История одной страсти - Патриция Поттер

Возможно, она поступала глупо, оттягивая неизбежное. Фэнси никогда раньше так не поступала. Но она никогда не была влюблена, и перед ней не стояла необходимость попросить любимого мужчину немедленно покинуть ее, пока ее деверь его не уничтожил.

Эми хотела помочь Фэнси помыть и вытереть посуду, что означало, что за этим занятием она проведет вдвое больше времени. Она попросила бы Фортуну помыть посуду, но сестра решила испечь пирог для Уоллесов. А Ноэль выбежал во двор играть в Робинзона Крузо.

Когда все тарелки были перемыты и убраны в шкаф, а внимание Эми переключилось на «помощь» Фортуне в приготовлении пирога, Фэнси выглянула в окно. Йэн объезжал Призрака в паддоке.

Он был чужеземцем из далекой страны, изгнанный с родины. Однако, глядя, с какой непринужденностью он сидит в седле, словно составляет с лошадью одно целое, трудно было усомниться, что он здесь родился. Он выглядел так, словно был у себя дома. И она не понимала, почему, во имя всех святых, она должна доказать ему обратное.

Собравшись с духом, Фэнси пошла к двери, полная решимости сделать то, что считала нужным. Но как только она вышла во двор, ее внимание привлекла движущаяся точка на дороге. Всмотревшись пристальнее, она с упавшим сердцем поняла, что к ее дому направляется деверь.

Она словно вросла в землю, пытаясь навести порядок в мыслях. Въехав во двор, Роберт Марш остановился возле ступенек крыльца.

Повернувшись в седле, он окинул ее бесстрастным взглядом, хотя в глубине его глаз тлели злобные огоньки.

— Здравствуй, Фэнси, — достаточно вежливо поздоровался он.

В ней начал закипать гнев. Она с удивлением обнаружила, что больше не боится его. Он не мог обмануть ее, отнять у нее землю и лошадей. Даже если он будет размахивать у нее перед носом фальшивым завещанием и утверждать, что Джон все оставил ему, он ничего не добьется.

Потому что она будет знать, что бумаги фальшивые. Научив ее читать, Йэн дал ей оружие, в котором она нуждалась, чтобы защититься от посягательств Роберта. Ей доставила удовольствие мысль, что теперь Роберт знал об этом.

Взгляд Роберта блуждал по сожженному полю, затем вернулся к ней.

— Я слышал о пожаре и приехал посмотреть, что я могу сделать.

— Думаю, ты уже сделал достаточно, — возразила она.

— Что ты имеешь в виду? — негодующе спросил он.

— Не думаю, что тебе нужно объяснять, Роберт. Пожар не начался сам по себе.

Ему удалось изобразить удивление.

— Я бы подумал о твоем каторжнике. Он нашел легкий способ избавиться от работы.

Гнев превратился в слепую ярость, однако она сумела сохранить внешнее спокойствие.

— Я не верю в это, потому что работа уже была сделана, и табак хорошо рос.

— Ах, Фэнси, ведь осенью пришлось бы собирать урожай. Ты слишком доверчива. — Резко меняя тему, Роберт сказал: — Я слышал, тебе помогали Уоллесы. Я передам им благодарность.

— Не стоит. Я уже выразила им свою благодарность. С лица Роберта сползла маска бесстрастности.

— Ты должна пересмотреть свое отношение к ним, Фэнси, — прошипел он. — Они шотландские отбросы, так же как твой работник.

— Потому что ты не можешь указывать им? — насмешливо спросила Фэнси. Едкие слова вырвались у нее прежде, чем она успела прикусить язык, и удивили ее саму не меньше, чем его.

— Они не знают своего места, так же как и этот проклятый каторжник.

Фэнси едва сдерживалась. Если их перепалка продлится еще несколько минут, она выпалит что-нибудь такое, о чем впоследствии пожалеет. Например: «Этот проклятый каторжник — мой законный муж, и если хоть один волосок упадет с его головы, я упеку тебя в тюрьму».

— Спасибо за заботу, Роберт, но я в ней совершенно не нуждаюсь.

Роберт побагровел.

— Он опасен, Фэнси, и вот доказательство, — он махнул рукой в сторону табачного поля.

Она прикусила язык, заставляя себя промолчать. Неужели Роберт думает, что она в самом деле начнет подозревать Йэна в поджоге? Неужели он считает ее настолько глупой? Возможно. Она ждала, пока он сделает следующий шаг. И он не заставил себя долго ждать.

— Теперь, когда табак сгорел, — сказал Роберт, — ты должна продать ферму.

— Тебе, разумеется.

— Конечно. Ты можешь переехать в Марш-Энд и привезти своих лошадей. Я найду для тебя наездника. Ты можешь остаться их хозяйкой.

— Как великодушно с твоей стороны. Не улавливая сарказма в ее тоне, Роберт самодовольно кивнул.

— Я пришлю людей забрать твои вещи, — он начал разворачиваться, собираясь уехать.

— Нет! — резко ответила она. Роберт обернулся.

— Я никуда не поеду, Роберт.

Роберт раздраженно поднял глаза к небу.

— Фэнси, ты ведешь себя глупо. Этому человеку нельзя доверять. Опомнись! Ты рискуешь жизнью своих детей, не говоря уже о своей сестре!

— Тебя это не касается.

— Еще как касается! Ты вдова моего брата. Заповеди Господа требуют, чтобы я защищал и оберегал тебя. Она рассмеялась, не в силах больше сдерживаться.

— Ты очень избирательно относишься к заповедям, не так ли? Ты сам выбираешь, какую из них выполнять. А как насчет заповеди, гласящей: поступай с людьми так, как хочешь, чтобы они поступали с тобой?

Он открыл было рот, чтобы ответить, но тут же закрыл его. Бросив взгляд через плечо, Роберт выпрямился в седле.

У Фэнси засосало под ложечкой, когда она увидела Йэна, направлявшегося к ним. Она не хотела допустить открытой ссоры. Она не хотела, чтобы Роберт решил, что должен сделать что-то немедленно. Им требовалось время — чтобы Йэн успел уехать.

Но, судя по выражению лица Йэна, он намеревался без промедления выложить все, что думает о Роберте. Йэн прошел мимо лошади Роберта и, поднявшись на две ступеньки, встал возле Фэнси. Выражение его лица не сулило Роберту ничего хорошего.

Фэнси попыталась избежать неизбежного.

— Роберт, я прошу тебя уехать. У нас много работы, и я„.

Йэн резко оборвал ее:

— Приехал полюбоваться на дело рук своих прихвостней?

Роберт побагровел.

— Я не знаю, о чем ты говоришь. Я приехал, чтобы предложить свою помощь, и не собираюсь объяснять это типу вроде тебя.

— Йэн…

— Нет, я думаю, тебе многое придется объяснить, — настаивал Йэн. — Единственный вопрос, где ты будешь это делать — в зале суда или в аду.

— Ах ты, мерзавец!.. — Дрожа от ярости, Роберт замахнулся кнутом. Однако точным движением Йэн перехватил кнут и вырвал его из руки Роберта.

Не успела Фэнси опомниться, как он одним прыжком бросился на Роберта и выбил его из седла.