда оставался в кабинете, там и засыпал?!

— Петр! — поувольняю всех нахрен!