Укрощение - Джуд Деверо

— Не нужно. Я и сама обойдусь.

— Ну как угодно. — Жанна вышла из комнаты.

Лиана услышала, как задвигается засов, и тут же уснула.

Три дня к ней никто не приходил. В холодной, неотапливаемый комнате ее простуда усилилась. Лиана не могла ни есть, ни пить, а просто лежала, то трясясь от холода, то пылая огнем и проваливаясь в забытье.

Когда Жанна наконец появилась. Лиана смотрела на нее сквозь какой-то зыбкий туман.

— Я так и думала, что меня обманывают, — сказала Жанна. — Слуги говорили, что вы выздоравливаете. — Она ударила кулаком в дверь. — Поднимите ее и несите за мной, — приказала она охраннику.

— Лорд Оливер приказал держать ее здесь, — возразил караульный.

— А я отменяю его приказ. Если ты не хочешь, чтобы тебя прикончили и вышвырнули со стены, как падаль, выполняй приказ.

Лиана почувствовала, как ее обхватывают чьи-то мощные руки.

— Роган, — прошептала она.

Она не помнила, как ее несли куда-то, и очнулась лишь тогда, когда проворные руки служанок раздели ее, смыли с тела пот и положили на мягкую пуховую перину.

В течение последующих трех дней Лиана видела только Жанну Говард: та поила ее бульоном, сажала на горшок, обтирала салфетками, просто сидела рядом. Ни разу за все это время они не заговорили друг с другом — Лиана помнила, что эта женщина предала ее мужа.

Но на четвертый день ее упрямство ослабло. Лихорадка спала, осталась только слабость.

— Как мой ребенок? — прошептала она, нарушив молчание.

— Здоров и с каждым днем растет. Обычной простуде не под силу одолеть Перегрина.

— Конечно, для этого нужна изменница-жена, — бросила Лиана.

Жанна отложила вышивку, поднялась и направилась к двери.

— Подождите! — позвала Лиана. — Прошу прощения. Вы были добры ко мне.

Жанна вернулась, налила из кувшина какого-то напитка и протянула Лиане.

— Выпейте. Вкус отвратительный, но это вам поможет.

Лиана послушно выпила горький отвар.

— Что происходило в эти дни? Напал ли на замок Роган?

Жанна ответила не сразу.

— Роган ответил… что вы ему не жена, что Оливер может делать с вами все, что ему заблагорассудится. Лиана разинула рот.

— Оливер впал в неистовство. Он приказал отрезать вам волосы и отослать их Рогану.

Лиана отвернулась, чтобы не видеть жалостного взгляда Жанны.

— Понятно. И когда отвезли ему мои… волосы? — Она с трудом произнесла это слово. — На Рогана это не произвело впечатления, да? Что же теперь сделает со мной ваш муж? — Она взглянула на Жанну. — Отошлет меня Рогану по кусочкам? Сегодня руку, завтра ногу?

— Разумеется, нет! — резко ответила Жанна. По правде говоря, Оливер именно так и собирался поступить со своей пленницей, но Жанна знала, что угроза произнесена не всерьез. Леди Говард была разгневана на своего мужа за то, что тот взял Лиану в плен. Теперь, когда Роган отказался клюнуть на наживку, Оливер не знал, как поступить со своей добычей.

— Что же вы со мной сделаете? — прошептала Лиана, с трудом приподнимаясь на постели. Жанна протянула ей бархатный халат.

"Надо быть откровенной», — подумала она.

— Не знаю. Оливер собирается обратиться с петицией к королю, чтобы его величество признал ваш брак с Роганом Перегрином недействительным. После этого Оливер выдаст вас замуж за одного из своих младших братьев.

Лиана запретила себе плакать.

— Вот и хорошо, что Роган не стал рисковать своей жизнью ради моего спасения.

— Еще бы, ведь у него остался всего один брат, — саркастически заметила Жанна.

— Почему же один? Если начнется война, он наверняка возьмет с собой Зарида.

Жанна удивленно взглянула на нее.

— Сомневаюсь. Даже у Перегринов не хватит на это жестокости. — Она помолчала и спросила. — Неужели вы не знаете, что Зарид — девушка? Они по-прежнему одевают ее как мальчика?

Лиана заморгала глазами.

— Зарид? Девушка?!

Она вспомнила, как Зарид ударом кулака размозжил голову крысе. Потом, как сидел ночью в ее комнате. Лиана отказывалась этому верить! А как же три женщины, с которыми Зарид провел ночь? Сиверн и Роган покатывались со смеху, когда Лиана выказывала свое возмущение по этому поводу.

— Нет, — с трудом вымолвила она. — Никто мне так и не сказал, что Зарид — не мальчик.

— Ей было всего пять лет, когда я находилась в замке. По-моему, братья Перегрины стеснялись того, что их отец произвел на свет девочку. Они винили во всем трусливую, слабую и богатую четвертую жену отца. Я пыталась обращаться с девочкой ласково, но этого делать не следовало — она была такой же дикой, как ее братья.

— Как же я могла быть такой дурой?! — не уставала поражаться Лиана.

Да и братья тоже хороши, ничего ей не сказали. Для них она так и не стала членом семьи. Естественно, они не желают, чтобы она вернулась обратно.

Лиана взглянула на Жанну.

— Значит, после того как Перегринам отправили мои… волосы, ответа не было? Жанна нахмурилась.

— Рассказывают, что Роган и Сиверн ездят на соколиную охоту и… много пьют.

— Наверное, празднуют. А я-то думала…

Лиана замолчала. А она думала, что Роган если не любит ее, то, по крайней мере, нуждается в ней. Все, даже Сиверн запер ее с Роганом, потому что понял. Лиана необходима обитателям замка.

Жанна схватила Лиану за руку и сжала.

— Таковы Перегрины. Они не похожи на других, заботятся лишь о своих. Для них женщины — лишь средство для добывания денег. Не хотела быть жестокой, но все-таки скажу: Перегрины заполучили ваши деньги, зачем им теперь вы? Я слышала, как вы пытались привести в порядок их замок, кормить их настоящей едой, но эти люди не придают значения подобным вещам. На прошлой неделе шли дожди, ров наполовину заполнился водой, и мне рассказывали, что там плавают уже три конских трупа.

Лиана поняла, что Жанна говорит правду. Как могла она хоть на минуту поверить, что Роган проникся к ней чувством? Теперь ему не придется смотреть, как она вмешивается в его жизнь.

— А Дни недели? — прошептала Лиана.

— Уже вернулись. Лиана глубоко вздохнула.

— И что же вы теперь сделаете со мной? Мужу я не нужна, мачеха тоже вряд ли меня примет. Боюсь, ваш супруг погорячился.

— Оливер еще не принял решения.

— Роган и Сиверн, наверное, от души над ним посмеялись. Они избавились от меня, оставили себе мое приданое, а врагу посадили на шею некрасивую строптивую бабенку.

"Скорее всего, так оно и есть», — подумала Жанна, но ничего не сказала. Ей было очень жаль Лиану, ибо она отлично понимала ее чувства. Много лет назад, после того как Жанна попала в плен к Говардам, ей пришлось перенести немало страданий. Она не испытывала любви к своему юному супругу и его жестоким братьям, однако очень горевала, когда услышала, что двое Перегринов погибли. Считалось, что Роган не оправится от стрел Оливера, но он выздоровел.