Посылка для Анны - Миранда Дикинсон

Она безнадежна, твоя мать. Тебе должно быть за нее стыдно…

Сенара Браун зря коптит воздух…

Мне жаль тебя, девочка. Что ждет тебя в жизни?

И обвиняющие взгляды на улицах. Неприкрытые обсуждения за спиной в очереди на почте. Бестактности, которые говорили ей прямо в лицо. Годы и годы осуждения и критики, пока Анна изо всех сил пыталась стать выше этого и защитить своего брата. А хуже всего было то, что в глубине души она была согласна со всем сказанным. Сенара была кошмаром и худшей матерью для них, чем даже соседка, порой оставлявшая из сострадания пакеты с вещами у них на крыльце. Когда Анна уехала из родного дома, радость обретенной свободы стала самой сильной эмоцией из всех, которые она когда-либо испытывала. Именно поэтому она вела такую тихую жизнь в Лондоне, наслаждаясь анонимностью, доступной лишь в большом городе, и твердо веря в хорошее в людях.

Джонас мог думать что пожелает: в Бене Анна видела человека, которому можно доверять, и предвкушала возможность узнать его ближе.

В восемь часов Анна вышла из черного такси у дома, расположенного по адресу, который дал ей Бен. Она подняла взгляд на элегантное здание в георгианском стиле, освещенное прожекторами, и глубоко вдохнула ночной воздух. Здесь, на зеленой городской окраине с видом на Темзу, находился ресторан, рекомендованный, по словам Бена, корреспондентом отдела кухни и вин «Дейли мессенджер». Анна не знала, означало ли это, что Бен всем и каждому рассказал о предстоящем свидании, но сегодня ей было все равно. В понедельник утром она так или иначе узнает, насколько коллеги в курсе происходящего.

Официант провел ее через зал со столами из светлого дерева, покрытыми белыми скатертями, и стенами цвета веджвудского фарфора, затем через раскрытые французские двери к террасе над рекой. Яркие бумажные фонари, висящие над головой, заливали волшебным светом столики со свечами, тихие звуки джазового квартета доносились с лужайки за террасой. Парочки за столами сидели, подавшись друг к другу, растворяясь в романтической атмосфере этого места. Все было идеально – и в центре идеала находился Бен. Он встал, когда она приблизилась, и быстрым жестом одернул пиджак, и это было единственным признаком того, что нервничает он не меньше Анны.

– Привет. – Он обвел ее восхищенным взглядом. – Потрясающе выглядишь.

Официант ушел, и Бен наклонился, чтобы поцеловать Анну в щеку. Чувствуя, как румянец заливает лицо, она села и позволила себе посмотреть на чернильную поверхность реки за обрамленной фонарями лужайкой.

– Тут очень красиво.

– Майлз обещал, что нам понравится. И очень хотел узнать, кого я сюда поведу. Но я, естественно, поступил как истинный джентльмен.

Анна улыбнулась. По крайней мере сегодня она могла наслаждаться обществом Бена без назойливого внимания других людей. И он казался здесь более расслабленным, чем в центре города: прическа не была такой безупречной, как обычно, воротничок рубашки расстегнут. Огонек стоящей в центре стола свечи подчеркивал контуры его лица и танцевал в его глазах. Его теплый смех и разговорчивость намекали на нервозность, и это невероятно располагало – Анну тянуло к нему очень сильно, чего она раньше себе не позволяла. Здесь она чувствовала себя более уверенно, могла и разговаривать, и флиртовать, не сомневаясь в его реакции. Она часто думала о том, каким могло быть свидание с Беном; но этот вечер превзошел все ее фантазии.

– Вот бы народ из «Мессенджера» нас сейчас увидел, – улыбнулся он, когда они закончили трапезу. – Новость разлетелась бы по Лондону за доли секунды. – Он обернулся через плечо. – Проверяю, не выследил ли нас Тед. Учитывая его связи в охране, подозреваю, что у него повсюду свои глаза.

– Он будет в ярости, когда узнает, что я встречалась с тобой, ничего не сказав ему.

– Переживет. – Бен отпил вина, его глаза смеялись. – А тебе не хочется, чтобы он узнал?

– Вовсе нет. – Ее голос звучал безмятежно и весело, и Анне нравился этот новый тон. – Мне не важно, кто узнает об этом.

– Ты рада, что пришла?

– Да, спасибо.

– Я надеялся, что тебе понравится. – Он переплел пальцы с ее пальцами, и легкое прикосновение ощущалось как ласка теплого летнего ветра. – Анна, ты мне нравишься. Уже давно нравишься. Но я хотел подобрать нужный момент, чтобы сказать это вслух.

– Ты тоже мне нравишься… – Ее дыхание прервалось, когда он поднес ее руку к губам и нежно поцеловал.

Джазовый квартет на лужайке начал играть «Someone to Watch Over Me». Анна закрыла глаза и попыталась запечатлеть это мгновение в памяти. Оно было так близко к совершенству, как только возможно, и ей хотелось навсегда остаться здесь и сейчас. Признание Бена было чудесным подарком, оно заставило летнюю ночь искриться возможностями, о которых Анна не осмеливалась даже думать.

– Не хочешь ли потанцевать? – Он рассмеялся над собственным вопросом. – Прозвучало как худшая банальность из фильмов… Прости.

– С удовольствием. – Анна поднялась со своего стула. – Жаль было бы пропустить такую хорошую песню.

Бен взял ее за руку, и они спустились с террасы на танцевальную площадку, периметр которой был отмечен лишь бумажными фонарями в форме звезд, развешанными над травой. Анна никогда еще не танцевала ни с кем так, как сейчас с Беном, – вдали от неловкой толчеи клубов и вечеринок, где проходили ее прошлые свидания. В руках Бена она чувствовала себя в безопасности, а когда он наклонился, чтобы поцеловать ее, принять его поцелуй было так же естественно, как дышать. Ресторан, река, посетители – все уплыло прочь и растворилось, музыка мягко обняла их и понесла в своем ритме. Анна чувствовала, как длинная трава задевает полуночно-синий бархат ее туфель, а когда поцелуй завершился, взглянула на звезды, мерцающие на ее ногах.

Знал ли тот, кто послал ей туфли, о том, какой будет эта ночь? Городские огни не позволяли рассмотреть звезды в небе, но вот фонари в форме звезд, мягко покачивающиеся на ветру… Подарок для танцев под звездами…

Смеясь и держась за руки, они снова вернулись за столик. Счастье пронизывало Анну, и внезапно ей захотелось обо всем рассказать Бену.

– Я получила еще одну посылку, – призналась она.

– Правда? Когда?

– На прошлой неделе. Я никому не говорила, потому что… – Она запнулась, осознав, что оправдания не нужны. Это был ее подарок и ее решение. – Мне не хотелось.

– Могу я спросить, что в ней было?

Анна указала на свои туфли:

– Вот это.

– Красота! Но как отправитель узнал твой размер?

– Я не знаю. И мне все равно. Туфли потрясающие, и я их обожаю.

– А ты хочешь узнать, кто их отправил? В смысле, тебе интересно?

– Конечно. Но кто бы их ни прислал, он явно не хочет мне представляться. Ответа на письмо я так и не получила.

Глаза Бена расширились: